— Проходи, Лика, не стесняйся. Разуваться не обязательно, тут не музей.
Ульяна остановилась в дверях кухни с влажной тряпкой в руках. Она только что отмыла плиту и собиралась ставить чайник.
В прихожей стоял её муж Аркадий. В одной руке он держал объёмную спортивную сумку, а пластиковый чемодан уже бросил у зеркала. Рядом переминалась с ноги на ногу высокая блондинка в бежевом плаще.
— Аркаша, а мы точно вовремя?
Блондинка брезгливо покосилась на домашние штаны Ульяны и простую футболку.
— Аркадий, — Ульяна сделала шаг в коридор.
— Это что за представление?
— А ты тон сбавь. И потерпи, не барыня.
Муж отпихнул ногой кроссовки Ульяны и втиснул чужой баул в узкий проём между шкафом и зеркалом.
— Нам пока жить негде. У Лики в новостройке бригада накосячила, там трубы прорвало, сплошная сырость. Не на улицу же нам идти.
Тряпка выпала из рук Ульяны и шлёпнулась на коврик. Она смотрела на мужа и пыталась понять, спит она или это происходит наяву.
Четыре года в браке. Четыре года она тащила на себе коммуналку, продукты, бесконечные кредиты мужа в этой самой двушке, доставшейся ей от бабки.
Аркадий всё это время находился в поиске себя. Перебивался случайными заработками, таксовал по выходным, пробовал открыть бизнес с какими-то мутными друзьями.
Приносил в дом только грязные носки и постоянные претензии, что жена его не вдохновляет.
Учитывая его ночные переписки, сомнений не оставалось: теперь он привёл сюда свою женщину.
— Это моя квартира, — Ульяна привалилась плечом к дверному косяку.
— Я её за два года до нашего загса в порядок привела. Пошли вон оба.
— И что?
Аркадий усмехнулся. Снял куртку и бросил её на тумбу у зеркала.
— Я тут четыре года живу, я тут хозяин наравне с тобой. Куда я на ночь глядя пойду? Родного мужа выгонишь из-за временных трудностей? Ликочка, проходи в зал.
Лика, прихватив с собой снятый плащ, уверенно прошла в комнату, громко стуча каблуками по ламинату.
— Ой, а тут миленько, — донеслось из зала.
— Только шторы мрачноватые. Аркаша, мы их снимем завтра? А то света совсем мало.
Ульяна молча смотрела на чужие туфли у порога. Модные, дорогие. Аркадий всегда пользовался её уступчивостью.
Он был уверен, что она поскандалит для приличия, выпьет успокоительного на кухне и проглотит. Как глотала его ночные переписки в телефоне, задержки после работы и пропавшие из общего бюджета деньги.
— Так, значит, слушай сюда.
Аркадий подошёл ближе. От него пахло дорогим парфюмом, явно купленным не на те копейки, что он приносил домой.
— Я тебе на кухне складное кресло поставлю. А мы с Ликой в спальне разместимся. Там матрас нормальный, у неё спина больная после аварии, ей на жёстком нельзя.
Страх и растерянность куда-то исчезли. На их место пришла совершенно ясная мысль, что всё это время она жила с абсолютно чужим, бессовестным человеком.
— На кухне, значит? — переспросила она.
— Ну а где? Не Лику же мне на кухню селить, она гостья. И женщина хрупкая.
Аркадий почесал подбородок и по-хозяйски заглянул на кухню.
— И сообрази нам поесть что-нибудь. Мы с дороги уставшие, пока эти сумки таскали. Макароны с сыром пойдут, или что там у тебя в холодильнике есть.
— Хорошо.
Ульяна нагнулась и подобрала с пола влажную тряпку.
— Я пока окно в спальне открою, душно у нас.
Она развернулась и ушла на кухню. Плотно прикрыла за собой дверь. Включила воду в раковине на полную мощность. Достала телефон из кармана штанов.
Пальцы почти не слушались, когда она листала список контактов.
Сначала она хотела позвонить брату, но тот был в командировке. Потом вспомнила про Егора — давнего друга семьи, у которого была своя бригада по ремонту квартир. Мужик он был крепкий, скорый на расправу и Аркадия терпеть не мог с первого дня их знакомства.
— Алло, Егор? Привет. Слушай, твои парни сегодня свободны? Бери их и пустые бланки договоров на ремонт, дело есть.
Она быстро обрисовала ситуацию. На том конце провода сначала ругнулись, потом попросили дать минут сорок.
Ульяна сбросила вызов. Положила телефон на стол. За стеной уже громко работал телевизор — Аркадий включил свой любимый спортивный канал. Слышался смех Лики. Они обживались.
Телефон завибрировал: звонила свекровь — Тамара Ивановна.
Ульяна не хотела отвечать, но палец сам нажал на зелёную кнопку.
— Ульяна, здравствуй. Аркаша мне уже всё написал.
Голос свекрови звучал ровно и даже немного покровительственно.
— Тамара Ивановна, ваш сын привёл в мою квартиру свою любовницу. Вы в курсе?
— Ну зачем сразу такие громкие слова? Любовница...
Свекровь в трубке зашуршала какими-то пакетами.
— Мальчик запутался. У них там авария случилась, Лике этой действительно негде ночевать. Ульяна, ты же умная женщина. Не устраивай истерик.
— Я не устраиваю. Я их выгоняю.
— Вот это твоя главная ошибка!
Голос Тамары Ивановны стал строгим, как у учительницы.
— Мужика надо уметь удержать. А ты его на улицу гонишь. Пусть поживут пару дней. Аркаша посмотрит на эту свою фифу в быту, сравнит с тобой. Поймет, что ты хозяйственная, заботливая. И сам её выставит. А ты сейчас скандал закатишь и сама его в её руки толкнёшь.
Ульяна усмехнулась. Надо же, какая забота о сохранении семьи.
— Тамара Ивановна. Вашему мальчику тридцать пять лет. Он не котёнок, чтобы его на передержку брать. Если он запутался — пусть выпутывается на теплотрассе или у вас в гостиной.
— Ты как с матерью разговариваешь?!
— Всего доброго.
Она сбросила звонок и отключила звук на телефоне. Нужно было продержаться всего полчаса.
Дверь на кухню приоткрылась. Заглянула Лика. Она уже успела переодеться в короткий домашний халатик, который едва прикрывал бёдра, и смыть макияж.
— А у вас кофе нормального нет?
Блондинка покрутила в руках банку с растворимым порошком, которую достала из шкафчика.
— Я такой суррогат не пью. Аркаша сказал, ты хороший заварной прячешь на верхней полке.
— Аркаша много чего говорит.
Ульяна забрала у неё банку и поставила на место.
— Кофемашина сломалась.
— Ну и сервис.
Лика фыркнула, поправляя волосы.
— Ладно, тогда чайник ставь. И где у вас тут чистые полотенца лежат? Я в душ хочу сходить с дороги.
— В шкафу в коридоре посмотри. Самая нижняя полка.
Лика пожала плечами и ушла. Ульяна подошла к окну. У подъезда уже парковался тёмный микроавтобус. Из него вышли трое плотных мужчин в рабочих куртках. Впереди шёл Егор.
В дверь позвонили.
Аркадий крикнул из комнаты:
— Уль, открой! Наверное, доставку привезли, я пиццу заказал, раз от тебя ужина не дождёшься!
Ульяна вышла в прихожую. Аркадий вальяжно лежал на диване с телефоном, закинув ноги в носках прямо на подлокотник. Лика по-хозяйски перебирала вещи в шкафу в спальне. На пол мимо кровати уже полетели свитера Ульяны — гостья освобождала место для своих нарядов.
Ульяна повернула замок и распахнула дверь.
На пороге стоял Егор и двое его парней. Егор снял рабочие перчатки и кивнул.
— Привет, Уль. Командуй. Что на выброс? А курьера с пиццей мы внизу развернули, нечего тут праздновать.
— Вон те два баула в прихожей. И вот этого мужчину с дивана. Желательно вместе с его курткой.
Аркадий подскочил так резко, что пульт от телевизора улетел под диван.
— Эй, вы кто такие вообще?!
Он шагнул в коридор, но тут же остановился, упершись взглядом в Егора, который был на голову выше и вдвое шире в плечах.
— Грузчики.
Егор, с мстительным удовольствием глядя на Аркадия, шагнул в квартиру, отодвинув его плечом.
— Освобождаем помещение от крупногабаритного мусора. На выход, командир.
— Ульяна, это что за цирк?! Я сейчас полицию вызову!
Аркадий попятился к окну, хватая с дивана свой телефон.
— Вызывай.
Ульяна скрестила руки на груди.
— Заодно покажешь им документы на квартиру. А Егор покажет договор на ремонтные работы, бланки у него с собой. Ты тут никто, Аркаша. Вещи собирай.
Один из парней Егора уже подхватил чемодан Лики и спортивную сумку Аркадия. Легко, как пушинки, выставил их на лестничную клетку. Второй взял куртку с тумбы и бросил её туда же.
Из спальни выскочила Лика. Она придерживала халатик на груди и испуганно переводила взгляд с Егора на Аркадия. Свой плащ она уже накинула прямо на плечи.
— Аркаша, что происходит?! Кто эти люди?
— Одевайся, Ликочка.
Ульяна указала рукой на дверь.
— Квартирный вопрос отменяется. Складное кресло на кухне сломалось.
— Ты не посмеешь!
Аркадий попытался сделать шаг к жене, но Егор молча встал между ними. Просто перегородил дорогу и посмотрел на Аркадия так, что тот сразу сдулся.
— Время пошло, ребята.
Егор посмотрел на часы.
— Либо сами идёте ножками, либо мы помогаем. У нас, знаете ли, почасовая оплата, задерживаться не резон.
Лика лихорадочно метнулась обратно в спальню. Через минуту она выскочила оттуда, просунув руки в рукава плаща. Схватила свои дорогие туфли у порога и выбежала на лестничную площадку, на ходу всовывая в них ноги.
Аркадий пытался махать руками. Кричал про половину нажитого имущества, про микроволновку, которую он купил со своей премии, про потраченные на Ульяну лучшие годы.
Но против троих суровых мужиков в рабочих куртках его наглость испарилась моментально.
Он злобно зыркнул на жену, стоя уже одной ногой за порогом.
— Ты ещё пожалеешь! Будешь умолять, чтоб вернулся! Кому ты нужна с таким характером!
— Дверь с той стороны закрой. Дует.
Она отвернулась и пошла на кухню.
Через пять минут лестничная площадка огласилась возмущёнными криками Лики, которая требовала от Аркадия немедленно вызвать такси премиум-класса. Егор пожал Ульяне руку, отказался брать деньги за вызов и увёл своих парней.
Ульяна закрыла дверь. Повернула ключ на два оборота и щёлкнула верхней задвижкой, про которую Аркадий вечно забывал.
В квартире стало пусто. На полу в спальне так и валялись сброшенные Ликой свитера. Ульяна подошла к окну.
На улице всё так же моросил дождь. Внизу, у самого подъезда, Аркадий тащил огромный пластиковый чемодан по лужам. За ним, кутаясь в тонкий плащ и спотыкаясь на каблуках, семенила Лика.
Ульяна посмотрела на них ещё минуту. Потом пошла на кухню, налила себе воды и наконец-то поставила чайник.
Через неделю Аркадий попытался вернуться. Он караулил её у подъезда, клялся, что Лика была ужасной ошибкой. Что он всё осознал, пока жил у матери, и готов начать всё с чистого листа.
Ульяна не стала ничего отвечать. Она просто прошла мимо, поднялась на свой этаж и открыла дверь новым ключом. Замки она сменила на следующий же день, вызвав мастера из ЖЭКа.
