— Ты только не начинай с порога, — сказал Артём, даже не встав с кухонного стула. — Мама просто зашла ненадолго. Татьяна остановилась в прихожей с ключами в руке. Дверь за её спиной ещё не успела закрыться, а она уже увидела всё, что нужно было увидеть. На коврике у входа стояли чужие ботинки — аккуратно сдвинутые к стене, будто их хозяйка собиралась задержаться не на пять минут, а до вечера. Рядом лежала вязаная сумка Раисы Павловны, свекрови. Татьяна узнала её сразу: тёмная, с вытертыми ручками, с которой та приходила каждый раз, когда собиралась не просто «навестить», а основательно пройтись...