На дне Мирового океана лежат шесть атомных подводных лодок. Четыре советских, две американских.
У каждой из них: реакторы. У некоторых: ядерное оружие. Одни из них мониторят ежегодно. К другим не опускались десятилетиями.
Это не история о прошлом. Это история о том, что происходит прямо сейчас на глубине нескольких километров в нескольких точках планеты.
К-129: лодка, которую ЦРУ попыталось украсть
8 марта 1968 года советская дизельная подводная лодка К-129 вышла на боевое патрулирование в северную часть Тихого океана. 98 членов экипажа. Три баллистические ракеты. Ядерные торпеды. Маршрут стандартный: патрулирование в зоне досягаемости американского западного побережья.
Через несколько недель К-129 не вышла на связь. Поиски советского флота ничего не дали. Официально СССР факт потери лодки не признавал.
То, что нашёл американский флот: скрывалось двадцать лет.
На борту К-129 находились три баллистические ракеты, ядерные торпеды и, что главное для разведки, шифровальные машины и секретные коды. Лодка лежала на глубине около 5000 метров. Это глубина, куда ни одна страна в 1968 году не могла опуститься: или так думал советский флот.
ЦРУ решило её поднять. 12 августа 1974 года в результате операции «Азориан» при помощи специально сконструированного корабля «Гломар Эксплорер» был начат подъём подводной лодки. Удалось поднять только переднюю треть.
Носовая часть разрушилась при подъёме на глубине около 3 километров. Что именно удалось извлечь: в значительной части засекречено. Известно, что ЦРУ нашло тела нескольких советских моряков, которых похоронили в море с воинскими почестями.
Остаток К-129 лежит на дне Тихого океана по сей день. Вместе с двумя ракетами и ядерными боеголовками.
К-8: первая потеря
12 апреля 1970 года в Бискайском заливе при аварии затонула атомная подводная лодка К-8 проекта 627А. На К-8 30 человек погибли в результате аварии, 22 человека не смогли покинуть тонущую лодку в условиях 8-балльного шторма.
К-8 лежит на глубине около 4680 метров в Бискайском заливе. На борту два реактора. Торпеды с ядерными боеголовками. Это первая официально признанная потеря советского атомного флота.
Постоянного мониторинга нет. За прошедшие десятилетия не было проведено ни одной обследовательской экспедиции. Состояние реакторов и оружия неизвестно.
К-219: 45 боеголовок в Атлантике
3 октября 1986 года в Атлантическом океане, примерно в тысяче километров к северо-востоку от Бермудских островов, произошла авария на ракетной подводной лодке К-219. В результате аварии погибло 8 человек. Кроме двух реакторов, затонувшая подводная лодка имела на борту не менее пятнадцати баллистических ракет и 45 термоядерных боеголовок.
К-219 лежит на глубине около 5500 метров. Сорок пять термоядерных боеголовок: по сей день. Координаты известны. Экспедиций к ней не проводилось. На этой глубине давление уничтожит любой аппарат, кроме специализированного глубоководного, которых в мире единицы.
Если вам интересны такие истории о советском ядерном арсенале и его судьбе, подписывайтесь на наш закрытый MAX-канал ОКБ «Прорыв»: там именно это выходит регулярно.
К-278 «Комсомолец»: рекордная глубина и постоянная утечка
7 апреля 1989 года затонул К-278 «Комсомолец»: самая глубоководная подводная лодка в истории. Она лежит на глубине 1658 метров в Норвежском море. С двумя ядерными торпедами.
Это единственная из советских затонувших лодок, которую регулярно обследуют. Норвежские и российские экспедиции опускаются к ней почти ежегодно.
Результаты неутешительны. Титановый корпус корродирует. Утечки радионуклидов фиксируются регулярно. В 2019 году норвежские учёные взяли пробы воды у вентиляционных отверстий и обнаружили концентрации цезия-137 в 800 000 раз выше фонового уровня. Цифра пугающая: но надо понимать контекст: это в непосредственной близости от точки утечки, а не в окружающем океане.
Мониторинг показывает: угрозы для широких морских пространств пока нет. Но деградация конструкции продолжается.
К-27 и Карское море: намеренное затопление
Затонувшая подводная лодка К-27 была затоплена самостоятельно в 1982 году в Карском море после радиационной аварии. Это было сделано потому, что АПЛ не подлежала восстановлению, а утилизация была слишком дорогой.
К-27 была не единственным ядерным объектом, затопленным в Карском море. В советский период туда намеренно сбрасывались реакторы с отработанным топливом, контейнеры с радиоактивными отходами, части корпусов других аварийных лодок. МАГАТЭ оценивало общее количество сброшенных в Карском море ядерных объектов в сотни единиц.
Карское море мелкое: глубины в местах захоронений составляют от 12 до 380 метров. Арктическая вода холодная, что замедляет коррозию. Пока что масштабного загрязнения зафиксировано не было. Но вечно это продолжаться не может.
Кстати, подобные дилеммы возникали не только под водой. Например, орбитальная станция «Мир» изначально рассчитывалась примерно на пять лет работы, но в итоге прослужила пятнадцать, пережила пожар, столкновение с грузовым кораблём и множество технических проблем. О том, почему её в конце концов пришлось свести с орбиты и затопить в Тихом океане, подробно рассказывали в статье «Мир»: как советская орбитальная станция прожила 15 лет вместо пяти, пережила пожар и столкновение: и была сознательно утоплена в океане.
Что говорит наука
Реальная ситуация сложнее, чем «всё опасно» или «всё под контролем».
Морская среда обладает огромной разбавляющей способностью. Локальные утечки радионуклидов у точки захоронения могут быть в сотни тысяч раз выше фонового уровня: но уже в нескольких сотнях метров они растворяются до неопределяемых концентраций. Системные угрозы рыболовству или населению пока не зафиксированы.
Долгосрочная картина хуже. Период полураспада плутония-239: 24 000 лет. Корпусы советских подводных лодок рассчитаны примерно на 100–150 лет. Потом металл будет полностью разрушен.
На дне Мирового океана покоятся не просто исторические артефакты. Это медленно разрушающиеся ядерные объекты в водах, которые омывают берега множества стран. Ни одна из четырёх советских лодок не поднята: подъём в большинстве случаев технически возможен, но экономически и политически никто этим не занимается.
МАГАТЭ и Норвегия периодически поднимают вопрос о необходимости международной программы мониторинга и изоляции. Россия участвует в части из них: к «Комсомольцу» ходят совместные экспедиции. К К-8 и К-219 не ходит никто.
Вопрос не в том, произойдёт ли утечка. Вопрос в том, когда она станет заметной: и в чьих территориальных водах это произойдёт.
Как думаете: должны ли Россия и международное сообщество взять на себя обязательство поднять или надёжно изолировать затонувшие ядерные объекты: или мониторинг без подъёма является достаточной мерой? Пишите в комментариях.