Рассказы и миниатюры-рассуждения

- Мама, я сегодня буду поздно, забери Тагира из сада, - попросила женщина, не надеясь на положительный ответ. - У меня ещё куча дел, я не знаю когда освобожусь. А у тебя что за дела, которые важнее родного сына? - грозно спросила Амалия Константиновна свою, как она считала, непутёвую дочь. - Ну хорошо, мама. Я просто хотела остаться на корпоратив, устроенный в честь юбилея Ирины Владимировны. Но раз ты не можешь, придётся отказаться. - Да нет, я отменю несколько встреч ради внука. Ведь если ты решила, неизвестно в каком настроении вернёшься...

В маленькой деревушке у подножия гор жил мальчик, которого все звали просто Будда. Никто не помнил, откуда взялось это имя — может быть, из-за его задумчивых глаз, а может, потому что он всегда сидел тихо и спокойно, словно медитировал. Будда не помнил своих родителей. Его самые ранние воспоминания — это пыльная дорога и добрая старушка, которая подобрала его и отвела в приют при монастыре. Там он рос среди других детей, но всегда чувствовал себя особенным — не лучше других, а просто... другим...

Осеннее утро встретило Лену прохладным ветром и шелестом опавших листьев под ногами. Она шла по узкой тропинке через парк, где клёны уже успели сбросить свой золотой наряд, устилая землю пёстрым ковром. Воздух был свеж и прозрачен, пахло дождём и увядающей травой. Где-то вдали каркали вороны, провожая короткий день. — Лена! Подожди! — раздался знакомый голос за спиной. Она обернулась и увидела Егора, который спешил к ней, перепрыгивая через лужи. Его тёмные волосы растрепал ветер, а на щеках горел румянец от быстрой ходьбы...

Наташа сидела на чердаке старого дома бабушки Анжелики, перебирая вещи после её похорон. Пыль танцевала в лучах закатного солнца, пробивающихся сквозь маленькое окошко. Бабушка ушла тихо, во сне, в свои девяносто два года, оставив после себя этот дом, полный воспоминаний. В углу, за старым сундуком, Наташа заметила потёртую шкатулку из красного дерева. Открыв её, она обнаружила стопку писем, перевязанных выцветшей лентой. Конверты были старые, пожелтевшие от времени, с довоенными марками. Первое письмо было датировано 1943 годом...

Тихий час в детском саду. За окном — первые дни весны, солнце робко заглядывает в окна группы, где крепко спят малыши. И вдруг — легкий шорох крыльев, звонкое «тинь-тинь-тинь» — в группу залетела синичка. Ксения и Гуля переглянулись. Птичка металась под потолком, явно растерявшись. Воспитатели быстро открыли все окна в приемной, и вскоре синичка нашла выход на волю. Гуля ушла на перерыв, дети посапывали в своих кроватках, и казалось, что всё успокоилось. Но маленькая гостья вернулась! Снова тот же звонкий голосок, те же испуганные взмахи крыльев...

Восемнадцать лет. Восемнадцать лет Анна просыпалась рядом с человеком, которого считала своей половинкой. Восемнадцать лет они строили общее дело — юридическую фирму, которая стала их общим детищем. Единственным детищем. — Ань, смотри, — Дмитрий положил перед ней папку с документами. — Дело о торговле детьми. Жуть какая-то. Она открыла папку и замерла. Фотографии детей. Десятки детей. Рождённых суррогатными матерями по заказу подпольной клиники. Китайские биологические родители, русские суррогатные матери, и...