Душевный рассказ на Дзен

Когда Леонида Егоровича не стало, Лида не плакала. Она сидела на кухне, сжимая в пальцах его старую фарфоровую кружку с отбитой ручкой, которую он так и не разрешил выбросить. «Она тёплая, — говорил он. — Из новой этот кипяток как-то зло обжигает, а из старой — по-доброму». Лида тогда смеялась, а сейчас прижимала холодный фарфор к щеке и пыталась вспомнить, как звучит его голос. Она помнила тембр. Помнила, что он картавил букву «р», когда волновался, и всегда тянул «а» в конце фраз: «Ну, ты смотри там, Лида-а...». Но интонации стирались, как старые фотографии на солнце. Через три дня после похорон...