Начало здесь
Предыдущая глава здесь
Удача, дама капризная, повезло раз, повезло два, а на третий возьмёт и всем хвостом к тебе повернётся. И тем, на то, что тот самый хвост крепится!
Хорошо ещё сверху не усядется. А то сядет на шею, ножки свесит, и, болтая ими, заставит ЕЁ желания исполнять. От нас, от дам, всего ожидать можно!
Баюн весьма продуктивно провел вечер. Встреча с его бывшей, а как оказалось, вполне возможно, и настоящей пассией, прошел весьма и весьма полезно.
Он договорился о встрече на завтра с самым главным котом дворца. Уж тот-то точно знал все новости. Может, и мышей ловить не придется. Посмотрим, по обстоятельствам.
И, конечно же, и, да, он получил полную компенсацию за свои прошлые страдания! Какую? Я не подглядывала. Не прилично это, подглядывать.
Но судя по его довольным усам и счастливой моське, более чем полную.
И вот он, весь такой счастливый, вышел от своей пассии, намурлыкавшись вволю, выбрался из прохода, помахал лапкой коту привратнику, пообещав завтра принести отборной валерьянки, и хотел уже идти отдыхать в личный тайник.
Не вышло. Прямо перед его носом встали три матерых кота.
Ох, каких матерых. Ох, с какими мордами. Ох.
- Наших кошечек клеить?! – взревел старший кот, - бей его, братва!
И грянул бой. Он даже ничего сказать не успел! Ни по русски, ни по котовски. Никак! Троица бросилась на него со всем даром оскорбленных и обиженных кавалеров, которые считали себя неотразимыми, а тут пришел какой-то, и все счеты порушил!
Шерсть летела во все стороны. Мяв слышался за три километра. Может, дальше.
Когти, зубы, лапы мелькали в воздухе так, что не видно было, где Баюн, где эта злобная троица.
Баюн отбивался, как мог. Храбро и самоотверженно. Но слишком уж не равны были силы.
Он и так утомился от всяких засад, расследований и волнений, а тут ещё эти три мордоворота…
Баюн уже начал мысленно прощаться с жизнью, любимой кошечкой, Ягой, и даже миской сметаны.
Как вдруг раздался мяв в десятки раз по децибелам превышающий вой противников.
Баюн обернулся, и сделал прыжок, достойный всех чемпионов, всех самых, самых олимпийских игр. Может даже, перебивающий все рекорды.
На них неслось нечто.
Фурия с вздыбленной шерстью, горящими глазами орала так, что уши хотелось прижать и не отжимать.
Баюн понял, что он пропал. И пропал окончательно. Ему и тех троих хватало, а тут ещё….
Пушистый комок ярости пронесся мимо Баюна. Разметал его противников так, что они жалобно мяукая, и поджимая хвосты, бросились наутек.
Фурия победно махнула им хвостом в след, преследовать не стала. Повернулась к Баюну, и мяукнула:
- Вы целы, мой дорогой?
Баюн, узрев свою пассию, а может и от полученных ран, плавно сполз в обморок.
И ему даже стыдно не было,… не успел, понимаете ли, застыдиться. Уплыл.
Продолжение здесь