1. Войска ПВО страны в ГСВГ-ЗГВ вспомнил: "На 2-м курсе ВВУЗа назначили меня выводным в гарнизонный караул. Утром развод на работы. Выделили мне 10 арестантов и отправили на топливный склад…
Не успел оглянуться а их уже разобрали по разным объектам и я должен всех контролировать. И одна группа из 4-х человек, которая таскала шпалы и бревна разделась до пояса (лето, жара). А это было запрещено!
Не успел я их заставить одеться, как на мотоцикле подъезжает комендант (любил он на мотике контролировать места работ…). Посмотрел на меня, но ничего не сказал.
По взгляду было понятно что мне светит 3 суток губы (обычно при смене караула он объявлял выводным арест и тот оставался нагубе). А бывшему выводному значит эти 3 дня (если не добавят) сидеть на голодном пайке.
Готовимся к смене. У меня настроение ниже плинтуса. Трагедия! И тут второй выводной приводит свою группу арестантов в дупель пьяных.
Оказывается они работали на базе Военторга и там напились одеколона. Смена караула и тут комендант начинает раздавать подарки. И объявляет второму выводному 3 суток, а про меня промолчал.
Видно мой залет был мелким по сравнению с ним. На всю жизнь запомнилось...»
2. Отставной козы барабанщик добавил личного опыта: "Должен был сесть на гарнизонную губу на Садовой Питере за самоход на День строителя. Сел и отсидел 5 суток без вывода.
Хотя, отмазаться от посадки мог в два счета. Но интересно было узнать и эту сторону военной жизни. Узнал. После губы был назначен замком на 1 год на младший курс. Губа цветочками показалась. Это было только начало…
Будучи офицером схлопотал 3 суток за нарушение формы одежды. На объекте ходил в том, что было удобно. Не в военной же месить грязь и лазить в пыли.
В форме за забором и с иголочки. Командир дал команду сопроводить в УНР комиссию. Время на переодевание не дал. А потом попал под горячую руку…
Месяц ходил за ним, чтобы на губу посадил. Хоть там отосплюсь. На что получил ответ, что нечего на губе прохлаждаться. Иди мол, работай, заменить то некому. ЛВВИСУ, 1982-87; В/ч 73733 ГУСС МО СССР, 1987-93г.г."
3. Юрий (ZZ) поделился комедией и трагедией: "В почетных караулах в курсантские годы бывать не довелось, что, наверное, и хорошо…
Но когда был еще зеленым лейтенантом, то частенько меня и других лейтенантов и старлеев привлекали разные траурные мероприятия, типа похорон заслуженных ветеранов службы.
Так пригнали нас на очередные похороны старичка ветерана. Для почетного стояния у гроба выбрали меня еще одного летеху (уже не помню кого) и двух старлеев-моего кореша Генку и Колю.
Коля был интересный кадр, сам из деревенских, в училище поступал из войск, но есть такой тип военных, в какую форму его не надень, все на нем сидит как на корове седло, вся форма какая то мятая и неопрятная.
Гроб с ветераном строит чуть в стороне от прощальной церемонии, Колю и другого летеху поставили в почетном карауле в ногах усопшего, соответственно мы с Генкой встали у головы.
Чуть в стороне во всю идут торжественно-траурные речи о безупречной службе и моральном облике покойного, но мысли всех присутствующих уже находятся за поминальным столом, на нас никто внимания не обращает.
Коля стоит прямо напротив меня, фура чуть набекрень, галстук сбился, китель сидит криво, все плечи в перхоти. в общем готовый образ на плакат «Как не надо носить военную форму», при этом его выражение лица очень важное и значимое, как будто его поставили к лафету с Членом Политбюро КПСС, а как вишенка на торте, обе Колиных туфли во всю просят каши.
Тут меня начинает пробивать на смехуечки, а Геныч так вполголоса, стараясь не разжимать губ начинает Колю подкалывать - товарищ старший лейтенант, посмотрите на свою обувь, вы на таком торжественном мероприятие позорите звание советского офицера и нашей комендатуры, в частности…
Коля так же вполголоса отвечает - ну а чё мне теперь делать? Геныч ему - как чего, прояви смекалку.
Вот у покойного новые штиблеты одеты, размер вроде бы твой, на нас никто не смотрит, так меняй, пока крышку гроба не закрыли, ветерану то уже все равно, а тебе новые ботинки на халяву обломиться.
Тут видимо в Колиной крестьянской душе началась серьезная борьба между служебным долгом и новыми штиблетами, после чего Коля сделал небольшой шаг в сторону гроба.
Этого вынести я уже не смог и плюнув на все приличия я пулей выскочил из траурного зала на улицу, где меня разобрал такой хохот до слез, что я не мог остановиться, наверное, минут двадцать…»
P.S. Другие рассказы товарища под ником Юрий (ZZ) читаем здесь: https://dzen.ru/a/aJL6e-oIKHVwM46y
