— Ползи с тряпкой, Даша, мама приедет завтра вечером! — Кирилл швырнул мокрую микрофибру прямо в пластиковое ведро с водой.
Брызги грязной мыльной жижи полетели на светлые рельефные обои в коридоре. Те самые обои, которые я клеила своими руками на майских праздниках в прошлом году.
— Ты в своем уме? — я медленно выпрямилась. Поясница заныла глухой, тянущей болью после трех часов непрерывного мытья полов.
Мы жили вместе ровно три года. Три года я выстраивала этот быт по кирпичику.
— Мама любит абсолютную чистоту! Ты же знаешь, как она придирается к углам! — лицо Кирилла пошло красными пятнами, он нервно потер шею под воротником футболки. — Возьми старую зубную щетку и пройдись по плинтусам еще раз. Там пыль, Даша. Пыль!
Я опустила взгляд на свои покрасневшие от агрессивной химии руки. Капли грязной воды с обоев медленно стекали вниз, оставляя темные влажные дорожки на бумаге. Одна капля сорвалась и бесшумно разбилась о ламинат.
⊰✫⊱ ⊰✫⊱ ⊰✫⊱
Прошлой зимой мы стояли у кассы в «Пятерочке». На черной резиновой ленте лежали продукты на неделю: сетка картошки, молоко в пластиковой бутылке, батон, две пачки моего любимого сливочного масла. Я тогда дико устала после тяжелой смены в офисе, закрывала зарплатные ведомости, глаза слезились от монитора.
— Даш, ну давай возьмем те дорогие пельмени, ты же еле на ногах стоишь, — Кирилл мягко, почти невесомо отодвинул мою руку с дешевой желтой пачкой и положил на ленту ту, что стоила в два раза дороже. — Я сам сварю, чесночный соус сделаю, а ты пока в душ сходишь, погреешься.
Он умел быть заботливым. В такие моменты мне казалось, что всё идет правильно. Что эта уютная однушка в спальном районе — наша настоящая крепость. Я тогда прижималась лбом к его плечу в лифте нашей девятиэтажки, слушала, как скрипят старые тросы, и думала, что мне повезло.
За эти три года я вложила в ремонт его «холостяцкой берлоги» четыреста пятьдесят тысяч рублей своих накоплений. Мы же собирались пожениться. Какая разница, чья по документам квартира, если мы выбирали плитку в ванную вместе? Я ездила в строительные гипермаркеты после работы, ругалась с мастерами, таскала мешки со смесями.
А еще за эти три года Галина Сергеевна, мать Кирилла, сорвала нам пять отпусков. Ровно пять раз, когда билеты были уже куплены или бронь оплачена, у неё случалось «неотложное состояние». То давление прыгало до небес прямо накануне вылета, то прорывало трубу на даче, то она просто плакала в трубку, что ей одиноко и страшно ночевать одной в грозу. И каждый раз билеты сдавались. Кирилл мчался к ней. Я оставалась распаковывать чемоданы.
— Я просто хочу мира в семье, Дашуль, — говорил он каждый раз, виновато пряча глаза. — Мама дала мне всё, вырастила одна. Мы должны уважать её странности, она не молодеет.
И я глотала это. Все мои институтские подруги уже давно водили детей в садик, выкладывали фотографии с семейных фотосессий под елкой. Мне было тридцать пять. Внутри постоянно тикал невидимый, но очень громкий таймер. К тому же, если признаться честно, больше всего на свете я боялась маминого взгляда. Боялась услышать её коронное: «Я же говорила, что твой Кирилл — маменькин сынок, а ты годы на него угробила». Проще было купить новые обои, сварить борщ и сделать вид, что всё нормально.
⊰✫⊱ ⊰✫⊱ ⊰✫⊱
— Я не буду мыть плинтуса зубной щеткой, Кирилл, — спокойно произнесла я, глядя, как он переминается с ноги на ногу в коридоре.
— Тебе сложно, что ли? — он всплеснул руками, едва не задев полку с ключами. — Это моя мать! Она приедет проверять, как мы живем. Завтра! А у нас тут…
Он обвел руками чистую, пахнущую свежестью квартиру так, словно мы стояли посреди притона.
— У нас тут чисто, — я взяла с тумбочки сухую салфетку из микрофибры и принялась машинально протирать черный пластик роутера. Мне почему-то стало жизненно важно стереть невидимую пылинку с мигающих индикаторов. — Я вымыла окна. Я постирала шторы. Я почистила ковер в гостиной. Если твоей маме нужна стерильная операционная, пусть снимает номер в клинике.
— Ты эгоистка, Даша! — голос Кирилла сорвался на визг, он шагнул ко мне. — Тебе плевать на мою семью! Я прошу тебя об элементарном уважении! Ползи и домывай!
Он развернулся и ушел на кухню, громко хлопнув дверью.
Я осталась в коридоре. Пальцы сжимали желтую салфетку. Внутри предательски шевельнулась привычная мысль: может, я правда раздуваю из мухи слона? Ну что мне стоит взять эту щетку, пройтись по углам минут двадцать? Зато Кирилл успокоится. Зато Галина Сергеевна приедет, попьет чай с пирогом, подцепит губой пару фраз о том, что шторы висят криво, и уедет. Ради мира в семье.
С кухни донесся приглушенный голос. Кирилл кому-то звонил. Точнее, записывал голосовое сообщение. Я сделала два шага по коридору и замерла у приоткрытой двери.
— Мамуль, да, я всё сказал ей, — голос жениха звучал заискивающе, в нем не было и следа того металла, которым он только что кричал на меня. — Да заставил, конечно. Ползает, вылизывает всё. Ты же знаешь, она ленивая немного, её пинать надо. Не переживай, завтра к твоему приезду всё будет блестеть, я проконтролирую. Целую, мамуль.
Я стояла у двери, чувствуя, как желтая салфетка выпадает из ослабевших пальцев.
⊰✫⊱ ⊰✫⊱ ⊰✫⊱
Запах хлорки от средства для сантехники вдруг показался невыносимо едким. Он забрался в ноздри, осел где-то на корне языка, отрезая кислород.
Старый холодильник на кухне монотонно гудел. Этот звук всегда раздражал меня по ночам, но сейчас он казался единственным, что удерживало эту квартиру от распада на атомы. Ровное, дребезжащее гудение.
Я перевела взгляд на пол. Левый тапочек Кирилла, брошенный у входа на кухню, был стоптан сильнее правого. Он всегда переносил вес на левую ногу, когда чистил зубы. Три года я смотрела на этот стоптанный край и умилялась.
Металл помолвочного кольца на безымянном пальце внезапно стал ледяным. Золотой ободок сдавил кожу так, словно уменьшился на два размера.
Во рту стоял отчетливый привкус мела и водопроводной воды.
Надо будет завтра отменить совместную подписку на онлайн-кинотеатр, мелькнула совершенно чужая, холодная мысль.
Я шагнула на кухню. Кирилл сидел за столом, уткнувшись в телефон. Заметив меня, он торопливо заблокировал экран.
— Ну что, поняла, что была неправа? — спросил он, пытаясь вернуть в голос прежнюю строгость.
Я молча стянула кольцо с пальца. Оно поддалось не сразу, пришлось потянуть с силой, оставляя на коже красный след. Положила золотой кругляш на стеклянную поверхность стола. Он тихо звякнул.
— Я ухожу, Кирилл.
— Даш, кончай цирк, — он нервно хохотнул, но в глазах мелькнула паника. — Какое ухожу? Куда ты пойдешь на ночь глядя?
— Куда угодно. Я развернулась и пошла в спальню. Достала с верхней полки шкафа свой серый пластиковый чемодан.
Тишина.
Кирилл стоял в дверях спальни и молча смотрел, как я скидываю с вешалок свои платья.
⊰✫⊱ ⊰✫⊱ ⊰✫⊱
Через час я вызвала такси. Сумма на экране телефона высветилась приличная — тысяча двести рублей до маминой квартиры на другом конце города. Я подтвердила заказ и сунула телефон в карман куртки.
Моя зарплата бухгалтера — шестьдесят тысяч. Снять нормальную однушку в Москве сейчас стоит минимум сорок пять. Остается пятнадцать на еду и проезд. Эти расчеты крутились в голове, пока я спускалась в лифте на первый этаж. Чемодан тяжело бился колесиками о металлические стенки кабины.
Кирилл не вышел меня провожать. Он остался сидеть на диване в гостиной, глядя в выключенный телевизор.
Утром мне пришлось признаться маме во всем. Она, вопреки моим страхам, ничего не сказала про «я же говорила». Просто налила чай, подвинула ко мне тарелку с сырниками и погладила по руке. Я сидела на ее тесной кухне, смотрела в окно на мокрые весенние деревья и понимала, что впереди меня ждет очень трудный год. Поиск жилья, жесткая экономия, суды с самой собой по ночам.
Золотое кольцо так и осталось лежать на стеклянном кухонном столе. Рядом с ключами от квартиры, ремонт в которой я оплатила.
Три года выброшены в пустоту. Я потеряла деньги, время и иллюзию семьи. Больше никаких проверок пыли по углам не будет.
Похожие истории, которые могут вам зайти:
— Уйдёшь в клуб — домой не вернёшься, — сказал я. Утром её вещи стояли у двери
- После ЗАГСа квартира будет моей, - сказал жених матери. Я достала договор аренды
Подписывайтесь, чтобы первыми читать новые рассказы