История отъезда Чубайса из России напоминает шпионский триллер с элементами комедии – ну прямо, как и вся жизнь Анатолия Борисовича. В конце марта 2022 года он ушел в отставку с поста спецпредставителя президента по связям с международными организациями. И сразу же покинул страну, не называя причин – правоохранительные органы тут же начали проверку его работы в «Роснано» и поиск принадлежащих ему заграничных счетов.
Основания для скоропостижного отъезда, больше напоминающего бегство, назывались разные. От несогласия с политикой руководства России до «накрутки» со стороны супруги Авдотьи Смирновой, телеведущей, придерживающейся либеральных убеждений. Но самый известный рыжий в стране хранил интригующее молчание.
Первым пунктом назначения стала Турция. Там Чубайса засекли у банкомата в Стамбуле, что породило массу мемов про «обычного пенсионера», пришедшего за своей пенсией. Однако турецкий берег показался ему слишком шумным для философских раздумий о будущем России.
Уже через пару недель транзитом через Израиль (где он отметился в МВД, но гражданство менять не спешил) наш герой отправился на Кипр. Там он был замечен с пустой тележкой в супермаркете города Лимасола. Видимо, планировал затариться свежими оливками и мыслями о бренности бытия, но и там не задержался.
Летом 2022 года судьба занесла его в Италию, на Изумрудное побережье Сардинии. Вот тут-то и начались настоящие приключения. На отдыхе политику внезапно стало плохо: руки-ноги отказали, глаз перестал закрываться. Диагноз – синдром Гийена-Барре, острое аутоимунное заболевание, когда организм атакует собственные клетки. В большинстве случаев является следствием перенесенного вируса, в том числе ВИЧ.
«Состояние нестабильное. Стало плохо, внезапно начали отниматься руки и ноги... частичный паралич лица, плохо работают ноги и руки и не закрывается глаз», — сообщала Ксения Собчак со слов супруги.
Слухи ходили самые мрачные, но итальянские врачи сумели поставить на ноги гиганта мысли и отца русской демократии Ходить он начал сам, а вот говорить за него продолжала жена. После клиники была реабилитация в Германии, и лишь тогда пациент смог вернуться к более спокойной жизни.
Сейчас основным местом жительства Анатолия Чубайса считается Израиль – он имеет на это право благодаря наличию еврейской матери. Им был основан Центр российских исследований при Университете Тель-Авива, где анализируется прошлое СССР и будущее России. Говорят, лекции пользуются популярностью среди местной русскоязычной интеллигенции, соскучившейся по новостям с далекой северной родины.
Учитывая, что в свое время рыжий реформатор был акционером многих крупных организаций, его финансовое положение следует признать удовлетворительным. Даже несмотря на то, что российский суд ранее взыскал с него несколько миллиардов рублей, вынудив жить на одну пенсию.
По крайней мере, теперь он работает не ради денег, а только для удовольствия. И ни в чем себе не отказывает. Помимо Израиля, у Анатолия Борисовича есть недвижимость в Италии – на острова Сардиния и в Тоскане. Время от времени он туда наведывается, чтобы проверить состояние личных виноградников и погреть старые кости.
Отношения с женой, режиссером и писательницей Авдотьей Смирновой, судя по всему, крепкие. Именно она была рядом во время болезни в итальянской больнице и комментировала его состояние прессе. Сама Авдотья, находясь в эмиграции вместе с мужем, продолжает заниматься творчеством и общественной деятельностью. Она ведет популярный подкаст «Уроки русского», пишет сценарии и эссе, оставаясь заметной фигурой в медийном пространстве.
Чубайс практически исчез из российского публичного поля – может быть, соблюдая неизвестные нам договоренности. Прямых интервью, где он поливает грязью бывшую родину, попросту нет. Его деятельность в Центре российских исследований скорее академическая, хотя и политически окрашенная.
Что касается впечатлений от новой жизни, то, судя по отзывам окружения, он наслаждается свободой перемещения и отсутствием необходимости брать на себя бремя борца или адепта режима. Правда, израильское лето может быть жарковатым, да и сервис местами специфический, но зато можно пить кофе на бульваре без опаски встретить знакомого чиновника.