Извечный вопрос, что съесть сначала — яйцо или курицу? Прочесть книгу или посмотреть её экранизацию? А может стоит попробовать и то и другое? Просто чтобы ощутить разницу.
Харпер Ли, УБИТЬ ПЕРЕСМЕШНИКА (1960)
«Я бы предпочел, чтобы ты стрелял на огороде по жестянкам, но знаю, ты начнешь бить птиц. Если сумеешь попасть в сойку, стреляй их сколько угодно, но помни: убить пересмешника большой грех»
Кому может быть интересен мир взрослых, показанный глазами ребенка (разумеется, если вы не детский психолог и не сотрудник ГОРОНО)? А вот роман Харпер Ли, в котором повествование идет от лица восьмилетней девочки, произвел в свое время эффект разорвавшейся бомбы. Это были бурные 60-е и тема расовой сегрегации, помноженная на социальную несправедливость, всколыхнула американскую читающую публику. Литературные критики обласкали молодую писательницу. Ей выдали Пулитцеровскую премию, а роман включили в американскую школьную программу.
Политическая драма — это жанр, в который обычно входят произведения без улыбки, а порой — даже с суровой складкой на форзаце. Не всякий поставит во главу угла в этой книге тонкую и прозорливую мудрость ребенка. Живого ребенка, а не стилизованный под детскую речь литературный язык. Эпитеты, метафоры и наблюдения точны лишь в той степени, на которую способен маленький человек. Роман начисто лишен фальши и посвящен соприкосновению ребенка с двуличной общественной моралью, которое оставило ожог на нежной детской ладошке.
УБИТЬ ПЕРЕСМЕШНИКА (реж. Роберт Маллиган, 1961)
Международной ассоциацией кинокритиков этот фильм назван лучшей экранизацией все времен и народов. Вот так, не больше и не меньше. Сюжет бережно, как хрупкий засушенный цветок, перенесен со страниц на кинопленку. Все на своих местах. Маленький патриархальный городок и адвокат, оставшийся в нелегкое время Великой депрессии один с двумя детьми на руках. Негр, ложно обвиненный в изнасиловании. Толпа разъяренных южан, готовых его линчевать. И, разумеется, девочка, которой предстоит узнать несправедливую и жестокую подноготную мира взрослых.
Актеры здесь не играют — они в полном согласии с методом Станиславского (который в те годы активно усваивался Голливудом) живут в предложенных обстоятельствах. Их страдания, счастье, мучительный поиск ответов — все это подлинное. Как и чувства, которые испытывает зритель фильма. И художественная реальность входит не через видоискатель камеры, а просачивается слезами ребенка, вынужденного взрослеть рано.
Многие определяют фильм как «великий» , но он как то съеживается от данного эпитета. Это простая честная история, которая легко вступит в консонанс с вашими детскими переживаниями, меняя там что-то в лучшую сторону.
Эльфрида Елинек, ПИАНИСТКА (1983)
Книги лауреатов Нобелевской премии по литературе часто борются за права черных, голубых, розовых, людей с ограниченными возможностями и репатриантов. Их читаешь как отчеты о плановой операции по вскрытию нарывов на теле общества.
Роман Елинек получивший нобелевку в 2004 году, не является ни прожектором справедливости, ни рупором гласности. Однако книга действительно стала сенсацией мира литературы — в отличие от иных лауреатов, чьи тексты перечитывает, видимо, только сам нобелевский комитет да небольшая группка поклонников.
Стиль Елинек уникален в простоте и холодности. Жестко и честно она рассказывает о вещах, про которых не принято даже думать. И все это физическое и душевное обнажение не дешевый эпатаж — это своего рода хирургическая операция на необезболенном и необездвиженном пациенте. Вивисекция.
Рассказ от первого лица лишен динамизма, но так реалистичен, что кажется — это главная героиня выбрала лично тебя из толпы, чтобы поведать о самом темном и самом прекрасном в себе. Она кромсает, режет, рвет на части свою жизнь, алхимически преобразуя любовь — в порок, талант — в садомазохистские игры, привязанность — в раболепие.
ПИАНИСТКА (реж. Михаэль Ханеке, 2001)
Две великие актрисы (Анни Жирардо и Изабель Юппер) плюс большой режиссер сплели паутину, из которой нет шансов выбраться таким же, каким в нее попал. Многое из происходящего на экране в равной мере отталкивает и не дает оторваться. История преподавателя музыки Эрики, старой девы, живущей с деспотичной матерью, рассказана безжалостно, как и в книге. Но в фильм внесено куда больше недосказанности. Только ближе к финалу начинаешь понимать героиню, которая пытается выбраться из смирительной рубашки комплексов и нереализованных желаний. Все, что в книге написано открыто — здесь убрано в подтекст.
Это, впрочем, не помешало фильму получить Гран-при Каннского фестиваля и дисклеймер «фильм, который способен нанести психическую травму».
Помимо плавающих на поверхности тем психопатии, одиночества и извращений, в картине Ханеке весьма добротно раскрыта проблема подмены добра злом. То, что кажется чудовищным, в какой-то момент открывает красоту и уязвимость. И, напротив, юношеская влюбленность — поначалу трогательная и хрупкая — оборачивается тупой немотивированной жестокостью.
Дэниел Уолесс, КРУПНАЯ РЫБА (1998)
Писатель, художник и укротитель аллигаторов Уолесс назвал свою книгу «романом мифических пропорций». Из-за специфики выбранных автором игредиентов получилось не фэнтези, не бурлящая мистическая сага, а... небылица. Такие мы рассказываем в детстве по ночам, для пущего эффекта подсвечивая лицо карманным фонариком. Страшное и смешное требуется смешать в равных долях и ничего не перепутать, иначе быть тебе намазанным зеленкой.
Великан, китаянка с двумя головами и другие причудливые герои живут в среде, созданной фантазером мюнгхаузеновского толка Эдвардом Блумом — «существом таинственным, диким, одновременно молодым и старым, умирающим и возрожденным». Его сын, прощаясь с отцом навсегда, вспоминает рассказанные тем истории. Скептик, он поначалу свысока смотрит на эти отцовские побасенки, но когда вера начала побеждать логику, нам открывается великолепный и при этом вполне правдивый мир.
КРУПНАЯ РЫБА (реж. Тим Бертон, 2003)
Заполучив контракт на экранизацию (для чего пришлось потягаться с Стивеном Спилбергом), Бертон не мешкая, перенес действие «на темную сторону». Своим обычным набором инструментов он устроил конфликт отцов и детей, вылепил атмосферу иронично-жутковатой сказки. В общем, придал ему «бертоновскости». В итоге получился фильм, который вам захочется пересматривать и в «минуту душевной невзгоды», и когда «некому руку подать».
Тим Бартон лишний раз продемонстрировал, что он в большей мере художник, нежели режиссер. Визуальная часть написана столь сочными и густыми красками, что кажется — протяни руку и можно дотронуться до каждой детали. Актерский состав (Юэн МакГрегор, Альберт Финни, Джессика Ланж, Хелена Бонем Картер, Дэнни Де Вито, Стив Бушеми) резвится на съемочной площадке, забыв о камере и гонорарах.
Дорога, выложенная желтыми кирпичами, уведет вас прочь от реальности. Не успеете оглянуться вокруг вырастут темные леса, города-миражи, волшебные поля нарциссов, странный цирк-шапито и жилище ведьмы. Вы будете идти по нагретой солнцем тропинке, встречать чудеса, знакомится со странными людьми, а еще светло грустить — ведь история именно об этом. Она посвящена принятию смерти близкого человека. И совершенно нормально, если в конце вы захотите пустить слезу. Фильм того заслуживает.
***
Поставьте лайк и сделайте репост, чтобы видеть больше текстов о хороших книгах и писателях.