Несмотря на установку парового отопительного ядра неподалеку от дома МакФерсонов, спать по ночам было безумно холодно. Койки семья переставила поближе к западной стене, что располагалась буквально напротив ядра. Спали вповалку, в одной куче - так тепло помогали сохранить не только многочисленные одеяла, но и человеческие тела.
Марта проснулась в холодном поту - ей снова снилось, как она замерзает там, в заснеженной пустыне, брошенная на смерть всеми, кроме верного супруга. Джон вывел её из ледяного ада несмотря ни на что. Но сейчас, в постели, рядом с ней и сиротками, Джона не было.
Марта встала и направилась в восточную часть дома - в ней жить уже было практически невозможно и пустую комнату Джон использовал в качестве курильни. Марта не ошиблась - её супруг стоял у окна и, слегка подрагивая от холода, раскуривал трубку. Запасов табака практически не оставалось, но кого это волнует когда не уверен, что доживешь до обеда... А ведь последний обед был аж два дня назад.
Джон бросил на супругу короткий взгляд и вернулся к трубке. Марта подошла ближе и обняла его сзади. Холодный как лёд. Так ведь и простыть не долго.
- О чём думаешь? - Джон наконец-то раскурил свою небольшую трубочку и крепко затянулся.
- Мне хотелось бы жаловаться на судьбу. Кричать о тирании губернатора. О его бесчестии и несправедливости по отношению к нам... но я понимаю, что это бессмысленно.
- Потому что жалобами делу не поможешь? - Марта старалась заглянуть в лицо мужа, но ей будто не удавалось его узнать. Лицо затянулось многочисленными морщинами, борода поседела буквально за ночь.
- Даже не в этом дело. Проблема в том, что все его действия... логичны и рациональны. - Марта отшатнулась от супруга.
- Ты с ума сошёл?! - Марта кричала на мужа шепотом, стараясь не разбудить сироток через тонкие стены. - Он был прав когда отправил детей на работы в шахты?
- Если бы он этого не сделал - пришлось бы гасить генератор. Угля бы общине не хватило. И те дети, что сейчас приносят пользу, замерзли бы на смерть.
- Но ведь Билли отморозил руку! Её пришлось ампутировать!
- Верно. И заменить протезом. И когда Билли научится им пользоваться - он снова пойдет на работу. - Джон самозабвенно курил, глядя супруге прямо в глаза. Его будто подменили - обычно нестройная речь заводского работяги стала чеканной и точной, каждое слово тщательно взвешивалось и не подлежало оспариванию.
- Но как же я? Он потребовал работать в санитарных пунктах по две смены подряд! Я уже месяц не высыпаюсь!
- Зато рабочие снова встают на ноги и не гибнут. Логично и рационально!
- Он запретил любые собрания! Людей избивают на улице за малейшее проявление недовольства!
- Всё правильно. Вместе мы едины. И способны выжить. - Марта в ужасе качала головой. Её Джон, её любимый и ласковый супруг будто бы за одну ночь превратился в машину, одну из тех что сейчас без помощи человека обслуживают угольный забой.
- Я тебя не понимаю! Ты же буквально вчера был готов развернуться и уйти! Пытаться найти лучшей жизни. Хотя бы ненадолго! - Кулаки Джона сжались, и без того мрачный лик потемнел окончательно.
- Дело в том, что я несколько неверно расставил приоритеты, дорогая.
- И в чём же ты ошибся? - Марта взяла Джона за руку, тот её крепко сжал. Так крепко, что на глаза Марты навернулись слёзы.
- Раньше я считал смыслом своей жизни ваше счастье. Считал, что могу дать вам лучшее будущее. Но теперь, когда приближается буря и с каждым днём всё становится только хуже, я понял. Я не могу дать вам счастье, могли лишь постараться дать жизнь. Как и не могу дать лучшее будущее - лишь попытаться дать вам хоть какое-то будущее. Не важно какое. Важно... дожить до завтра. - По щеке Джона пробежала слезинка. Он даже не попытался её утереть - смысла в прятках в сущности никакого не было.
- Но какой ценой? Какую цену ты готов заплатить за банальное выживание?
Джон тяжело вздохнул и выглянул в окно. Патруль на улице уводил одного из пьяниц, гревшихся у костра, обратно в их палаточный лагерь. Для многих - это была верная смерть. Джон мог лишь благодарить Бога за то, что им удалось получить жильё с деревянными стенами и близостью к паровому ядру. Забулдыгу он знал. Это был Трэвис с его бригады. Сегодня Трэвису и его семье должны были дать место в этом доме вместо Джона. Но по невероятному совпадению, при обыске у Трэвиса нашли листовки Лондонцев. Те самые, которые раньше распространял сам Джон.
- Любой ценой, Марта. Любой ценой.