18 апреля 1905 года
Сегодня я проснулся с болью в груди и большим страхом, что я не в своей постели, одеяло казалось огромным и придавливало мою и без того слабую грудь. Солнца я не видел, точнее, я не смотрел на небо. Боялся, что оно не вышло на небосвод и мир погрузился в бездну. Подул ветер, слегка колыхнув плотную штору на моем окне, я увидел свет, но в мою грудь сдавил сиюминутный страх. Возможно, это был не я.
19 апреля 1905 года
Меня захватила бессонница. Мой друг Бернард посоветовал мне эту затею, писать обо всем, что меня тревожит, он убежден, что мне станет легче. Хотя, я думаю, что он просто устал от моих бесконечных переживаний. На прошлой неделе ему пришлось идти о мной хоронить бабочку в палисаднике около нашего дома. Она была особенная. Для меня. Я был знаком с ней около четырех дней. Мы здорово сдружились. Держу пари, что она понимала меня. С ней я не чувствовал той тревоги и боли в груди. Я не мог не попрощаться с ней, выбросив ее в окно, как ненужную вещь. Хотя нынче так поступают даже с людьми.
20 апреля 1905 года
Меня разбудил почтальон. Как громко он стучал этим проклятым ящиком.Я злился и зачем-то скинул книгу со своей тумбочки, полдня чувствовал себя чудовищем и вандалом. Злился на почтальона еще сильнее, продумывал план мести, обсыпать его заваркой из чайника или ездить за ним целый день, изображаю слежку. Смеялся. Больше не злился на беднягу.
21 апреля 1905 года
Ночью по крышам стучал дождь отбарабанивая какую-то этническую древнюю мелодию природы. Я так был счастлив ,я чувствовал себя таким защищенным, чувствовал всю очаровательную красоту происходящего.Мне хотелось наслаждаться прекрасными звуками капель, массивно падающих на крышу и плавно стекающих по стеклам, влажным ветром ласкающим мои щеки, раскрасневшиеся от сна. Я продумал как не буду спать в этом дивном созерцании, встречу рассвет и больше никогда не буду так тревожно несчастен. Но я уснул.
22 апреля 1905 года
Намечался некий торжественный прием, один из тех, которые я усердно избегаю, они удручают меня своей лицемерной напыщенностью и кричащей пустотой. Каким одиноким я чувствую себя тогда, как жмет боль мою грудь, плавно ударяя в голову. Бернард обожает такого рода времяпрепровождения , он любит и верит в эти улыбки и улыбается сам, нахваливая погоду в прошлый уикенд и поедая мерзкие маленькие сэндвичи, которые я ненавижу еще больше их оскалов.
23 апреля 1905 года
Я не спал всю ночь. Бродил по улицам и чувствовал себя время от времени романтичным поэтом ,задыхающимся от любви и ищущим глотки бесконечного вдохновения, то псом в поисках куска хлеба и доброго взгляда в свою никчемную незаметную сторону. Плакал от обиды, что так не определён , так бессилен против себя. На рассвете отправился в городской парк кормить уток к пруду. Дышал утренней влагой, боялся пошевелиться и спугнуть свое спокойствие, которое в конечном итоге напугало меня и я отправился домой, мне нужно было поспать, думал я, завтра мне будет легче.
24 апреля 1905 года
Как же я противен себе. Даже мой нос сегодня стал уродлив, а взгляд пустой, как у продавщицы в нашей булочной. Как она меня пугала, я чувствовал, что схож с ней. Так же глуп и невежественен. Опять скинул книгу с тумбы, но не чувствовал себя виноватым .Заваривая кофе, смотрел на дым, струящийся в небесную чистоту, вдыхал запах сожженных гнилых листьев, вспомнил осень, понял как дивно чувствую прекрасное, и был рад за себя.
Манойленко А.