Я тут на днях листала биографию Трумэна. Ну, того самого, который потом стал президентом. Хиросима, Нагасаки, холодная война, доктрина Трумэна — всё это мы знаем. А вот про Первую мировую я ничего не знала.
Оказывается, он воевал. В окопах. Во Франции. Командовал артиллерийской батареей. И не просто сидел в штабе — лез под пули вместе со всеми.
Вот про это и расскажу.
Кем он был до войны
До 1917 года Гарри Трумэн был никем. Фермер. Сын фермера. Держал лавку, прогорел. Долги, кредиторы, перспектив — ноль. В тридцать три года жил с мамой. Не женат. Не призван. Зрение плохое — без очков ничего не видел.
Но когда Америка вступила в войну, он пошёл добровольцем. Не по призыву. Сам. Записался в Национальную гвардию. Врачам на медкомиссии соврал про зрение. Выучил таблицу наизусть. И его взяли.
Представляете? Будущий президент США обманывает врачей, чтобы попасть на фронт.
Что он делал во Франции
Его отправили во Францию в 1918 году. Дали батарею «D» 129-го полка полевой артиллерии. Четыре пушки, двести солдат. В основном — ирландцы и немцы. Ребята горячие. Дисциплина хромала. Над офицерами смеялись.
Трумэн навёл порядок. Не криком. Не мордобоем. Он просто говорил с людьми. Объяснял. Помогал. Если солдат провинился — наказывал, но справедливо. И постепенно его зауважали.
Первое время над ним посмеивались — очкарик, фермер, какой из него командир. А потом перестали. Потому что он не прятался. В бою стоял вместе со всеми. Сам корректировал огонь. Сам лез на передовую.
Боевой опыт
Батарея Трумэна участвовала в Сен-Миельской операции. Это было первое самостоятельное наступление американцев. Потом — Мёз-Аргоннское наступление. Последнее и самое кровавое для американской армии.
Трумэн воевал грамотно. Его батарея подавляла немецкие позиции, прикрывала пехоту, ставила дымовые завесы. Один раз он приказал открыть огонь по лесу, где, по донесениям, не было немцев. А они там были. И готовили контратаку. Трумэн их накрыл. Командование потом признало — решение было верным.
Другой случай. Во время отступления его батарея попала под обстрел. Солдаты запаниковали, кто-то побежал. Трумэн встал в полный рост и рявкнул на них таким матом, что ветераны покраснели. Все остановились. Вернулись к орудиям. Продолжили бой.
Говорят, именно во Франции он научился ругаться. И потом, уже в Белом доме, мог выдать такое, что генералы краснели.
Что ему это дало
Война сделала Трумэна. До 1917-го он был никем. После — капитаном. Командиром. Лидером.
Солдаты его полюбили. После войны они держались вместе. Помогали друг другу. И когда Трумэн пошёл в политику, именно однополчане стали его первой опорой. Голосовали за него. Агитировали. Помогали деньгами.
Без батареи «D» не было бы сенатора Трумэна. Без сенатора — президента. Без президента — Хиросимы и Нагасаки, холодной войны, НАТО, плана Маршалла.
Вот так фермер из Миссури, обманувший окулиста, изменил мировую историю.
Что он сам говорил
Трумэн потом писал — война была лучшим, что со мной случилось. Не потому что он любил убивать. А потому что понял — он может. Может командовать. Может вести за собой. Может принимать решения под огнём.
И ещё он понял — солдаты идут за тем, кто о них заботится. Не за героем. Не за крикуном. За тем, кто помнит их имена. Кто делит с ними паёк. Кто не прячется.
Этому его Франция научила.
Вот такая история. Про очкарика, который стал президентом. Про фермера, который обманул медкомиссию. Про капитана, которого солдаты запомнили на всю жизнь.
Слышали про такое? Или, может, у вас в семье кто-то воевал в Первую мировую? Делитесь. Я всегда слушаю.