В России резко выросло число людей, уходящих на самозанятость после 50 — разбираем почему

Цифры говорят сами за себя

По данным Федеральной налоговой службы, к середине 2025 года число самозанятых в России превысило 14 миллионов человек — и это лишь официальная статистика. С момента запуска эксперимента в январе 2019 года участники программы заработали свыше 6,91 трлн рублей и перечислили в бюджет почти 305 млрд рублей налогов. За один только последний год к программе присоединились более трёх миллионов новых участников. Об этом рассказали «RT на русском».

Среди них заметно выросла доля людей старшего возраста. И это не случайность — это закономерность, у которой есть глубокие социальные, экономические и психологические корни.

Рынок труда после пятидесяти: невидимый барьер

Российский рынок труда давно страдает от негласной возрастной дискриминации. Человек в возрасте 50—60 лет нередко сталкивается с тем, что его резюме просто не рассматривается: работодатели предпочитают молодых специалистов, которых легче «переформатировать» под корпоративные стандарты. Даже при высоком профессиональном уровне опытный сотрудник рискует остаться за бортом традиционного найма.

Именно в этой точке самозанятость превращается не просто в альтернативу, а в спасательный круг. Человек с двадцатью или тридцатью годами профессионального стажа — будь то бухгалтер, инженер, врач, педагог или мастер-ремесленник — обнаруживает, что его знания востребованы на открытом рынке, даже если крупная компания отказала ему в собеседовании.

Что привлекает зрелых людей в новом статусе

Причины перехода на самозанятость у людей старшего поколения складываются из нескольких составляющих:

Налоговая простота. Ставка 4% при работе с физическими лицами и 6% — с организациями. Никаких страховых взносов, никакой громоздкой отчётности. Зарегистрироваться можно за несколько минут через приложение «Мой налог».

Свобода от офиса. Режим работы, количество клиентов и формат занятости — всё это определяет сам человек. Для тех, кто устал от корпоративных правил, это принципиально важно.

Легализация серых доходов. Значительная часть людей старшего возраста годами оказывала услуги неофициально — давала уроки, чинила технику, шила на заказ. Теперь они могут делать то же самое легально, без страха проверок и штрафов.

Доступ к финансовым инструментам. Подтверждённый «белый» доход открывает возможность получать кредиты и пользоваться банковскими услугами — то, чего был лишён работник теневого сектора.

Как отмечает генеральный директор Ассоциации развития финансовой грамотности Эльман Мехтиев, именно совокупность этих факторов и обеспечивает уверенный рост числа самозанятых: простота регистрации, низкое налогообложение и автоматизация учёта делают режим привлекательным для самых разных категорий граждан.

Накопленный опыт как главный актив

У зрелого самозанятого есть то, чего нет у молодого фрилансера, — репутация и экспертиза, сформированные за десятилетия работы. Репетитор с тридцатилетним стажем, мастер по ремонту с портфолио из сотен объектов, консультант, знающий отрасль изнутри, — таких специалистов клиенты находят по рекомендациям, и конкуренция с молодыми здесь не так остра.

Примечательно, что более половины сегодняшних плательщиков налога на профессиональный доход раньше вообще не декларировали свои заработки. Для многих из них самозанятость стала первым опытом официальной трудовой деятельности за последние годы — своеобразным возвращением в легальное поле.

Государство заинтересовано не меньше

Массовый выход людей из серой зоны выгоден и бюджету. Управляющий партнёр Main Division Андрей Глушкин называет произошедшее «серьёзнейшей легализацией»: государство получает контроль над значительной частью ранее теневых доходов, расширяет налоговую базу и получает более точную картину реальной занятости в стране. Немаловажно и то, что часть самозанятых со временем вырастает до полноценных предпринимателей — открывает ИП или малые предприятия.

Программа официально рассчитана до 2028 года, однако премьер-министр Михаил Мишустин уже дал понять, что её продление практически неизбежно. Условия, по его словам, будут обсуждаться отдельно — но сам механизм, доказавший свою эффективность, менять никто не собирается.