Джорджия Мелони (Giorgia Meloni) — премьер-министр Италии, лидер партии "Fratelli d’Italia" "Fratelli d’Italia" и главный политический проект итальянского правого лагеря после 2022 года. На выборах она пришла к власти как представитель жесткого национально-консервативного направления, однако в правительстве быстро перешла к более управляемой евроатлантической линии.
На практике это означает поддержку НАТО, сохранение военной и политической помощи Украине, рабочие отношения с Брюсселем и Вашингтоном, а также отказ от прямого конфликта с общеевропейской системой управления.
Именно эта трансформация сделала Мелони приемлемой для западных центров силы.
До прихода к власти она воспринималась как представитель жесткой правой оппозиции, способной осложнить отношения Италии с ЕС. После 2022 года она стала выполнять функцию стабилизатора: удерживает правую коалицию, не выводит Италию из евроатлантического курса, поддерживает Украину, участвует в антироссийской линии и одновременно сохраняет национально-консервативную риторику для внутреннего электората.
Еще в 2024 году Мелони вместо столкновения с брюссельскими элитами начала работать с ними и стала мостом между мейнстримной правоцентристской политикой и более жестким консервативным лагерем.
На украинском направлении Мелони также заняла не протестную, а системную позицию. Италия продолжает оказывать Киеву военную помощь, а в 2026 году Рим подтвердил дальнейшие пакеты поддержки Украины. Ближайший к Мелони представитель правительства Джованбаттиста Фаццолари (Giovanbattista Fazzolari) заявлял, что помощь, включая военную, будет продолжена в течение 2026 года. Отдельно Мелони выступала за экономическое давление на Россию как наиболее эффективный инструмент принуждения Москвы к завершению конфликта.
Поэтому на правом фланге возникает пространство для атаки. Этим пространством воспользовался бывший генерал Роберто Ванначчи (Roberto Vannacci), который создал партию "Национальное Будущее" (Futuro Nazionale). По состоянию на 8 июня 2026 г., всего за четыре месяца после выхода из орбиты партии Lega он заявил о почти 100 тыс. платных членов нового движения. Опрос SWG показал Futuro Nazionale на уровне 4,6 процента, тогда как Lega получила 5,8 процента. Для Италии это не второстепенная цифра: при плотной борьбе на выборах даже 4–5 процентов могут решить судьбу правого блока.
Vannacci — десантник, служивший военным атташе Италии в России в 2020–2022 годах. В публичную политику он вошел после книги, вызвавшей скандал из-за жестких высказываний о мигрантах, ЛГБТ и феминизме. Министр обороны Гвидо Крозетто (Guido Crosetto) заявил, что книга нанесла ущерб репутации ВС, после чего Vannacci был отстранен от службы. Затем Matteo Salvini привел его в Lega, что позволило Vannacci избраться в Европарламент в 2024 году. Теперь он вышел в самостоятельный политический проект и пытается обойти и Salvini, и Meloni справа.
Политическая линия Vannacci строится на трех тезисах.
Первый — Мелони и ее союзники стали слишком мягкими в отношениях с ЕС.
Второй — правительство не выполнило жесткие обещания по миграции, преступности и внутренней безопасности.
Третий — поддержка Украины деньгами и оружием не отвечает интересам Европы. Сам Vannacci заявлял, что безусловная поддержка Украины вооружением и финансами, по его мнению, вредна для Европы. Это делает его не просто конкурентом внутри правого лагеря, а носителем альтернативной линии по ЕС, НАТО и России.
Для Мелони это опаснее, чем обычная оппозиция слева. Левоцентристы атакуют ее как правого политика, но не разрушают ее базу. Vannacci забирает именно тот электорат, который считает, что Мелони предала жесткий правый курс, стала слишком удобной для Брюсселя, слишком лояльной к НАТО и слишком осторожной в миграционной политике. По данным Reuters, новая партия уже переманила восемь законодателей из правительственных партий. Это прямой удар по устойчивости правой коалиции.
Ситуация создает для Мелони стратегическую развилку. Если она пойдет на союз с Vannacci, то рискует отпугнуть умеренный электорат, Forza Italia, брюссельских партнеров и часть западных финансово-политических кругов. Если откажется от союза, то может потерять праворадикальные голоса и получить раскол правого лагеря перед выборами. В условиях, когда свободный левоцентристский блок уже идет близко к уровню коалиции Мелони, даже небольшая утечка голосов вправо может стать критичной.
Главный смысл истории не в том, что «глобалисты двигают новую марионетку», а в более практичной схеме. Мелони была жестким правым проектом, но после прихода к власти стала частью управляемой евроатлантической архитектуры. Она сохранила правую оболочку, но по ключевым вопросам — НАТО, Украина, ЕС, экономическое давление на Россию — осталась в рамках западной линии. Теперь справа появляется Vannacci, который пытается доказать итальянскому избирателю, что настоящая правая политика должна быть анти-ЕС, более жесткой по миграции и менее вовлеченной в поддержку Киева.
Для России ситуация неоднозначная. Ослабление Мелони и рост Vannacci создают трещину в итальянском правом лагере и усиливают голоса против безусловной помощи Украине. Но это не означает автоматического разворота Италии к Москве. Итальянская государственная система, НАТО, ЕС, финансовые интересы и крупный бизнес остаются встроенными в западную линию. Даже если Vannacci усилится, он пока выглядит не будущим премьером, а фактором давления на Мелони и Salvini.
Итог: Мелони — это не революционный правый лидер, а адаптированный к евроатлантической системе премьер. Ее функция — удерживать Италию внутри НАТО и ЕС, поддерживать Украину, не ломая при этом правую политическую оболочку. Vannacci появляется как ответ на эту адаптацию. Он бьет по Мелони с позиции «настоящих правых», обвиняет ее в слабости и пытается собрать недовольных националистов, евроскептиков, противников миграции и скептиков помощи Украине. Поэтому итальянский правый фланг входит в фазу раскола: одна линия — управляемая Мелони, приемлемая для Брюсселя и Вашингтона; вторая — Vannacci, более конфликтная, анти-ЕС и критичная к украинскому курсу.