Карина так мечтала поехать вместе с мужем к морю, что у неё не было уже терпения ждать начала поездки. Каждые несколько дней она мысленно представляла себе лазурный берег, тёплый песок под ногами, лёгкий морской бриз на лице, и от этих фантазий на душе становилось светлее. Тщательно продумав, какие платья возьмёт с собой на юг, эта наивная женщина составила список мелочей, которые ей хотелось бы купить перед отъездом и даже присмотрела несколько кафе на побережье по отзывам в интернете.
Каково же было её разочарование, когда муж за день до их отъезда сказал, что её билет аннулирован.
- Так получилось, что у меня там будут ещё и рабочие дела, и я не смогу уделять тебе должного внимания, поэтому можешь распаковывать свои вещи обратно в шкаф, ты не поедешь со мной, а поедешь к своей матери за город и пробудешь там, пока меня не будет, – строго объявил он.
- Но… Валентин, мне не потребуется так уж много внимая, не беспокойся, – чуть не плача, пролепетала она, но муж остался непреклонен и всё так же настаивал на том, чтобы она осталась дома.
- Тем более, что билета у тебя больше нет, а места на этот рейс уже все проданы, – подытожил Валентин с каменным лицом.
Карина подавленно стушевалась и притихла, не смея возразить мужу и прекратила с ним спорить. Она всегда боялась его властной натуры, хоть он никогда на неё не давил и, конечно же, даже пальцем не трогал, всё-таки хорошее воспитание давало о себе знать во всех его поступках, хоть идея этого брака принадлежала не ему, а его матери, и всё началось с решения, принятого не ими, а другими людьми.
Мать Валентина, властная и расчётливая женщина, давно вынашивала план слияния двух семейных фирм, их собственной и предприятия подруги детства. Единственным «недостающим звеном» оказалась личная связь между семьями, и тогда взгляд матери остановился на Карине, дочери той самой подруги.
- Валентин, это идеальный вариант, – уверенно сказала она сыну, – Карина – прекрасная девочка, воспитанная, из достойной семьи, к тому же, этот брак укрепит наши финансовые позиции на рынке. Ты же понимаешь, что речь идёт не просто о свадьбе, а о стратегическом шаге на пути к прогрессу нашего семейного бизнеса.
Валентин не испытывал к Карине никаких чувств, она даже была не в его вкусе, слишком мягкая, слишком тихая, с этими её робкими улыбками и застенчивым взглядом, но перечить матери не посмел, ведь после ухода отца она стала главной в их доме и в их семейном бизнесе и теперь решала сама, как они будут дальше жить и что делать, всегда добиваясь того, что задумывала, и на этот раз всё сложилось так, как она хотела.
А Карина… Карина любила его с детства. Ещё со школьных лет, когда они с Валентином случайно оказывались на одних и тех же семейных праздниках, она краснела, когда он мимоходом кивал ей или бросал короткое «привет», запоминала каждую мелочь, как он откидывал со лба непослушную прядь волос, как слегка прищуривался, когда смеялся, как небрежно опирался на перила балкона, разговаривая с кем‑то.
Она собирала в памяти эти моменты, как драгоценные камешки, перебирая их в одиночестве, и до сих пор помнила, как в шестнадцать лет она тайком вырезала его фотографию из общего школьного снимка и спрятала в обложку дневника, как в восемнадцать мечтала, что однажды он посмотрит на неё не как на дочку маминой подруги, а как на любимую женщину.
В тот день, когда Валентин сделал ей предложение, её сердце зашлось от счастья. «Он будет моим, – думала она, задыхаясь от восторга, – Мы будем вместе каждый день, я смогу заботиться о нём, стану ему настоящей женой…»
Но реальность оказалась не такой радужной, как предполагала Карина, и после свадьбы ничего не изменилось, Валентин оставался холодным и отстранённым. Он выполнял формальные обязанности мужа, жил с ней под одной крышей, появлялся на светских мероприятиях с ней в паре, когда этого требовал протокол, иногда сопровождал на встречах с партнёрами, но в его взгляде никогда не было тепла, в голосе никогда не появлялась нежность, потому что этот суровый мужчина относился к ней, как к неизбежной части сделки, заключённой его матерью с более сильным партнёром по бизнесу.
Для Карины этот брак стал одновременно и счастьем, и мучением, потому что она всё‑таки была рядом с человеком, которого любила с детства, но он никогда не отвечал ей взаимностью, и это терзало её сердце. Десять лет она пыталась заслужить его внимание, его одобрение, его любовь, и вот теперь, накануне долгожданной поездки к морю, она вдруг отчётливо поняла, что ничего не изменится, пока она сама не начнёт ценить себя больше, чем его равнодушие.
- Ты сдал оба билета? – спросила она его робко, когда они ужинали вдвоём на кухне.
- Мой билет был невозвратный, а твой я вернул ещё и потому, что твою мать нельзя оставлять в одиночестве, ты же знаешь сама, у неё депрессия, поэтому хватит устраивать трагедию на пустом месте, поезжай за город и жди моего возвращения, – с раздражением бросил он, допил свой кофе и встал из-за стола.
«Боже, какую ерунду он несёт», – подумала Карина, но ничего не сказала.
Валентин вышел из комнаты, закрылся в ванной, явно давая понять жене, что разговор окончен, и вся эта ситуация обсуждению не подлежит, а Карина продолжала размышлять:
«Валентин никогда не разбирался во всех этих приложениях и всегда просил меня оформлять любые электронные документы. Как он смог сам отменить бронь?»
Пока муж был в ванной, она решилась на рискованный шаг, и, взяв его смартфон, разблокировала экран (код ей давно был известен), вошла в аккаунт на сайте авиакомпании, где муж покупал билеты, открыла раздел с бронированием и всё поняла, когда увидела, что в графе второго пассажира чёрным по белому значилось: «Светлана Самохина», а её имени там не было и в помине. По всей видимости, муж даже не думал покупать ей билет, изначально оформив бронь на себя и на свою молодую коллегу, а законную жену решил цинично отправить к матери, чтобы она не помешала его романтическому отдыху.
«Ну, ладно же, я тебе устрою», – зло подумала Карина.
Быстро, пока муж не вышел из ванной, она нашла опцию отмены бронирования для второго пассажира и подтвердила действие, и уже через несколько секунд билет Светланы Самохиной был аннулирован, деньги вернулись на карту, и, удалив смс с уведомлениями, Карина торопливо положила смартфон на место, отошла к окну и занялась комнатными цветами, стараясь дышать ровно и выглядеть спокойной. Проделав всё это спонтанно, она не думала о последствиях, и теперь оставалось только надеяться, что Валентин ничего не заметит, хотя, даже если заметит, то предъявлять ей ничего не станет, не будет же он рассказывать ей о своей новой пассии.
Валентин вышел из ванной, ничего не подозревая и даже не проверив статус бронирования, видимо, был уверен, что всё идёт по его плану.
На следующее утро он позавтракал, бросил жене короткое «Я поехал» и уехал в аэропорт на такси.
Карина проводила его взглядом, глубоко вздохнула и медленно выдохнула, подумав, что, если Валентин думает, что она покорно соберётся и поедет в посёлок к матери, пока он будет наслаждаться южным солнцем с другой женщиной, то он очень глубоко ошибается. В голове у разозлённой женщины уже складывался чёткий план, не импульсивный, как обычно, а холодный и расчётливый, более свойственный её свекрови (было же у кого научиться за эти годы!). Карина взялась за так и не разобранный чемодан, заказала такси и поехала в аэропорт вслед за мужем.
«Он думал, что я, как всегда, покорно выполню его указания, – с горькой усмешкой думала она по дороге, – Но сегодня я сама решаю, куда и с кем мне ехать».
Здание огромного терминала встретило её шумом тысячной толпы и объявлениями рейсов по громкой связи. Карина посмотрела на большое электронное табло и нашла их рейс. Вылет через два часа. Стойки регистрации пассажиров с двадцатой по двадцать пятую.
Она неспешно покатила свой чемодан в сторону нужных стоек и остановилась за массивной бетонной колонной, внимательно наблюдая за длинной очередью улетающих. Она знала, что Валентин должен быть здесь, он никогда не опаздывал на рейсы, и вскоре увидела эту парочку, своего мужа и его молодую подружку.
Валентин стоял у стойки регистрации, на нём была светлая парадная рубашка, которую Карина лично выбирала ему в магазине, а рядом с ним нервно оглядывалась по сторонам молодая женщина, высокая, стройная красавица.
«Ах вот ты какая, Светлана Самохина», – подумала Карина.
Красотка то и дело смотрела на часы, что‑то говорила Валентину, а тот хмурился и нервно теребил паспорт в руках.
Карина уловила обрывки их разговора:
- Но как так? Билет же был подтверждён! – возмущалась Света.
- Не понимаю, в системе нет данных… – растерянно бормотал Валентин.
Он достал смартфон, начал что‑то проверять, потом попытался дозвониться куда‑то, и лицо его становилось всё более напряжённым.
«Вот оно, – с удовлетворением подумала Карина, – До него только сейчас дошло, что билет Светланы аннулирован, но он и понятия не имеет, кто это сделал».
Валентин что‑то сказал спутнице, та всплеснула руками, на глазах у неё выступили слёзы, и парочка отошла в сторону, и Карина видела, как муж пытается успокоить свою любовницу, показывает рукой в сторону кассы, но та всё равно психует, его не слушает, и вот, уже решительно направилась к выходу из терминала.
Оставшись один, Валентин растерянно огляделся, провёл рукой по волосам, явно не понимая, что делать дальше.
Пока всё это происходило, Карина купила себе билет на тот же рейс, благо денег у неё на карте хватало.
- Рейс подтверждён, – улыбнулась ей сотрудница аэропорта, протягивая посадочный талон, – Приятного полёта!
Карина крепче перехватила ручку чемодана и сделала твёрдый шаг из‑за колонны и подошла почти вплотную к Валентину, который обернулся, словно случайно уловив знакомый силуэт боковым зрением, и глаза его расширились от удивления, когда их взгляд остановился на Карине.
- Карина? – воскликнул он, – Что ты здесь делаешь? Ты же должна…
- Ой, ты знаешь, а мой билет оказался не аннулирован, и я подумала, что смогу успеть ещё на этот рейс, и мы полетим вдвоём, как и планировали, – залопотала она какую-то ерунду (а что, ему можно, значит, и ей тоже можно).
Валентин покачал головой, понимая, что любые споры сейчас только выставят его в ещё более невыгодном свете, к тому же Карина выглядела настолько собранной и уверенной, что он невольно почувствовал явное уважение к своей жене, которого никогда прежде к ней не испытывал.
- Идём, – буркнул он и пошёл первым, подхватив свой чемодан и её одновременно.
Они прошли процедуру регистрации, сдали багаж, всё делали молча, Валентин избегал смотреть жене в глаза, но Карина держалась безупречно, вежливо улыбаясь сотрудникам аэропорта, чётко отвечая на все вопросы, демонстрируя полную невозмутимость, а, когда объявили посадку на рейс, они пошли к выходу на посадку рядом, как обычные муж и жена, которых сотни и сотни в любом аэропорту мира.
Полёт прошёл в напряжённом молчании. Валентин по-прежнему избегал смотреть на жену, а Карина, напротив, чувствовала непривычную лёгкость, видимо, из-за того, что впервые в жизни она действовала не по указке, а по собственному решению, и это придавало ей сил.
В отеле им выделили номер с одной кроватью вместо двух отдельных, как и было заказано первоначально (он же ни знал, что поедет с женой, а не с любовницей), и администратор только развёл руками:
- Ваш агент не указал о необходимости раздельных кроватей, а другие номера заняты, сезон в разгаре, поэтому либо так, либо ищите другое место.
- Замечательно, – поджал губы Валентин, бросая чемодан у двери, – Просто идеально.
Сказано это было, конечно, с сарказмом, Карина поняла это, но промолчала, хоть внутри у неё давно кипела буря из-за невысказанной обиды на мужа. Ну, почему он так несправедлив к ней? Она аккуратно расстелила свои вещи на краю кровати, стараясь не касаться его вещей, и молча вышла на балкон, вгляделась в горизонт, где море манило синевой, но настроение было испорчено и это так просто уже не исправить.
Следующие два дня прошли в том же духе отчуждённости, и, хоть спали они вместе, но гуляли порознь. Карина бродила по набережной, заходила в маленькие сувенирные лавки, пробовала местные блюда в уютных кафе, а Валентин же предпочитал пляж и бар у бассейна, изредка отвечая на звонки, которые, как она подозревала, были от Светланы.
Как-то Карина предложила ему съездить на экскурсию, и Валентин неожиданно согласился, но для этого требовалось сходить в местный банк и снять наличные, чтобы заплатить гиду. Они вошли в небольшое отделение в центре города, встали в очередь, и вдруг входная дверь с грохотом распахнулась, в банк ворвался мужчина в маске с пистолетом и закричал:
- Всем на пол! Быстро! Это ограбление!
Люди запаниковали, стали ложиться на пол, а Карина в этот момент заметила, что бандит нервничает, потому что его рука дрожала, он оглядывался по сторонам, явно не зная, что делать дальше.
«Он неопытный, – мелькнуло у неё в голове, – Наверное, молодой совсем, боится».
Медленно, стараясь не делать резких движений, Карина подняла руку и сказала:
- Простите… хм… сэр, у меня проблема. Я не могу лечь на пол, потому что у меня аллергия на ковролин, и может начаться приступ астмы. Можно я останусь стоять у окна? Я не буду шуметь, обещаю.
Бандит замер в недоумении, растерянно переводя взгляд с неё на остальных заложников.
- Что Вы сказали? Какая ещё аллергия?
- Очень редкая форма, – она говорила спокойно, почти ласково, – Но если я упаду на этот ковёр, мне станет плохо, и тогда вам придётся вызывать медиков, а это лишние свидетели, лишние вопросы… Вам ведь это не нужно, правда?
Она сделала маленький шаг в сторону, как бы ненароком заслоняя собой пожилую женщину, которая задыхалась от страха, а Валентин стоял рядом и с удивлением наблюдал за действиями жены, вдруг осознав, что она не просто стоит и боится, а пытается их спасти и делает это так уверенно, так хладнокровно, что он невольно залюбовался её собранностью.
Тем временем Карина продолжала:
- А ещё, – она чуть улыбнулась, – У вас, кажется, проблемы с пистолетом. Видите, он немного перекошен? Если будете держать его так, курок может заклинить. Мой отец был военным, он учил меня разбираться в оружии. Хотите, подскажу, как поправить?
Бандит окончательно опешил от такой борзости и машинально опустил руку, разглядывая свой пистолет. В этот момент охранник банка, который до этого притворялся, что потерял сознание, бросился вперёд, сжал нападавшего в захвате, и буквально через минуту всё было кончено.
Когда полиция увезла преступника, Валентин спросил у Карины:
- Ты… Ты это серьёзно про пистолет?
- Нет, конечно, – усмехнулась она, – Я вообще не разбираюсь в этом, и мой отец не военный, просто ляпнула то, что первое на ум пришло.
- Ну, ты даёшь… – только и сказал он.
Внезапно Валентин посмотрел на свою жену как-то по‑новому, и понял, что перед ним стояла не мямля и безнадёга, как он о ней думал раньше, не покорная, робкая женщина, которую он привык не замечать, а умная, смелая личность с искрящимися глазами и лёгкой улыбкой, и ещё заметил, как красиво солнце играет в её волосах, как изящно очерчены её скулы, как уверенно она держит спину.
- Послушай, – сказал он неожиданно, – А давай сегодня вечером поужинаем в ресторане на набережной? Хочешь?
- Конечно, хочу, – кивнула Карина, – Но только… если ты обещаешь не проверять телефон во время ужина.
Эх, была – не была, ради своей любви она рискнула ему это сказать и он, усмехнувшись, ответил:
- Хорошо, договорились.
Они вышли из банка под яркое южное солнце, и впервые за долгие годы между ними повисло не молчание, а предвкушение чего‑то нового, неизведанного.
Ресторан на набережной оказался очень уютным и, в тоже время торжественным, маленькие белые скатерти, мерцающие свечи в стеклянных подсвечниках, запах жареного розмарина и вид на море, переливающегося в сумерках всеми оттенками фиолетового и синего, всё это делало атмосферу вечера ещё более романтичной и красочной.
- Ну что, – улыбнулась Карина, раскрывая меню, – Ты готов попробовать что‑то новое? Или закажем обычную еду?
- О, теперь я готов ко всему, – поднял бровь Валентин, – Особенно если это будет сопровождаться твоей фирменной улыбкой, которую я, кажется, вижу впервые за десять лет брака.
Карина фыркнула, но глаза её заблестели.
Они заказали устрицы, запечённую рыбу с лимоном и белое вино. Разговор поначалу шёл осторожно, они говорили, в основном, о море, о городе, о том, как странно всё обернулось в банке, но с каждым бокалом вина и каждым новым блюдом, созданные годами барьеры рушились, а смех становился всё естественнее.
Валентин вдруг поймал себя на мысли, что слушает Карину так, как до сих пор никогда и никого не слушал, а она вдохновенно рассказывала о себе, о том, как в детстве мечтала стать археологом, потому что ей казалось, будто древние города – это застывшие истории, которые ждут, чтобы их прочитали.
- А потом я поняла, что люди – те же города, – закончила Карина, задумчиво крутя ножку бокала, – В каждом столько слоёв, столько тайн… просто кто‑то готов их открыть, а кто‑то прячет под семью замками.
Валентин молча смотрел на неё. В свете свечи её глаза казались тёмно‑зелёными, волосы мягко обрамляли лицо, а губы… такие пухлые и сочные… манили его, как самое вкусное блюдо на свете.
- Ты сегодня очень красивая, — сказал он и почувствовал, как вихрь смутных желаний начал кружить его голову.
- Спасибо, – смутилась Карина, – Ты тоже… ничего.
Он рассмеялся, встал, обошёл стол и, не говоря ни слова, протянул ей руку.
- Потанцуем?
- Конечно!
Двигалась она, конечно, божественно, и фигура у неё крепкая, точёная…
- Ты гимнастикой, случайно не занималась в детстве? – спросил он.
- Ага, целых три года в секцию ходила, а потом бросила, слишком трудно… – ответила она.
Музыка играла, он обнимал её за талию, вдыхал запах её волос, чувствовал, как бьётся её сердце…
- М-м-м… ты сегодня так хороша, как никогда… – прошептал он ей на ухо, – Как я мог столько лет не замечать тебя?
- Видимо, был слишком занят собой, – парировала она, но в голосе не было злости, только лёгкая насмешка.
Он улыбнулся и прижал её к себе крепче.
Позже, когда они вернулись в номер, Валентин поднял Карину на руки прямо у двери, прижал к стене и начал целовать, не спеша, словно изучая её губы, лицо, всё тело… и как будто пытаясь наверстать упущенные годы. Она обвила его шею руками, смеясь и одновременно задыхаясь от нахлынувший эмоций.
- Наконец‑то, – прошептала она, – Наконец‑то ты меня увидел.
Утро наступило слишком быстро, солнечные лучи пробивались сквозь занавески, море шумело за окном, а на подушке рядом с Валентином мирно спала Карина, волосы её разметались, губы чуть приоткрыты, лицо расслабленное и беззащитное, а он смотрел на неё и думал: «Как я мог быть таким слепцом?»
Они провели в этом отеле ещё несколько дней, и вот, пришёл момент, когда их поездка закончилась, и нужно было отправляться домой. Обратный рейс прошёл как-то гораздо легче, чем дорога туда, что Карину очень удивило.
- Неужели мы уже прилетели? – воскликнула она, когда самолёт приземлился в знакомом аэропорту.
- Да, малыш, прилетели, и теперь нас ждёт совершенно другая жизнь, – улыбнулся Валентин и нежно поцеловал её в макушку.
Дома, действительно, всё изменилось, и муж Карины, действительно, изменился до неузнаваемости, стал внимательным, заботливым, иногда даже смешным в своём стремлении угодить ей.
Однажды за завтраком она вдруг замолчала, посмотрела на него и сказала:
- У меня для тебя новость.
- Какая? – насторожился он.
- Я беременна, – волнуясь, сообщила она.
Секунду Валентин молчал, как будто опешил от её сообщения, но потом лицо его озарилось такой детской, искренней радостью, что Карина не выдержала и рассмеялась.
- Я счастлив, моя милая жена, – прошептал он.
- Ты точно счастлив? – спросила она, и лукавые искорки запрыгали в её глазах
- Счастлив ли я?! – он вскочил, подхватил её на руки и закружил по кухне, – Я… я просто не могу поверить! У нас будет ребёнок!
- Да! Да! Да! – воскликнула она и опять засмеялась.
Потом он всё же поставил её на ноги, обнял и сказал:
- Получается, что всю жизнь я искал любовь и лучшую женщину… а она была у меня тут, под боком, и какой же я болван после всего этого…
Карина в очередной раз рассмеялась, уткнулась ему в плечо и подумала: «Наконец‑то. Наконец‑то он мой».
Когда они сообщили новость о ребёнке своим матерям, то обе были рады, а мать Валентина заявила, что она всегда знала, что это случится и очень надеется, что родится внучка, а не внук, потому что девочкам можно будет завязывать бантики и покупать нарядные платьица. У Карины и вправду первой родилась девочка, а мальчик появился уже через два года. Валентин был счастлив, больше на сторону не глядел и был весь целиком и полностью поглощён заботами о семье, а о том, что Карина всё это подстроила хитростью, тайком аннулировал тогда билет его любовницы, так никогда и не узнал, да всё это уже было и не важно, а главное, что он нашёл свою любовь.
Автор рассказа: Яна Куница
Что ещё можно почитать на этом канале: