ПУТЬ САМУРАЯ

ПУТЬ САМУРАЯ

К мэру города Славоярска Отцову приехал в гости его коллега из Барыбинска Злюкин.

- А пойдём-ка, я тебе кое-что покажу, - подмигнул Отцов, вывел Злюкина из кабинета и провёл по длинному коридору. Друзья зашли в просторную комнату, обставленную с показным, но недешёвым минимализмом. Пол покрывали рисовые татами, в углу стоял закопченный медный котёл, на стенах были развешаны свитки, усеянные иероглифическими надписями с туманным содержанием.

- Чайную комнату вот себе сделал, - похвастался Отцов. - Очень расслабляет. Отвлекает от суеты. В копеечку, правда, встало. Двенадцать лимонов. Но, с другой стороны, что может быть важнее для города, чем душевное здоровье мэра? Ничего! Такой дзен иногда можно словить... Наму-мё-хо-рен-ге-кё... Ты разувайся давай, не стой.

Злюкин сконфузился и пошёл красными пятнами.

- У меня носки тово… не по евростандарту…

- Брось ломаться, - отмахнулся Отцов. - Кто тебя увидит? Тут и народу-то вокруг нет, одна челядь.

После некоторых колебаний Злюкин стянул туфли и уселся на татами. Странным контрастом с его костюмом Бриони смотрелся большой палец правой ноги, любопытно выглядывавший из прорехи.

- Сейчас, пока котел нагреется, мы перекусим, - Отцов хлопнул в ладоши, и по этому сигналу специальный дюжий человек вкатил в помещение столик, на котором возлежала абсолютно обнаженная девушка. На животе и бёдрах ее располагались наборы суши и сашими.

Злюкин покраснел ещё больше и заелозил по татами тощим задом.

- Это ещё что за разврат у тебя?

- Деревня, - сказал Отцов с презрением. - Пролетариат! Это ж старинный японский обряд, ниотамори. Поедание суши с тела девственницы.

- А она точно девственница? - заосторожничал Злюкин.

- Кто ж их разберёт сейчас? - пожал плечами Отцов, поднимая с девушкиного живота палочками кусок угря. - Не поручусь. Потому как филфак закончила. Это мне сестра двоюродная свою дочку привела. Возьми, говорит, Геннадий, на какую-нибудь свободную ставку девочку себе в мэрию. А где у меня свободные ставки? Ну вот, пришлось оформить как пиар-специалиста. Иностранцам очень нравится. Вот делегация из Казахстана в восторге была. Даже пупок ей облизали. Добавки просили.

- Дядь Гена, мне холодно! - пожаловалась девушка.

- Молчи, презренная! - прицыкнул Отцов. - Я тебе сколько раз говорил, что обряд должен проходить в тишине? Хоть самому раздевайся, ложись да показывай, хе-хе….

- Не надо! - испуганно сказал Злюкин на всякий случай.

- Да это я для красного словца! Валер, ты поел?

- Поел. Я только непривычный с этими палочками обращаться. Смотри, половину на пол уронил!

- Не обращай внимания, сейчас тётя Клаша все уберёт.

Отцов нажал на специальную кнопку, и в комнате появилась брутального вида уборщица с совком и ведром.

- Намусорят здесь, как дети малые, - бубнила она недовольно, не смущаясь присутствием начальства, - васабями своими да имбирями, а тёте Клаше убирай. Много вас, паразитов, на теле государства, а тётя Клаша одна. Ох, и развесют вас скоро на фонарях, эксплуататоров!

- Потому и держу! - в ответ на недоуменный взгляд Злюкина захохотал Отцов. - Глас народа! Кто ж мне ещё правду скажет?

Девушку укатили, тётя Клаша ушла. Новая сотрудница начала взбивать чайный порошок в зеленую пену, приготавливая все к чаепитию.

- Ну, какие планы на будущее у славоярского мэра? - наевшись, Злюкин расстегнул ремень и расслабился.

- Баню фуро буду оборудовать, - размечтался Отцов. - Потом сад камней во дворе разобью. Очень уж по душе мне эта японская философия. Я даже хокку писать начал.

- Чего?

- Стишки такие не в рифму. По разным поводам. Вот, например, когда чайную комнату делал, пришлось славоярских пенсионеров бесплатного проезда лишить. Где ж ещё деньжищи такие найти в бюджете! Конечно, возмущался народишко, пикеты какие-то устраивал. Я и накропал:

Словно стайка лягушек,

Разбуженных громом полночным,

Квакают бабки.

Здорово, да? А вот ещё.

Золотою монетой луна

Сияла только вчера

Над вершиною Фудзи

И вдруг на убыль пошла…

Вот так и бюджет Славоярска!

Из нововведений еще кинжал кусунгобу я повесил в кабинете. Как сотрудник провинится, я его со стены снимаю - кинжал, конечно, а не сотрудника, - и предлагаю сделать харакири. В шутку, разумеется. Знаешь, как смешно люди пугаются? Ну что, Валера, как тебе чаек?

Злюкин поморщился.

- Это с непривычки! Потом втянешься, сам не заметишь. Ну что, давай ещё по рюмочке сакэ, и - по гейшам!