Заброшенные заводы — это не только безжизненные руины, но и вполне хорошо сохранившиеся места полные станков и оборудования.
Перед тем, как закрытые производства приобретают знакомый нам всем вид никому не нужных развалин они выглядят так, как цех о котором я хочу вас сегодня рассказать. Цель публикации, показать вам красоту заводской эстетики и романтику цеха в состоянии, словно перед началом рабочей смены. Это было хорошее производство, относительно новое и красивое— оно определенно заслуживает прощальной фотосессии.
Это не первое и не последнее утро, что я проведу на заводе. Так я думал, вышагивая с камерой вдоль многочисленных станков недавно заброшенного производства. Так оно в итоге и оказалось. Короткие летние ночи блестяще подходили для съёмки промышленных объектов.
Поговаривают, что до этого цеха мародёры добрались ещё до того момента, когда завод официально по решению суда признали банкротом. Стащив почти всю мелочь, показавшуюся ценной и которую можно буквально взять под руку или положить в карман, расхитители пару лет назад внезапно покинули локацию, нанеся минимум ущерба заводскому антуражу.
Всё имущество, попавшее в объектив фотоаппарата, периодически участвует в торгах. Даже будучи физлицом, можно попытать счастье в приобретении любой утвари по цене ниже чермета: от брошенных погрузчиков до целых станков. Иногда с молотка могут уходить и целые корпуса со всем содержимым внутри, такие прецеденты уже встречались в новейшей истории предприятия. Относится ли этот факт к данному цеху? — сегодня это не имеет никакого значения.
На часах примерно половина пятого утра. Солнце уже настолько высоко, кажется, будто настал полдень, и только пение птиц в тандеме с абсолютной тишиной на оживлённой улице за окном свидетельствуют о времени суток. Мягкий рассеянный свет, не без труда проникающий через пыльное остекление световых фонарей на крыше, идеально ложится на большие производственные помещения.
Пыльная взвесь и гулкое эхо от каждого неосторожно сделанного шага создают неуловимую атмосферу, буквально парящую в промасленном заводском воздухе. Остаётся только ловить её всеми доступными способами: аккуратными прикосновениями, глубокими вздохами и любыми доступными органами чувств, шестое из которых очень похоже на почти бесшумное щёлканье затвора фотоаппарата.
Про идеально сохранившиеся заводы можно услышать избитую фразу: всё лежит на своих местах настолько упорядочено, как будто люди покинули насиженные буквально вчера. Отчасти это так. Завод совсем «свежий», в отличие от более распространённых локаций, заброшенных десятилетиями. С другой стороны, прошло уже более трёх лет. Станки с ЧПУ ввиду неустранимых повреждений уже вряд ли заработают, а вот консервативные штамповочные прессы и их более габаритные и тяжёлые гидравлические собратья находятся во вполне удовлетворительном состоянии.
К сожалению, запечатлеть за один раз все заводские уголки за короткий промежуток между восходом солнца и первыми шагами охранника не представляется возможным. Но прочувствовать настроение брошенных рабочих мест, когда-то кормящих сотни, а может быть даже тысячи, слесарей, токарей и инженеров вполне по зубам.
С чувством недовыполненного долга и мыслью о том, что вряд ли получится также легко оказаться здесь во второй раз, я складываю штатив и прячу камеру в рюкзак. Это не первое не последнее утро… Как бы не так!