- Душу из меня вынули, теперь и сердце хотят забрать, - грустно прошептала Дарья, обнимая мужа на прощание.
- Сердце? Я всё ещё в твоём сердце? – с надеждой спросил Ваня.
- Ты навеки в нём, и никто другой не займёт твоего места.
- Я вернусь, милая, и мы заживём как раньше, - он прижал её к себе сильнее.
- Как раньше не будет, но будет по-другому. Возвращайся скорее, береги себя.
Глава 1
Они обнялись, расцеловались, и Ваня ловко запрыгнул в кузов грузовика. Он старался улыбаться, чтобы не доставлять лишних тревог матушке, что махала ему рукой. Но внутри у него была тоска. И вовсе не из-за того, что ему предстояло, рискуя жизнью, биться с врагом. Все его мысли были о пропавших дочери и бабушке.
Вскоре и Наум ушёл на фронт, остались свекровь с невесткой одни. Не могла Варвара жаловаться на Дарью – девушка была покладиста расторопна и умела. Вот только глядеть на неё – тоска была. Свекрови так и хотелось встряхнуть её посильнее, чтоб привести в чувство.
Она знает, что такое терять детей. Варвара и сама старшего сына похоронила, когда тому и трёх лет не было. Унесла жизнь мальчонки сильнейшая лихорадка. И тоже ведь горевали всей семьёй, но выкарабкались, родили ещё...
А Дарью беда прямо поглотила целиком. Глаза пустые у неё стали, кожа бледнее прежнего. И оттого безупречная линия бровей казалась слишком резкой. А волосы, что были безжалостно затянуты в тугую косу, будто очерчивали вокруг лица острые углы.
Горести войны две женщины, оставшиеся в доме, переносили вдвоём. Когда пришла похоронка на Наума, Дарья ни на минуту не оставляла свекровь. Та слегла, да так худо ей было, что невестка боялась, как бы несчастная Богу душу не отдала.
Как-то среди ночи, Варвара пришла в себя. Открыла глаза, а на полу у кровати Дарья сидит, уронив голову на матрас. Уснула бедненькая, прямо у постели больной. Свекровь протянула руку и погладила её по голове. Так и проснулась.
- Ох, доченька, как же понимаю я тебя теперь, - прошептала она, - горько бывает порой, но душа, хотя и болит, а всё сносит. Многое мне на своём веку пережить пришлось, но умела я выстоять, боль моя утихала. А после гибели Наума будто сломалось что-то. Сил нет, как тяжело. И внутри так мучительно пусто.
- Будто душа покинула, - тихо произнесла Дарья, и в глазах её блеснули слёзы. - Словно за реку ушла и бродит по лесу, бродит... А в теле пустота...
- Верно, дочка, - тихо ответила Варвара и погладила Дашу по голове.
У свекрови с невесткой всегда отношения хорошие были, а тут особое понимание пришло. Порой встречались они взглядом, и знали, что думают об одном же – о погибшем Науме, об Иване, что воюет с немцами, о Катюше, которая бесследно исчезла.
А потом страшное недоразумение вышло, и женщинам удалось выстоять только благодаря поддержке друг друга. Пришло извещение о том, что Иван Прокофьев пропал без вести. Это было официальное письмо со списком тех, кто не вернулся после битвы.
Дарья в обморок упала на руках обезумевшей от горя свекрови. А когда пришла в себя, плакали они обе, утешая себя слабой надеждой, что, возможно, Ивану удалось выжить. Вот только если Ваня жив, то когда дойдёт до родных эта весть?
Но ясность пришла тем же вечером. Помимо списка, состоящего из фамилий и имён были ещё другие бумаги. И в одной из них была информация по пропавшему рядовому Прокофьеву.
- Прокофьев Иван Николаевич, село Дубцы, - задумчиво произнесла Дарья, - что-то я не понимаю.
- Да какой же Николаевич, когда Наумович? – нахмурилась Варвара.
- Да чёрным по белому тут написано, что Николаевич.
- А Дубцы-то тут при чём? Это ж по ту сторону реки, совсем далёко-то от нас.
И в этот момент пришло понимание, что произошла страшная ошибка. Кто-то напутал в спешке, и направил в Грачёвку извещение о жителе соседнего села Дубцы.
На следующий день старый почтальон принёс Прокофьевым письмо от Ивана, который сообщал, что он жив и здоров. И хотя радость домашних была неописуемой, задумались Варвара с Даше, что родным некого Ивана Прокофьева из села Дубцы вовсе не так легко и хорошо, как им.
Почтальон развёл руками. Он носит письма по адресу, что указан на конверте. Очевидно, что речь шла о неком другом Иване, но ведь то не его, почтальона ошибка. Это в военкомате напутали.
- Как же быть? – спросила Варвара, понимая, как важно доставить это невесёлое письмо до адресата.
- Отправить в Дубцы, - развёл руками старик. - сам я туда не пойду. Это ж вплавь надо или в обход на грузовике либо в повозке.
****
Шли недели, месяцы, письма от Ивана приходили то чаще, то реже. Неописуемое счастье давали женщинам те самые дни, когда получали они добрые послания с фронта. А там уж и весть о Великой победе пришла, стало понятно, что скоро Иван вернётся домой.
Встретила Дарья супруга, обливаясь слезами. Верно сказала она, что как прежде, у них уже никогда не будет. Но вот что-то по-иному, по-новому сложится.
Дарья была расположена к мужу, льнула к нему с ласками. Проводили они ночи сладкие в объятиях друг друга. Радовалась Варвара за молодых. Так дело пойдёт, и забеременеет Дашка! Родится дитя, и вернётся в дом настоящая радость.
Только время шло а беременность всё не наступала. Вроде как и дружно жили Прокофьевы, но без детей дом был пустым.
***
В Грачёвке полным ходом шло строительство. Пришло указание из района построить здесь хорошую больницу и новую школу. На стройке работали и местные, и приезжие. А уж когда больница заработала, направили сюда несколько врачей.
Первым делом Дарья на осмотр свекровь свою направила. Та до сих пор не оправилась после гибели мужа. А ещё спину у неё постоянно прихватывало, и ноги болели. Варвара упиралась – не очень-то хотелось ей в больницу идти. Но по настоянию снохи сходила, а вернулась очень даже довольная.
- Врач больно хороший, - рассказывала она, - выписал мне лекарства. Кое-какие порошки сразу дал, а за другими позже сказал прийти.
- Вот и замечательно! А врач-то из города?
- Нет, из Дубцов. Он как с войны вернулся, его сразу в Дубцы направили. Там отработал несколько лет, и вот к нам перевели. Ты бы и сама сходила к нему.
- Да зачем мне это? Я ж не больна.
- А кто ж знает, больна или нет? Детишек-то у вас с Ванькой всё нет. Так, может, со здоровьем, какие нелады? Врач больно хороший, нужные порошки выпишет, вмиг организм поправится!
Долгое время Дарья не хотела показываться врачу, но по настоянию домашних, всё же пошла. Страшновато ей было и волнительно. А уж когда оказалась она в кабинете, так и вовсе ноги задрожали.
Доктор выглядел немолодым, его лицо украшала густая пышная седая борода. Посмотрел он на Дашу поверх очков и будто бы удивился.
- Вы из Дубцов?
- Нет, я местная. А почему вы спрашиваете?
- Да у нас в Дубцах девчушка есть, очень очень на вас похожая. Тот же взгляд, родимое пятно на плече, - он осматривал Дарью и удивлялся. - Чудное пятно, треугольничком. Её бабка ко мне водила ушки лечить. Здоровенькая девчонка, а вот с ушками беда. Чуть простынет – и болят.
У Дарьи помутнело перед глазами. Да ведь у неё всё детство та же беда была. Бабуля вечно её в косынке заставляла ходить. Годам к пятнадцати прошла эта напасть. И у дочки, как и у неё, пятно на плече есть в виде треугольничка.
- Доктор, а сколько лет той девочке? – прошептала вдруг Дарья.
- Да что-то около восьми. Хорошенькая, глаз не отвести! А на вас посмотрел – да ведь точь-в-точь, только в годах разница. Потому и решил, что племянница ваша или ещё кто.
Даша присела на кушетку и расплакалась.
- Дарья, что с вами? – испугался доктор. – Я расстроил вас? Не переживайте вы так, может, родня какая дальняя. Так бывает, что люди живут в разных сёлах и деревнях, и понятия не имеют друг о друге.
Даша покачала головой. Она умоляюще взглянула на врача и попросила его рассказать о той самой девочке всё, что известно ему самому.
- Ничего такого я и не знаю, - развёл руками доктор, - она всегда приходила с пожилой женщиной, вероятно, бабушкой. Зовут девчушку то ли Настей, то ли Аней. Нет, Настя, точно Настя. Да объясните мне, ради Бога, чем я так вас расстроил?
Продолжая рыдать, Даша сбивчиво поведала пожилому врачу свою историю. Тот сочувственно на неё глядел, то качая головой, то поглаживая свою роскошную бороду.
- Ты ж посмотри какие дела-то, - задумчиво ответил доктор, - а ведь в Дубцах я слышал историю о том, как до войны местные нашли мёртвую старушку в руках которых спал младенец. Но слушать сплетни я не привычен, потому и решил, что это всё выдумки.
- А та девочка Настя, что похожа на меня, кто её родители? А бабушка? Это её родная бабушка?
- Ничего не могу сказать, родителей девочки я не видел. Бабушка Насти не казалась мне старухой. Это точно не ваша баба Рая. А знаете что? Не стоит нам гадать, как и что там происходило на самом деле. Дубцы не так далеко. Завтра я еду туда за лекарствами для вашей свекрови, и возьму вас с собой.
Заливаясь слезами, Дарья принялась благодарить доктора. Затем пришла домой и стала рассказывать домашним эту необыкновенную историю.
Свекровь покачала головой. Ох, не стоило бы Даше обнадёживать себя раньше времени! А Иван заявил, что поедет вместе с женой. Он хочет быть рядом в момент радости… или уж разочарования.
- И я поеду! – заявила Варвара. – Не оставлю вас одних. Сама никогда не бывала в Дубцах. Да и на девчушку ту хочу поглядеть, которая так похожа на нашу Дашу.
Доктор удивился тому, что Дашу решили сопровождать её родные, но возражать не стал. Он немало пожил на этом свете, видел много горя, поэтому понимал чувства людей, когда-то потерявшись родное чадо.
Дарья дрожала, пока грузовик вёз их по ухабистым дорогам. Она будто не слышала и не видела того, что происходило вокруг. Её спутники что-то спрашивали у местных, пытаясь выяснить нужный адрес. И вот уже Дарья стояла перед калиткой в тот самый двор.
- Настёна, там кто-то пришёл, погляди, - раздался голос из дома.
И вот к калитке подбежала девочка лет восьми, открыла её и с любопытством уставилась на гостей. Четыре человека, что стояли перед ней, будто онемели.
- Точно одно лицо, - прошептала Варвара, увидев девчушку.
- Этого не может быть, - произнёс Иван.
И только Дарья, которая хотя и гляделась много раз в зеркало, а всё ж никогда не видела себя со стороны, просто дрожала. Она чувствовала сердцем – это её дочь. Подойдя к девчушке, она оттянула воротничок платья и увидела родимое пятно.
- Катюша, Катенька, - прошептала она.
- Нет, меня зовут Настя, - покачала головой девчоночка.
Доктор понял, что от его спутников мало толку. Он решил взять дело в свои руки.
- Настя, а проводи-ка нас в дом. Кто-то есть из взрослых?
- Проходите. Мы с бабулей живём, она дома, лепёшки стряпает.
Дарья не помнила себя в те минуты. Она молча шла за девочкой, удивляясь тому, как ноги слушаются её. Не было никаких сомнений – перед ней была Катя. Катюша, Катюшенька…
Бабушка Кати выглядела даже моложе Варвары. Она с любопытством уставилась на гостей. Но узнав доктора, приветливо улыбнулась.
- Вы, Аким Семёнович, вроде как в Грачёвку переехали, - сказала он.
- Да, мы к вам из Грачёвки. И тут такое дело…
***
Разговор происходил за столом. Лидия, так представилась хозяйка дома, с изумлением переводила взгляд с Дарьи на собственную внучку. Она слушала доктора, но даже не очень вникала в слова. Слишком уж поразительным было сходство Насти и Дарьи.
Мать и дочь неотрывно смотрели друг на друга. Они сидели молча, не слушая разговор. Лидия, конечно, удивилась рассказу гостей, а потом поведала свою историю.
Она рано потеряла мужа, ещё до войны. Когда тот погиб, молодая жена была беременна. Не выдержав страданий, она потеряла ребёнка. Так и жила одна долгие годы, не думая о том, чтобы снова выйти замуж.
- В те годы напасти сваливались на меня одна за другой, - рассказывала Лидия, - младшая сестра с уехала с мужем в дальнее село, и мы потеряли связь. А потом умерла моя матушка, очень уж горевала она из-за младшей дочери, от которой не было вестей. Осталась я совсем одна. Долгие годы жила одна, сходя с ума от одиночества. А потом в нашем лесу местные рыбаки нашли ребёнка на руках у мёртвой женщины.
- Да, да, это была моя бабушка Рая! – горячо воскликнул Иван.
- Дитя надрывалось от плача. Никто не знал, сколько девочка пробыла в лесу, - вспоминала Лидия, - я как увидела малютку, так сразу сказала, что заберу её себе.
- Если бы не вы, девочка бы не выжила, - прошептала Варвара.
- Может быть, и так, - кивнула Лидия, - но, вероятно, её определили бы в детский дом. Возились бы с ней, как выхаживала Настеньку я, никто не знает. Очень она слабенькая была из-за голода и холода. Вот и стала я растить Настю, как своего ребёнка. Но понимала, что в мои годы мне уж внуков пора иметь, а не детей. Потому как-то само сложилось, что стала я девочке бабушкой!
- Почему вы не сообщили о своей находке? Девочку ведь могли искать. И мы в Грачевке всё на уши подняли.
- Я сообщила. Но в тот день председателя нашего арестовали, никому не было дела до маленькой девочки. Она осталась у меня, я прикипела к ней. Никто в село не приезжал, не спрашивал о девочке. И вести с Грачевки к нам не доходили, это ж далеко, за рекой и за лесом... И подумать никто не мог, что оттуда бабка с дитем...
В какой-то момент Лидия расплакалась. Стала она причитать о том, что теперь заберут у неё Настеньку, и останется она опять одна. Тут Настя подскочила к бабушке и принялась её обнимать.
- Ни за что не оставлю тебя, бабуль! – прошептала внучка. – Ты моя самая любименькая, мы друг без друга никак!
Дарья всё молчала, продолжая глядеть на дочь. Ни на мгновение не ощутила она грусти или обиды, когда Настя обнимала бабушку. Напротив, что-то странное и удивительно приятное происходило у неё внутри.
"Я нашла свою душу", - подумала Даша и впервые за долгое время улыбнулась. Настя с удивлением поглядела на женщину, которая была так на неё похожа…и улыбнулась то же.
Было решено, что Дарья на несколько дней останется в Дубцах. А Варвару и Ивана доктор увёз обратно домой.
- Знакомьтесь заново с дочкой, - сказал он, прощаясь с Дарьей, - через несколько дней я снова приеду сюда и заберу вас.
***
Удивительно, но девочка не сторонилась своей матери. Наверное, потому что Дарья, ощущая невероятную радость от того, что её дочь жива, не навязывала ей своё внимание.
"Я смотрю на неё, и мне уже хорошо", - думала она, глядя на девочку.
Даша много разговаривала с Лидией и бесконечное количество раз говорила ей о своей благодарности. А ещё уверяла, что ни за что на свете не станет забирать у неё Настю. Ведь в этом доме был настоящий дом её девочки.
Мать и дочь не очень много разговаривали. Но Настя с интересом поглядывала на Дарью и когда видела материнскую улыбку, улыбалась ей в ответ. Кое-что они делали вместе – помогали Лидии полоть огород, собирали траву для кур. А потом даже вместе посмеялись, когда гладили живот маленькому поросёнку.
Дарья покинула дом, где жила её дочь, со спокойным сердцем.
- Я бы хотела навещать вас иногда, - попросила она на прощание, - может быть, чем-то помогать.
- Конечно, приезжайте, - с улыбкой ответила Лидия, - а помощи нам никакой не надо.
- Приезжай, - тихо ответила девочка, прижалась к бабушке и улыбнулась.
В тот момент Дарья всё-таки не смогла сдержать слёз, поэтому поспешила уйти. Её уже ждал доктор на колхозном грузовике.
***
Дарья и Иван часто наведывались в Дубцы. Иногда с ними приезжала и Варвара. Они привозили с собой гостинцы, помогали Лидии по хозяйству. Такой помощи женщина была очень рада, хотя поначалу и отказывалась. Все-таки хозяйке без мужика в доме было тяжеловато. А Иван ей и забор поправил, и сарай починил, и крышу, что прохудилась, перестелил заново.
Эти приезды напоминали визиты дорогих любимых родственников, которых хозяева очень ждали. С их появлением в доме становилось весело, шумно и сытно.
Первое время Настя не очень-то тянулась к родной матери, но со временем привыкла к ней и даже спешила поделиться своими девичьими горестями и радостями.
В 1951 году Дарья вдруг почувствовала себя плохо прямо накануне запланированного визита в Дубцы. По настоянию родных она отправилась в больницу, и доктор ошарашил её известием о беременности.
- Вы здоровы, Дашенька, - сказал врач, - поэтому откладывать поездку в Дубцы не вижу смысла.
Вот только сама Дарья не знала, как сообщить дочери о том, что у неё появится брат или сестра. Они ведь только недавно по-настоящему сблизились. Однако реакция Насти оказалась неожиданной.
- Как же я рада…мама! – воскликнула девочка, кинувшись на шею родной матери.
Лидия, наблюдая эту картину, улыбнулась. Она сказала, что Настя с малых лет тосковала о том, что у неё не может быть братика или сестры. Все её друзья происходили из многодетных семей. И только Настя была одна.
У Прокофьевых родилась дочь, которую назвали Катей, как когда-то звали Настю. После рождения малышки Настя стала сама приезжать в Грачёвку на несколько дней. Очень уж хотелось ей нянчиться с малышкой.
Спустя два года в семье появился маленький Вова. А ещё через год родился Илья.
Так и жила Настя на два дома. И в Дубцах у неё была маленькая, но любимая семья. И в Грачёвке её очень ждали и любили.
В Дубцах Настя закончила школу, там и работала в сберкассе, потому что очень хорошо и быстро считала, а ещё имела красивый почерк.
Лидия умерла, когда Настя была уже замужем и родила старшего сынишку. Бабушка даже успела понянчить маленького Лёшку, а вот младшенького Коленьку уже не увидела.
Со своим мужем Настя прожила долгую жизнь. Она была очень дружна со своими братьями и сёстрами, особенно с Катюшей. Отношения с родителями у неё сложились самые тёплые.
Историю своей жизни она с удовольствием рассказывала детям и внукам несмотря на то, что были в ней грустные моменты.
Спасибо за прочтение. Присылайте свои истории по контактам в описании канала.