На следующий день томми явились к нам, так сказать око за око. Весь день спитфайеры кружили над нашей базой. К полудню появились харрикейны и расстреляли наш ангар по ремонтным работам. Наши добросовестные зенитки стреляли весь день, не умолкая ни на минуту.
По команде мы поднялись в воздух. День был ясный и солнечный, солнце находилось на западе. Светило нам в глаза, доставляя нам определённые неудобства.
Впереди я заметил точку, я подумал, что это вражеский самолёт и направил свой BF-109 в его сторону. Но расстояние между нами не сокращалось. Внимательно рассмотрев, я понял, это какое-то пятно на моём лобовом стекле. Из рации послышалось:
- Двигайтесь на запад, в десятке километров зафиксированы бленхеймы.
От возбуждения, что сейчас будет бой, у меня вспотели ладони. И вот впереди я заметил бленхеймы, но вдруг, сзади меня пристроился харрикейн. Он начал меня атаковать.
На всей скорости я направил свою машину вертикально вверх, затем повернул вправо и оказался сзади него. Он тщательно старался уйти от моей погони, но скорость моего самолёта выше. Через несколько минут я нахожусь близко от него. Между нашими асами и томми закрутился бой. Я постарался удержаться за английским штурмовиком. Томми заметил моё преследование и резко ушёл влево, прямо на солнце. Я последовал за ним, стреляя из всех пушек и пулемётов, но лучи солнца сделали своё дело.
- О, мой бог, я ничего не вижу!
Когда зрение вернулось, томми и след простыл. Я очень разозлился на свои действия. Обидно, я мог заработать первую победу и нарисовать крест на своём самолёте, как это делает лейтенант Klein. В эфире послышался его голос:
- В следующий раз, сынок, бери с собой противосолнечные очки, и тогда ты тоже нарисуешь крест на своём самолёте.