Про худсоветы советских времен и их строгий отбор того, что должно попадать на суд зрителей, старшее поколение помнит. Нам действительно старались привить вкус к высокой культуре. В 90-х случился размах кооперативов всех мастей, который затронул и эстраду. Появилось много безголосых певцов и певичек, фонограммы, прописанные бэки и тд. Как то в одном интервью Анжелика Варум призналась, что её отец композитор не видел её в роли певицы, слух у неё абсолютный, а вокальные данные не очень. Поэтому она работала у папы подмастерьем, напевая на магнитофонные кассеты папины песни для других певцов, чтобы тем было легче их заучивать. Со временем Варумы решили, что лучше уж будет петь Маруся, пусть голос не очень, зато слух не режет. Её муж Леонид Агутин тоже адекватно оценивает вокал жены, зато с ней хорошо петь дуэтом.
Но, наш шоубизнес со временем деградировал настолько, что помимо поющих трусов, заучивающих песни на деньги спонсоров, появился откровенный плагиат. Ведь на российскую эстраду чужим не попасть. В этом бизнесе исключительно свои. И очень много бездарей, которым не стыдно петь чужие песни, написанные не для них. Я не могу слушать спокойно певицу Нюшу, мне всё время хочется ей помочь вытянуть припев. Её папа продюсер, бывший Ласковый май, выживший после истории с бриллиантами, типа, пишет песни для дочери. Песни хорошие, но не для вокальных данных Ани. Ну не вытягивает она их, связок не хватает. А регулярно выдаёт всё новые и новые хиты. Создаётся впечатление, что они с папой где то достают эти хиты, писанные для какой то другой певицы, и упорно раскручивают. У них есть музыкальный раб? По типу литературных рабов, пишущих популярные романы для известных и раскрученных издателями писателей.
Ну, а придворная певица Полина Гагарина вообще перестала вызывать хоть какое то уважение. Когда я услышала по радио один из её хитов, где она в припеве не могла дать нужную ноту, не её тембр, я подумала, что она опять влипла в какую то продюсерскую кабалу. А тут увидела её фото в псевдоаристократическом стиле с мужем продюсером, и стало противно. Им совсем не стыдно петь не для них написанные песни, получать граммофоны, строить из себя педагогов на прослушиваниях и эдакую новую русскую аристкратию. Они настолько привыкли занимать чужое место, что уже не замечают, насколько фальшиво всё это выглядит.