Из воспоминаний Андрея Хромова:
По окончании школы поступил на курсы водителей в СПТУ. Когда мне исполнилось 18 лет, как и большинство сверстников, был призван в ряды Вооруженных сил. Служить пришлось в пограничных войсках. Сначала были несколько месяцев "учебки" в войсковой части № 2042, где нас научили стрелять из всех видов оружия, выживать в условиях непривычного климата и горной местности. Надо сказать, что в советское время большое внимание военной подготовке уделялось в общеобразовательных школах. На уроках НВП учили ходить строем, собирать и разбирать автомат, стрелять из мелкокалиберной винтовки. Эти первоначальные навыки позволяли отлично осваивать все то новое, что было необходимо при подготовке к настоящим армейским будням. Десантно-штурмовая маневренная группа, куда я попал, получив подготовку в вышеупомянутой части, имела свою зону ответственности на границе Афганистана с Советским Союзом. В эту зону входили города Шибирган, Андхой, Меймене и другие населенные пункты, расположенные вдоль границ. Главная задача – сопровождение колонн с грузами, выявление и уничтожение бандформирований на территории этой страны, а также пресечение бандитских вылазок к нашим границам.
Афганистан – это несчастная, добрая страна с безграмотным и очень доверчивым, подверженным любым внешним влияниям населением. Нам в буквальном смысле приходилось делиться с афганскими детьми и стариками солдатским пайком. Бедность выглядывала из каждого кишлака, из каждого окна убогих хижин большинства местных жителей. Мы мучились от неимоверной жары, когда в песке буквально плавились подошвы кирзовых сапог, долго привыкали к армейскому быту в этих условиях. Ночью температура воздуха опускалась до + 40 градусов по Цельсию. Стояла такая духота, что спать можно было, только намочив холодной водой простынь. Как только простынь высыхала, весь сон как рукой снимало. Местные жители спасаются о жары, надевая стеганые ватные халаты, у нас таких "спецсредств" не было. Нарушать установленную форму одежды разрешалось только по выходе в рейд. В порядке исключения по горным тропам разрешалось ходить в неуставных кроссовках.
Я был снайпером, а снайпер, всегда должен идти впереди основной группы и прикрывать огнем основные силы, вовремя ликвидировать наиболее опытных бойцов врага. Первый снайперский опыт я получил почти сразу по прибытии в Афганистан. Ночью, часов в 11-12, нас загрузили в вертолет и сбросили в районе дислокации одной из банд. Бой случился на рассвете, он был короткий и страшный. Стрелять в живого человека, пусть и врага, очень непросто, но все страхи и сомнения отошли на второй план. Боевую задачу группа выполнила и в полном составе, без потерь, вернулась в казармы. Было такое странное стадное чувство – мы были единым организмом. В бою держались за "дедов", старшие товарищи по-хорошему опекали нас, молодых, и мы многому у них учились. В основном все боевые операции проходили ночью или рано утром. В пользу нашу были и темнота, и внезапность. В темноте уже почти не прицеливались, стреляли в ответ на выстрел. Такая "техника" приходит не сразу, но работает почти безотказно. Самой крупной и значительной для меня стала операция по ликвидации душманов в горах уже перед самым "дембелем". Командиры поспросили выйти на эту операцию "дедов" и "дембелей". Здесь группа попала в засаду. Душманы, разглядывая нашу цепочку в бинокли, сразу же определили основные цели. Начали методично выбивать снайперов, пулеметчиков, гранатометчиков. Сработал и так называемый фактор внезапности. За полчаса группа потеряла убитыми и ранеными 21 человека! Я шел рядом с прапорщиком. Осколком гранаты был тяжело ранен в голову. К счастью, связь работала – выжившие офицеры вызвали "вертушки", на которых эвакуировали с поля боя раненых и убитых.
Всю жизнь буду благодарить и помнить врачей военного госпиталя в Душанбе, вырвавших меня из цепких объятий смерти. Нигде в мире нет таких специалистов в области медицины, как наши военные врачи. Меня лечили сестры-близнецы, хирурги. Они были не просто хорошие врачи, но и замечательные психологи. Благодаря обеим, я быстро пошел на поправку, хотя "дембель" пришлось надолго отложить... "Афганцы" всегда стояли горой друг за друга. Так было в бою, так было в строю и даже в госпитале. Однажды, скинувшись по рублю, я с соседом по палате из Чувашии отправились за вином чуть ли не для всего госпиталя. Все, что было нужно, купили, немного "вкусили" на ходу. И тем же манером возвращались обратно в госпиталь. И надо ж такому случиться – попались! Прямо у забора меня встретили два фельдшера и начали мутузить: почто, мол, ты такой-сякой за вином в город без спроса ходишь и разлагаешь дисциплину! Когда я поднялся на свой третий этаж, все, кто мог ходить, сорвались с места и побежали вниз наказывать обидчиков, за третьим в том же направлении ринулся второй этаж. ЧП случилось нешуточное. На следующий день меня вызвал на "ковер" начальник госпиталя, отругал по всей форме, но фельдшеров, учинивших драку, из госпиталя перевели в другое место.
Жалости к себе и своей солдатской доле я никогда не испытывал. Иногда подступала к горлу какая-то напряженная тоска, но гнал ее от себя, понимая, что только сильный сможет здесь выжить и вернуться домой живым и невредимым. И все же бывали моменты, когда от бессилия и неизбежности хотелось плакать, и тогда все вокруг надолго облекалось в серые тона, и не радовали ни маленькие победы, ни еще один прожитый день, мало-помалу приближавший "приказ", ни письма от родных и друзей. За время службы в Афганистане награжден медалью "За боевые заслуги".
Источник информации: И. Дмитриева, "Горы не плачут", 2025
В оформлении использованы фотографии с сайтов: kerki-desant.ucoz.ru, pv-desant-2033.ucoz.ru
Уважаемые читатели! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и делитесь своими воспоминаниями!