6 июня отмечают День русского языка. И блогеры традиционно к этой дате делятся книжными рекомендациями. Обычно, вспоминают классику художественной литературы. А мы вот всё больше читаем мемуары, письма, дневники. И сегодня хотим рассказать про один из таких текстов.
В середине 19 века Казанский дворянин, юрист и городской активист Николай Мамаев написал книгу «Моя Жизнь, перед лицом потомства, написанная мной самим». Его воспоминания охватывают события с 1815 по 1842 год.
Тексты про начало 19 века имеют особое настроение: на этих страницах соседствуют леденящие кровь истории о бытовухе и очаровательные сценки отдыха на природе, тру-крайм истории о смерти и горе и комичные сценки. Просто потому, что в те годы к насилию относились спокойнее.
Вот мемуары Мамаева начинаются очень прохладно:
«Я родился в Казани, на Грузинской улице утром 3-го Июля 1815-го года, — вторым в нашей семье. Всех нас детей было 8. Из них, остались в живых Петр, я и сестра Вера. Все остальные померли в очень молодых летах; из них один только Илья дожил до 12-ти лет. Илья выказывал замечательные способности, особенно, в математике. В таких молодых летах, он сознавал уже пользу ученья и — умер в 1835-м г. от воспаления в мозгу, вследствие своих усиленных занятий».
А уже через несколько страниц читатель погружается в мир зимних развлечений губернского города:
«Другого рода катанье [по льду] происходило на „самокате“, но этим удовольствием, мы могли пользоваться только во время ветра. Была устроена широкая скамья на полозьях.
Посредине скамьи утверждена мачта. Мы усаживались на скамью, подымался парус и „самокат“, силою ветра, скользил по расчищенному льду озера, находящегося в недальнем расстоянии от нашего дома. — Обоими этими развлечениями любили пользоваться и взрослые. Иногда собиралось большое общество мужчин и женщин; кавалеры катали дам, последние визжат и смеются».
Описание «самокатов» у Мамаева, кстати, очень похоже на буеры — лодки на коньках с парусом. Мы раньше думали, что это чисто санкт-петербургское развлечение. Но видите, в Казани тоже освоили.
Вообще, мемуары этим и хороши, что они переполнены деталями, на которые не всегда есть время в большом русском романе, большом русском подкасте и прочих назидательных жанрах.
Так, например, все более-менее знают, что помещики в Российской империи играли в карты. Много и со вкусом. Об этом только самый ленивый писатель не рассказал. А Мамаев добавляет, что в Казани в первой четверти 19 века дворяне играли в карты не на деньги, а на мешки ржаной муки. А пока родители рубились в карты, дети читали комиксы. Ну, вернее — лубочные картины.
Мамаев пишет: «Я страстно любил так называемые „лубочные“ картинки, суздальской работы и приходил в восторг, когда мне их дарили. Этими произведениями самородного русского искусства снабжали провинции ходепщики или корабельщики, как их тогда называли, носившие картинки, частью в коробах, частью — привязанными к палке.
Тогдашние картинки были действительно, занимательны, особенно в отношении перспективы и раскраски. То было время, ещё близкое к 1812-му году, почему и все картины большей частью изображали разные эпизоды из войны с французами: их поражение, бегство, страдание от холода и голода и т. п. Всё это сильно действовало на наше детское восприимчивое воображение, и чем нелепее было изображение тем более нам нравилось.
Или, напротив, изображение сражения!.. здесь, один казак поддевает на пику пятерых французов и они — торчат на ней, как на вертеле; там, около леса, конница врубилась в толпу неприятелей; люди падают, пушки палят, дым в виде грязных пятен, стелется по небу; везде валяются кучами убитые и раненые»
Очень ценное свидетельство так-то! Лубочные картинки — это «низкий» жанр, популярный у крестьян. Но мы видим, что и в просвещённых дворянских семьях дети могли залипать на мемы с расчленёнкой и получать быстрый дофамин. О времена, о нравы!
Мемуары редко имеют какой-то сквозной сюжет или мораль. Зато под одной обложкой скрывается сразу несколько жанров. Например, в мемуарах Николая, помимо прочего, есть коротенькая детективная история. Он рассказал про священника из села Соловцово, которое принадлежало Мамаевым. Священника звали Пётр Иванович, а кличка у него была — Берёза. Был он высокого роста и кутил без меры. Иногда приезжали к нему «какие-то люди, одетые в синие суконные балахоны» и оставляли денег. А в один из дней поп Берёза пропал, даже шляпы с собой не захватил.
И только спустя несколько лет открылась правда. Попа перекупили старообрядцы. Прямо как игрока в футболе или it-специалиста. Предложили лучшие условия. И увезли в тайную молельню в Саратовской губернии. Там они выполняли все его хотелки и осыпали золотом. Но за порог не пускали. Ситуация вполне реальная для тех лет. Некоторые старообрядческие общины старались заиметь себе священника, официально рукоположённого в сан, чтобы сохранить преемственность от первых русских епископов. В общем, жил Берёза в золотой клетке, но загрустил и сбежал. И пришёл просить заступничества у семьи Мамаевых, но был изгнан. И это только один сюжет, который походя рассказывает мемуарист. А можно целый роман сочинить по мотивам.
А ещё мы очень рекомендуем заглядывать в тексты, которым больше 100-150 лет за живой русской речью. На этих страницах можно встретить «поводильщика с медведем», который развлекает народ. На смену поводильщикам спустя несколько лет пришли «арфянки» — девушки, которые играли музыку в злачных местах. После похода в церковь на праздник крестьяне пели полуязыческие «подблюдные песни». Высоким экипажем на улицах Казани управляли «ермишки» и «фалетуры». А батюшку автора сгубил «антонов огонь», так в России называли гангрену. Дети в мемуарах Мамаева носятся с горок на «чуманах» — берестяных коробах. А после ждут своё любимое лакомство — «кокурки». Так называли яйца, которые запекали в тесте, прямо со скорлупой.
Вообще, про еду мемуаристы всегда пишут с охотой. Но тут уже читатель должен сам стать немного исследователем и погуглить. Мамев, к примеру, без должных комментариев упоминает «криво-сахар» и «жомки». Первое — это «клевасахар», то есть запечёная лапша с мёдом. Второе — маленькие пряники.
В общем, мемуары — это не только способ быстро написать научную статью, если вы студент-историк. Это отличное чтиво на вечер.
В 2019 году записки Николая Мамаева переиздали краеведы Айвар Муратов и Артур Тумаков за что им честь и хвала! Книгу от издательства Маковского можно найти в крупных библиотеках. А для тех, кто хочет прочувствовать атмосферу текста максимально — в интернете есть оцифрованное дореволюционное издание. Записки Мамаева выходили в журнале «Исторический вестник» в 1901 году в томах 83 и 84. Первый фрагмент можно прочитать вот тут.
Поздравляем всех с наступающим днём Русского языка! Помните, во дни сомнений, во дни тягостных раздумий… именно живой, изменчивый, смешной, грубый, странный, полный заимствований и местечковых приколов язык может стать поддержкой и опорой.
___________
Крот Казанский — медиапроект о Татарстане и Поволжье.