«Кикеро», «Като» и «Платон»: как звали себя великие люди древности на самом деле и почему русский язык всё переиначил
Представьте себе Рим, шумный и пыльный, где-то на излёте Республики. В толпе сенаторов, спешащих на заседание в Курию, вы окликаете знакомого правоведа в тоге с пурпурной каймой. «Марк!» — кричите вы. Он оборачивается, и вы, желая блеснуть знанием латыни, добавляете: «Цицеро́н!». Собеседник на мгновение замирает, его бровь ползёт вверх, и в глазах читается вежливое недоумение пополам с иронией. Всё дело в том, что человека, чьи речи мы разбираем на уроках риторики, никогда в жизни не звали ни «Цицероном», ни, тем более, «Цицеро́ном» с ударением на последний слог...

