Приходит ко мне в гости товарищ мой, Стас, и с порога объявляет голодовку. Мне объявляет, но голодать будет сам. Для того, чтобы похудеть. Ну, раз такое дело, я за стол его приглашаю. Он, естественно, отказывается. Я сижу ем, он сидит худеет. Потом слюни проглотил и предлагает:
— Давай вместе худеть.
Я — наотрез. Люблю завтраки, обеды и ужины. Тогда он спрашивает:
— А от сауны ты не откажешься? Там голодать не надо, а вес можно сбросить. Я буду комплексно худеть — от пустого желудка и бани. А ты — однобоко, только от бани.
Пришли мы в сауну, сразу взвесились. Стас весил сто, я — пятьдесят с веником. Веник я связал из декоративной березки, чтоб сохранить дикую природу. Березка у нас в углу в горшке стояла.
Заходим в парилку. Жара тело начала иссушать. Потекли килограммы. Человек, как огурец, из воды в основном состоит. Посидели, думаем — пора в бассейн. Стас нырнул, как акула с палубы упала. Я тоже бросился. Да не рассчитал. Я, оказывается, плавать не умею, а бассейн хоть маленький, но глубокий. Меня слегка скрывает. Начал я захлебываться. Стас вылез и ушел, а я стою под водой и думаю, что же делать? Тону ведь. Пришлось отпивать воду из бассейна, чтоб уровень упал. Отпил с ведро, носом взял воздух и дошел до лестницы. Вылез — до слез обидно. Сидел худел и на тебе — обратно напился. И вода не первой свежести.
А дома, после этой бассейновой воды, на меня жор напал. Ем, не могу остановиться. Барана за день съедал.
Через несколько дней снова пришли мы в сауну. Стас взвесился — восемьдесят. Я взвесился — тоже восемьдесят.
Без веника. Веник жена не дала. Сказала, может, отрастет, если обратно в горшок поставим. Да где отрастет, говорю, если ты об меня его весь обломала? Но она все равно не дала.
Заходим со Стасом в парилку — на глазах худеть начали. Потом в бассейн. Я аккуратно по лестнице спускаюсь. Прохладная вода выше, выше, уже шею ласкает. Держусь за лестницу, наслаждаюсь. Но хочется и голову погрузить. Погрузил. И такая истома под водой получилась, что я непроизвольно улыбнулся. Вода в рот хлынула, литра три глотнул. Ну, надо же! Кто мог ожидать, что оно само под водой улыбнется? А дома опять после этой бассейновой воды жор стабильно держится. Ем, как волк.
На третий раз я этого бассейна боялся, как огня. Вдруг опять что-нибудь случится — совсем потолстею. Стали взвешиваться. Я как на Стаса глянул, так сел на диванчик. Худой, аж просвечивает. Он как на меня глянул, так стойку принял. Я в тяжеловеса превратился. Он встал на весы — пятьдесят килограммов. Я встал — сто килограммов. С веником. Жена отдала его обратно, сказала, не отрастает.
Моцион в парилке прошел удачно. Бассейн я принял в противогазе. Предохранялся на случай улыбок. Все шло прекрасно. Но тут в раздевалку заходит банщик и спрашивает:
— Кому холодное пиво?
Я зубы стиснул, сижу, а рука сама к бумажнику потянулась, деньги достала и шесть бутылок купила. Я руку эту прямо возненавидел. Думаю, ничего, это пиво холодное из бутылок с испариной, с пузырьками и пеной лично я пить все равно не буду. Категорически! А рука моя разошлась не на шутку, бутылки начала открывать. И вторая туда же. Помогает ей. Да еще в стакан наливает и к губам сухим, горячим полный стакан холодного пива подносит. Нос в пене утонул, губы мои открылись, рот глотательное движение начал делать, и все пиво само собой вылилось. Взвесился я — сто три килограмма без веника. Потому что выбросил я его и в баню решил больше не ходить. Думаю, к бане в следующий раз подойду, Стаса встречу и скажу ему, все, спасибо, я уже похудел, хватит.
Пришел я в следующий раз в баню, а Стаса нет. Пронзила меня мысль, а вдруг он уже похудел? Насовсем. Навсегда. И лежит дома.
Схватил такси, приезжаю к Стасу. Звоню — не открывает. Ну, думаю, точно, похудел. Пригласил понятых для взламывания двери. Вынес ее вместе с косяком. Не зря хлебал воду из бассейна. Пробежал по квартире — нет Стаса. Может, родственники какие уже увезли? Отпустил понятых, сел на кровать и задумался. Сижу и думаю, что же это сидеть так неудобно, твердо, как будто на жердине? Открываю одеяло, а там —Стас. Еле просматривается. Я лоб его пощупал — еще теплый. Как валенок. Значит, спит. А проснуться не может. Но губами что-то шепчет. Я ухо подставил и уловил:
— Есть...
Да это он кушать просит! Я сбегал к соседям, набрал в клизму сметану и за щеку Стасу влил. Он очнулся. Меня увидел и говорит:
- Пошли... в баню.
— Иди ты в баню! Ты или жить прекращай, или голодать заканчивай. А в баню пойдем. Вес набирать. Как я. Понял?
Он кивнул и закрыл глаза.