Вы удивитесь, но мистический триллер «Доппельгангер» (1993) был задуман как сумрачная пародия на легендарный «Завтрак у Тиффани». Да-да!!! Вы не ослышались! Именно таков был первоначальный замысел израильского режиссера Ави Нешера, который решил обратиться к современной классике…
…и не преуспел. По этой причине на счет «Завтрака» надо давать отдельные пояснения, ибо этот мотив уловит далеко не каждый зритель. А лента осталась в истории кино совершенно по иным причинам. В-первых, именно стараниями Нешера из средневековых трактатов извлекли немецкое слово «доппельгангер».
Собственно так характеризуются призрачные, тёмные двойники, которые непременно хотят занять место оригинала. Именно после этого триллера отпала необходимость долго пояснять суть этой нередкой мистической проблемы, чему мы год назад посвящали отдельную статью (см. ссылку в конце материала).
Во-вторых, став некой «новой отправной точкой» в развитии современного сумрачного кино, данный фильм сейчас привлекает внимание в большей степени игрой молодой Дрю Берримор, которая в указанное время находилась в апогее свой скандальной славы.
Репутация у этой актрисы была не самая «невинная», а потому многие восприняли «Доппельгангера» как своего рода сигнал, мол, я готова исправиться. Дескать, вообще все безобразия в реальной жизни творила не я сама, а мой некий пасмурный близнец. К слову сказать, наивная невинность у гражданки Берримор в кадре получалась очень убедительно.
А оттого «смена парадигм» в поведении её персонажа тоже была броским моментом. Выныривающая откуда-то из глубин подсознания «плохая девочка» производила должный эффект. Однако был один аспект, на который мы сразу же обратили внимание. «Тень» главной героини и «плохая девочка» не были идентичны.
«Тень», облаченная в тёмные одеяния, и неизменно в черных очках, являлась повторением образа из сказки Шварца и её экранизации (на тот момент в Израиле ещё знали советскую культуру). А потому неизменно возникает вопрос: насколько реален «тёмный двойник»? Ведь его (её) поведение более напоминает злодеев из итальянского джалло.
Поначалу будет казаться, что речь идет о банальном (в кино-триллерах, естественно) расщеплении личности. И одна из личин была подавлена, а потому является в критических ситуациях, будучи «защитной маской». Но не тут-то было… С каждой новой сценой вы убеждаетесь всё больше и больше, что проблемы психоанализа по большому счету ни при чем.
Они, конечно, имеют место быть, но не определяют криминальную суть сюжета. И вот здесь Нешеру не удалось дать убедительную развязку. В какой-то момент были использованы аллюзии к наследию Лавкрафта, а отдельные сцены и вовсе проваливаются в лютую «хэллорейзеровщину».
Понимая, что это едва ли может быть разумным объяснением, сюжет «сливают» второй раз, оставляя зрителя в легком недоумении. Дескать, героиня избавляется от «пусковых механизмов», вызывающих её «Второе Я». И, возможно, всё будет хорошо… А ведь так «оптимистично» всё начиналось.