Броня, каска, 5 коробов медикаментов и верный пес. «Рыж» не надеется на армейских снабженцев и рассказывает, как готовится к командировке.
Предупреждение!
Прошу обратить внимание, что Автор не несет ответственности за высказывания и мнение героев интервью, которое Вам может не понравиться. Материал записывается со слов участников интервью, без поправок Автора. Статьи не являются рекламой или призывом к действию.
Вадим Белов: Как ты встретила начало СВО? Твое отношение к этому?
«Рыж»: Я очень хорошо помню этот момент. 24 февраля. Я была дома с детьми. Проснулась часа в 4 утра, не знаю почему, заглянула в новости в телефоне, и аж дух перехватило от радости — наконец-то! Радость и гордость за страну испытала.
В тот момент казалось, что это будет быстрая спецоперация, которая положит конец восьмилетнему беспределу со стороны украинских националистов.
Вадим Белов: Захотела принять участие?
«Рыж»: Хотела-не хотела… Не могла, младший ребёнок был маленький, ещё в садик не ходил.
Вадим Белов: Ты только сейчас, получается, отправляешься? Что сподвигло?
«Рыж»: Я с осени 2022 года ездила в качестве инструктора в свое свободное время в разные подразделения, здесь и за линией фронта, обучать мужиков. Также открыла в своём подмосковном городем бесплатные курсы НВП для всех желающих. Исключительно на своих морально-волевых все это тянула. С лета 2023 года работала в одном из регионов России в учебном центре, который готовил контрактников Минобороны перед отправкой в зону СВО. Сейчас законтрактовалась в медвзвод в одно из добровольческих подразделений, где служат друзья, где меня ждали.
Вадим Белов: Что изменилось за это время в такмеде? По каким алгоритмам обучала?
«Рыж»: Да много всего изменилось. Изначально был пресвятой MARCH PAWS, на который все молились. Потом на его основе сделали «КУЛАК БАРИН», который, по сути, то же самое. Я для себя на основе всех этих протоколов сформировала свой алгоритм обучения, прописала его в виде методички и успешно по нему работаю.
Основное отличие от MARCH и «КУЛАКА» в последовательности в обучении на самом первом этапе. Я обучаю в той последовательности, как это будет в реальности (жгут — отползти/оттащить — осмотр — работа с травмами). Потому, что если следовать официальным алгоритмам, мы слишком долго остаёмся в красной зоне, а задача как бойца, так и того, кто его вытаскивает, — свалить оттуда как можно быстрее.
Вадим Белов: Как ты оцениваешь развитие производства медицинских средств в России?
«Рыж»: Положительно. Я в свою экипировку стремлюсь покупать медицину отечественного производства, такая внутренняя установка. Бинты, бандажи, жгуты, турникеты, тампонады с гемостатиком и без — у меня вся российская. Я стараюсь искать новые средства, тестировать их. Иногда производители просят обратную связь — всегда откликаюсь.
Вадим Белов: Кого можешь рекомендовать?
«Рыж»: Бинты «Мицар» хорошие. Из производителей — «Русспецмед» (бандажи, окклюзионки, турникеты), новосибирские ФИЦ ФТМ и «Алсигем». Однозначно лучшие жгуты — курские «Чёверсы» (жгут Серёгин).
Вадим Белов: На каком уровне сейчас такмед в стране?
«Рыж»: Общий уровень продолжает оставаться низким. Есть группы энтузиастов, которые учатся и совершенствуются, но из них мало кто на фронт идёт. Это так называемые «тактикульщики». Простые мужики, идущие на контракты в Минобороны, до сих пор очень далеки от понимания необходимости учиться оказывать помощь себе и другим. Доходит обычно после первого боевого задания, а там уже учить особо некому.
Вадим Белов: Как бороться с таким восприятием?
«Рыж»: Это надо было делать лет 20-30 назад.
Сейчас есть два пути, которые должны идти параллельно. Первый — это фокус на этой теме в медийном пространстве и популяризация темы начальной военной подготовки для всех (чем, собственно, сейчас пытается заниматься государство с детьми и подростками, возрождая «Зарницы» и популяризируя «Юнармию» и движение «Первых»).
Второй — работа внутри Министерства обороны, причём не с рядовым составом, а с командованием. Потому что, если нет воли начальства, нет и обучения в армии. Я с радостью наблюдаю, как во многих подразделениях, где я бываю, например, в нижегородском Мулино, сейчас развивается система подготовки, создаются инструкторские подразделения. Делается это, правда, пока кривовато, но делается. Радует, что зовут в подразделения меня и коллег, чтобы мы делились опытом и методиками преподавания. Иногда зовёт командование, иногда сами инструкторы, большая часть которых были назначены на свои должности не потому, что у них есть соответствующее образование или подготовка, а потому что назначили.
Вадим Белов: Считаешь ли необходимой работу курсов такмеда для гражданских? Необходимо ли подвести всех инструкторов «к общему знаменателю», типа единой сертификации?
«Рыж»: Раньше считала. Я свои курсы открывала, когда началась частичная мобилизация, для тех, кто считал, что его могут мобилизовать, да и вообще для всех желающих быть готовыми к любой хурме.
Спустя несколько месяцев, когда мобилизацию приостановили, поток людей с нескольких сотен снизился до нескольких человек. Для меня стало очевидным, что гражданские, которые действительно хотят научиться каким-то военным штукам или первой помощи, найдут, где это сделать, хоть платно, хоть бесплатно, и я переключила свое внимание на мобилизованных и контрактников, которые уже оказались в ситуации, когда учиться нужно.
Я знаю многих инструкторов, кто, также как и я, перестал вести занятия для гражданских, так как это время, потраченное на людей, которые не поедут воевать. Пусть этим занимаются те, кто делают на этом деньги, типа Евича или УЦТМ.
Я сама до отбытия на контракт работала с гражданскими только в рамках курса по гражданской первой помощи. Не военной. Я лучше расскажу и покажу людям, что делать при ДТП, стихийных бедствиях, утоплениях, судорожных припадках и бытовых травмах, о признаках инсульта и прочем — им это нужнее. И спрос на это тоже достаточно большой.
Я не вижу необходимости в сертификации на нынешнем этапе. У нас не так много хороших инструкторов по тактмеду, чтобы отсеивать их часть. Есть замечательные ребята-инструкторы по тактической медицине, не имеющие медицинского образования. И они не лезут в медицину, они дают основы первой помощи, которую по закону имеет право оказывать каждый.
Есть необходимость унификации программ обучения, но это сложно и регулярно обсуждается в такмед-сообществе. Пока к единому знаменателю ни в одном чатике не пришли.
Вадим Белов: Как ты готовилась к командировке? Что берешь с собой?
«Рыж»: Вещей у меня овердофига. У меня нестандартные для армейских снабженцев размеры, поэтому все своё — броня, каска, вся снаряга и экипировка. Потому что все, что выдадут там, будет на несколько размеров больше, чем нужно. Естественно, медицинское снаряжение тоже своё. А ещё 5 коробов расходников и медикаментов, поскольку не знала заранее, как на новом месте службы будет со снабжением.
Ну и собачка. Со мной везде ездит мой пёс.
Вадим Белов: На какую должность идешь?
«Рыж»: В медицинский взвод командиром отделения.
Вадим Белов: Что посоветуешь парням/девушкам, которые только собираются на СВО?
«Рыж»: Девушкам посоветую не ходить. А парням посоветую заниматься спортом, развивать навыки оказания первой помощи и не строить иллюзий.
Вадим Белов: Каким для себя ты видишь окончание СВО?
«Рыж»: Только победа. Я не знаю, когда это закончится, и не строю планов далеко вперёд.
Вадим Белов: Как отреагировала семья на твое решение ехать?
«Рыж»: Дети скучают и всегда ждут меня. Старшая понимает, чем я занимаюсь, и гордится мной. Младший воспринимает чуть хуже. Их отец — большой молодец, он практически полностью взял на себя заботу о детях, и я очень ему за это благодарна. Родителям сказала только спустя пару месяцев после того, как уехала. Мама переживает - это ее мамская доля. Папа гордится. У него у самого несколько командировок в прифронтовые госпиталя – он хирург-травматолог, это очень востребованный специалист. Сейчас не ездит – возраст и проблемы со здоровьем. Бывало так, что пересекались по дороге – я туда, он оттуда. Смеялись – смена пажеского караула.
Вадим Белов: Ты в Минобороны или на срочный контракт?
«Рыж»: Один из «БАРСов».
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить!
Поддержать развитие канала можно тут👇👇👇
2200 7010 6903 7940 Тинькофф, 2202 2080 7386 8318 Сбер
Благодарю за поддержку, за Ваши лайки, комментарии, репосты, рекомендации канала своим друзьям и материальный вклад.
Каждую неделю в своем телеграм-канале, провожу прямые эфиры с участниками СВО. Ссылка: https://t.me/dnevnik_shturmovika
Читайте другие мои статьи:
Интервью с оператором БПЛА Орлан-10
Интервью с санитаром переднего края