— Дядя, — сказала она тонким голосом. — Дядя, а вы нас не бросите?.
— Нет, девочка. Не брошу.
Андрей сидел на крыльце.
Солнце уже поднялось высоко, но в лесу было холодно. Холодно и тихо. Только птицы пели. И дети дышали. Четверо чужих детей, которых он вытащил из подвала, сидели на траве рядом с ним. Они не плакали. Они уже выплакали все слёзы неделями и месяцами назад.
Девочка Аня — семь лет, грязные волосы, синяк под глазом — смотрела на Андрея так, будто он был Богом. Или ангелом. Или просто первым взрослым, который не ударил её.
— Дядя, — сказала она тонким голосом. — Дядя, а вы нас не бросите?
Андрей повернулся к ней. У него не было сил улыбаться. Но он попытался.
— Нет, Анечка. Не брошу.
— А маму мою найдёте?
— Найдём. Обязательно.
Она кивнула и прижалась к его плечу. Он не отодвинулся. Он положил руку ей на голову. Такая маленькая. Хрупкая. Как у Лизы.
Где-то там, в другом месте, его дочь сейчас тоже прижималась к кому-то. Или ни к кому. Или просто сворачивалась клубком на холодном полу и шептала: «Папа, где ты?»
Андрей закрыл глаза.
— Дядя, — сказал мальчик лет десяти. Его звали Паша. Он был самым старшим из спасённых. Глаза взрослые, уставшие. Говорил он тихо, но твёрдо. — Вы не поняли. Их много. Тех, кто нас держал.
— Расскажи, — Андрей открыл глаза.
Паша сел напротив. Оглянулся на других детей. Те смотрели на него с надеждой и страхом — он был их лидером здесь, в подвале, а теперь и на свободе.
— Нас привозили из разных мест. Меня — из Рязани. Аню — из Твери. Катю — из Подольска. Максима — из Москвы. Тоже из богатой семьи, как та девочка, которую вы ищете.
— Лиза, — сказал Андрей. — Её зовут Лиза.
— Да, Лиза, — Паша кивнул. — Её привезли позже всех. Она была… другая.
— Какая?
— Она не плакала. Сначала — да. Первые дни кричала, звала маму, папу. А потом перестала. Просто сидела в углу и смотрела в одну точку. Я думал, она сошла с ума. Но она нет. Она ждала.
— Ждала?
— Сказала мне однажды: «Мой папа найдёт меня. Он богатый. Он купит вертолёт и найдёт».
Андрей сжал кулаки. Лиза верила в него. А он сидел здесь, на крыльце, с чужими детьми, а её всё ещё не было.
— Кто её забрал? — спросил он. — Кто приходил?
Паша помолчал. Посмотрел на Андрея внимательно, будто решал, можно ли говорить.
— Я не видел их лиц. Они всегда были в масках. Но я слышал голоса. Один голос я запомнил. Басистый. С хрипотцой. Он сказал: «Эта для хозяина. Он её давно ждал».
— Хозяин? — Андрей подался вперёд. — Кто хозяин?
— Не знаю. Но его все боялись. Даже те, кто нас бил. Однажды приехала большая чёрная машина. И все выбежали во двор. Стояли по стойке смирно, как солдаты. Вышел человек. Я не видел лица — он был в тёмных очках и кепке. Но его слушались. Он прошёл по подвалу, посмотрел на нас, как на… вещи. А потом сказал: «Этих продать. А эту — оставить для себя». И показал на Лизу.
Андрей встал. Ноги дрожали.
— Он прикасался к ней?
— Нет. Но смотрел долго. Лиза сжалась в комочек, как ёжик. А он улыбнулся и ушёл.
— Улыбнулся?
— Да. Я видел. У него была улыбка, как у моего отца, когда он покупал мне подарки. Только страшная. Холодная.
— Чёрная машина, — сказал Сергей, который подошёл незаметно. — Марку запомнил?
— Не знаю я марок, — Паша пожал плечами. — Большая. Чёрная. Блестит.
— Мерседес? БМВ?
— Может быть. Я в этом не разбираюсь.
Сергей посмотрел на Андрея.
— Это след.
— Какой след? — Андрей не сдерживал отчаяния. — Он уехал. Увёз её. А мы даже не знаем, куда.
— Узнаем. Паша, тот человек приезжал ещё раз?
— Да. Через два дня. Сказал: «Забираем эту сегодня». И Лизу увели.
— В какую сторону?
— К выходу. А потом я слышал звук машины. Она уехала.
— Далеко?
— Не знаю. Но мы тут уже неделю. Значит, её могли увезти далеко.
Андрей закрыл лицо руками.
— Я опоздал. На неделю опоздал.
Сергей положил руку ему на плечо.
— Вы не опоздали. Вы нашли этот дом. Вы нашли детей. Они скажут в полиции. Полиция найдёт тех, кто их держал.
— А если они уже убили Лизу?
— Не убили, — сказал Паша твёрдо. — Она нужна им живая. Хозяин сказал: «Я хочу, чтобы она улыбалась мне сама. Не из страха. По-настоящему».
Андрей поднял глаза.
— По-настоящему?
— Да. Он хотел, чтобы она полюбила его.
— Полюбила? — у Андрея перехватило горло. — Он похитил её. Запер в подвале. А хочет, чтобы она его полюбила?
Паша опустил глаза.
— Взрослые странные, — сказал он тихо. — Все странные.
—
Через час приехала полиция.
Сергей вызвал их анонимно. Сказал, что нашёл детей в заброшенном доме. Не назвал своего имени. Не назвал имени Андрея.
Две машины. Четыре оперативника. И скорая.
Фельдшер — молодая женщина с усталыми глазами — увидела детей и заплакала.
— Боже, — прошептала она. — Боже, что они с вами сделали.
Аня не отпускала Андрея. Вцепилась в его куртку и не отпускала.
— Дядя, не уходите. Пожалуйста, не уходите.
— Я рядом, — сказал Андрей. — Я не уйду, пока тебя не заберут врачи.
— А потом? Потом вы меня бросите?
Он посмотрел на Сергея. Тот пожал плечами.
— Я не брошу, — сказал Андрей. — Я найду твою маму. Обещаю.
Аня подняла на него глаза. В них была надежда. И страх. И что-то ещё — что-то, что заставило сердце Андрея сжаться.
— У меня никогда не было папы, — сказала она. — Вы можете быть моим папой?
Андрей не знал, что ответить. Он опустился на колени. Обнял её.
— Я найду твоего папу, Аня. Или маму. Обещаю.
Она заплакала. Впервые за всё время. Не тихо, не сдерживаясь. А громко, навзрыд, как плачут дети, которые долго терпели, а потом поняли, что можно больше не бояться.
Андрей держал её и сам едва сдерживал слёзы.
—
Детей увезли в больницу. Аню, Пашу, Катю, Максима.
Полиция начала осмотр дома. Снимала отпечатки. Фотографировала клетки. Искала следы.
Майор — мужчина лет сорока, с седыми висками и тяжёлой челюстью — подошёл к Андрею.
— Вы нашли детей?
— Да, — соврал Андрей. — Я грибник. Зашёл в дом. Услышал плач.
— Грибник, — майор усмехнулся. — С телефоном за миллион, часами за двести тысяч, в пальто за сто. Грибник.
— У меня выходной.
— Не ври мне, — майор наклонился близко. — Я знаю, кто ты. Ты Волков. Миллиардер. У тебя пропала дочь. Ты ищешь её сам, потому что не веришь полиции.
Андрей молчал.
— Я не обижаюсь, — сказал майор. — Я бы тоже не верил. Но сейчас речь не о тебе. Ты спас четверых детей. Это героизм. Спасибо.
— Не за что.
— Есть за что. Их родители уже едут. Ты вернул их.
— А мою дочь я не вернул.
— Вернёшь. Мы поможем.
— Вы? — Андрей горько усмехнулся. — Вы не нашли её за два месяца.
— Потому что не знали, где искать. Теперь знаем. Этот дом — часть сети. Мы выйдем на всех.
— А если они уже убили её?
— Не убили. Таких детей не убивают. Их продают.
Андрей закрыл глаза.
— Долго вы будете искать?
— Быстро. Обещаю.
— Я не верю в обещания.
Майор положил руку ему на плечо.
— Верь. Хотя бы сегодня.
Андрей открыл глаза. Посмотрел на пустой дом. На полицейских, которые выносили из подвала клетки — одну за другой. Маленькие железные клетки. Как для собак.
— Вы их накроете? — спросил он.
— Накроем.
— Когда?
— Сегодня. Или завтра.
— Скажите мне. Я хочу быть там.
— Нет. Это опасно.
— Мне всё равно.
— А мне не всё равно. Если вы погибнете, вашу дочь никто не найдёт.
Андрей хотел возразить, но не успел.
Из леса выскочил полицейский.
— Майор! Там машина! Чёрная! Уезжает!
— За мной! — крикнул майор и побежал к своей машине.
Андрей — за ним.
— Стоять! — заорал майор. — Я сказал — стоять!
Но Андрей не слушал. Он вскочил в машину Сергея.
— За ними! — крикнул он.
Сергей завёл мотор.
Они рванули с места.
—
Чёрная машина — «Тойота Камри» с тонированными стёклами — неслась по просёлочной дороге, поднимая столбы пыли.
За ней — две полицейские машины.
Андрей и Сергей — третьими.
— Догони! — кричал Андрей.
— Пытаюсь, — Сергей выжимал газ.
Дорога петляла между деревьями. Чёрная «Тойота» уходила в отрыв. Она знала эти лесные тропы лучше.
— Они уйдут, — сказал Сергей.
— НЕ УЙДУТ!
Но они ушли.
«Тойота» свернула на грунтовку, проскочила через мост над оврагом, и скрылась в лесу.
Полицейские остановились у моста — их машины не прошли бы.
Сергей тоже остановился.
— Чёрт, — выругался он.
Андрей выскочил из машины. Побежал к мосту.
— ЛИЗА! — закричал он в лес. — ЛИЗА, Я ЗДЕСЬ!
Тишина.
Только ветер.
Только где-то далеко затихал звук мотора.
Он упал на колени. Ударил кулаком по земле.
— ПОЧЕМУ? ПОЧЕМУ Я НЕ УСПЕЛ?
Сергей подошёл.
— Мы найдём их по номерам.
— Номера поддельные.
— По кузову. По следам шин. Криминалисты сделают.
— А пока они убьют её.
— Не убьют. Они убегают — значит, боятся. А если боятся — значит, не убьют.
Андрей поднял голову.
— Откуда ты знаешь?
— Опыт, — Сергей протянул руку. — Вставайте. Рано сдаваться.
Андрей взял его руку. Поднялся.
Посмотрел в ту сторону, куда уехала чёрная машина.
— Я найду тебя, Лизонька, — прошептал он. — Клянусь.
—
Вечером они вернулись в Москву.
Андрей заехал домой. Катерина сидела на кухне. Пила чай. Пустой взгляд.
— Ты нашёл её? — спросила она, не поворачивая головы.
— Нет.
— А что нашёл?
— Четверых детей. Не наших. Чужих.
Катерина медленно повернулась к нему.
— Чужих?
— Да. Их держали в подвале. В клетках. Как собак.
— Где?
— В лесу. В заброшенном доме.
— А Лиза?
— Её увезли. За день до нашего приезда.
Катерина закрыла лицо руками. Не плакала. Просто сидела, закрыв лицо, и дышала тяжело.
— Я не выдержу, — сказала она. — Я не выдержу ещё одного дня.
— Мы найдём её.
— Ты это говоришь каждый день. А её всё нет.
Андрей сел напротив. Взял её руки. Холодные. Тонкие.
— Послушай меня. Я нашёл дом. Я нашёл детей, которые видели её. Они сказали, что её увёз хозяин. На чёрной машине. Он хочет, чтобы она полюбила его.
— Псих, — прошептала Катерина. — Очередной псих.
— Да. Но мы выйдем на него через тех, кто держал детей.
— Как?
— Завтра я еду в полицию. Буду давать показания. Расскажу всё, что знаю. Они начнут облаву.
— А если они убьют её за это?
— Не убьют. Я найду её раньше.
Катерина посмотрела ему в глаза.
— Андрей, я беременна.
Он замер.
— Что?
— Я беременна. Узнала вчера. Шесть недель.
— Как… как это возможно?
— Мы же были вместе. Месяц назад. Помнишь? Ты плакал. Я плакала. И это случилось.
Андрей смотрел на неё, не веря.
— Ты хочешь оставить?
— Я не знаю. Я хочу Лизу. А не нового ребёнка.
Она встала. Подошла к окну.
— Если мы не найдём Лизу, я не смогу родить этого. Я не смогу смотреть на него и думать: «А Лиза бы улыбнулась ему. А Лиза бы играла с ним. А Лизы нет».
Андрей подошёл. Обнял её сзади.
— Мы найдём её. Ради него. Ради нас.
— Мальчик, — сказала Катерина. — Врач сказал, похоже на мальчика.
— Сын, — прошептал Андрей. — У нас будет сын.
— Если мы выживем.
— Мы выживем.
Она повернулась. Поцеловала его в губы.
— Найди её, Андрей. Пожалуйста. Найди.
Он кивнул.
— Найду.
А утром уехал.
—
На следующий день Катерина проснулась другой.
Она не знала, что именно изменилось. Может быть, новость о беременности. Может быть, отчаяние перешло в ярость. Может быть, просто время пришло.
Она встала. Приняла душ. Надела чистое платье — не чёрное, а синее. Взяла телефон.
И начала звонить.
— Алло, это Катерина Волкова. У меня пропала дочь. Вы можете помочь?
Она звонила всем.
Волонтёрский поисковый отряд «ЛизаАлерт». Женщина на том конце трубки сказала: «Мы уже ищем, Катерина Сергеевна. Но у нас мало людей».
— Я заплачу. Сколько нужно.
— Мы не берём деньги.
— Тогда скажите, чем я могу помочь.
— Распечатайте ориентировки. Расклейте по городу.
— Я расклею. Но этого мало. Есть у вас знакомые в полиции, которые реально работают?
— Есть. Я дам телефон.
Катерина записала.
Потом позвонила журналистам.
— Здравствуйте, это Катерина Волкова. У меня пропала дочь. Я хочу дать интервью.
Редактор «Комсомольской правды» спросил: «Почему вы молчали два месяца?»
— Я была в депрессии. Теперь я в ярости. Приезжайте.
Она дала три интервью за день. Плакала в камеру. Кричала. Умоляла.
— МОЯ ДОЧЬ ЛИЗА, ВОСЕМЬ ЛЕТ. У НЕЁ СВЕТЛЫЕ ВОЛОСЫ, РОЗОВОЕ ПЛАТЬЕ С БЛЁСТКАМИ. ЕЁ ПОХИТИЛИ В ПАРКЕ, УБИЛИ НЯНЮ. ЕСЛИ ВЫ ЧТО-ТО ЗНАЕТЕ — ПОЗВОНИТЕ. ПОЖАЛУЙСТА. ОНА МОЯ ЕДИНСТВЕННАЯ.
После интервью её телефон взорвался.
Сотни звонков. Тысячи сообщений.
Большинство — ложные. Кто-то писал: «Я видел вашу дочь в магазине». Кто-то: «Это сатанисты украли». Кто-то просто: «Не найдут, смиритесь».
Но были и те, кто реально помог.
Женщина из Подольска: «У нас в городе пропала девочка из богатой семьи три года назад. Тоже в парке. Тоже няню убили. Девочку не нашли».
Катерина записала.
Мужчина из Твери: «Моего племянника украли два года назад. Нашли через полгода в подвале. Он был жив. Но не говорил. До сих пор не говорит».
Катерина записала.
Пенсионерка из Рязани: «У моей соседки дочь пропала. Дочь нашли. А внучку — нет. Внучке было восемь лет. Светлые волосы. Похожа на вашу Лизу».
Катерина записала.
К вечеру у неё был список из семи похожих случаев. Все — за последние три года. Все — в Московской области и соседних регионах. Все — дети из обеспеченных семей. Все — похищены в парках или во дворах.
Она позвонила Андрею.
— Алло, я нашла.
— Что?
— Семь случаев. Детей похищали одинаково. Парк. Няня отвлеклась. Ребёнка нет. Няню находят мёртвой.
Андрей молчал.
— Андрей, ты слышишь?
— Слышу. Это сеть.
— Да. Это не один Владимир. Это целая организация. Они похищают детей для богатых клиентов, которые не могут усыновить.
— Или не хотят связываться с опекой.
— Или хотят ребёнка с определёнными данными. Лиза — светленькая, голубоглазая, из хорошей семьи. Идеальный товар.
Андрей выругался.
— Я еду к тебе.
— Нет, ты ищи дальше. А я буду работать с этими случаями. Соединю полицию. Найду адвоката. Подниму базу.
— Ты справишься?
— Я должна. Ради Лизы.
Она сбросила звонок. Посмотрела на список.
Семь имён. Семь пропавших детей. Трое найдены мёртвыми. Четверо — живы, но сломлены.
Катерина взяла телефон. Набрала номер матери одной из найденных девочек.
— Здравствуйте, меня зовут Катерина Волкова. У меня тоже пропала дочь. Вы не могли бы рассказать, как вы её нашли?
Женщина на том конце заплакала.
— Мы нашли её через пять месяцев. Она была в подвале. Её кормили раз в день. Били за каждый крик. Она не говорит до сих пор. Она просто сидит и смотрит в стену.
Катерина сжала трубку.
— Кто её похитил?
— Полиция сказала — сеть. Но никого не нашли. Все концы ушли в песок. Исполнители — без вести пропавшие. Заказчики — неизвестны.
— А вы не искали сами?
— Искала. Нашла одного человека. Он сказал: «Если вы не прекратите, вашу дочь убьют». Я прекратила. И дочь вернулась. Через неделю. В полицию принесли — оставили у ворот.
— Живую?
— Живую. Но мёртвую внутри.
Катерина закрыла глаза.
— Спасибо, — сказала она. — Извините, что разбередила.
— Найдите свою, — ответила женщина. — Найдите, пока она ещё живая внутри.
Звонок оборвался.
Катерина сидела в темноте. Плакала. Потом вытерла слёзы и набрала следующий номер.
—
К ночи у неё была карта.
Семь точек на карте Московской области. Все — заброшенные дома. Все — в лесу, у реки, вдали от людей. Все — принадлежали фирмам-пустышкам.
Она позвонила Андрею.
— Я знаю, где искать.
— Где?
— Я скину координаты. Пять домов. В одном из них может быть Лиза.
— Откуда данные?
— Матери найденных детей. Они рассказали, где держали их дочерей. Я сопоставила с дачей твоей матери. Один владелец.
— Владимир?
— Нет. Разные юридические лица, но все зарегистрированы на одну контору. ООО «Белый сад».
— То же самое, что и дача матери?
— Да.
— Значит, Владимир — не главный. Он — крыша.
— Или менеджер. А главный — кто-то другой. Кто-то, у кого есть деньги. Много денег.
— Кто-то из моих знакомых.
— Да. Кто-то, кого ты знаешь. Кто-то, кто был у тебя дома. Кто-то, кто видел Лизу. И захотел её.
Андрей замолчал.
— Я переберу всех.
— Перебирай. А я соединю полицию по этим адресам.
— Не надо полицию. Они могут предупредить.
— Я соединю тех, кому можно верить. Майора Белова. Он нормальный.
— Белов? — Андрей вспомнил. — Он сказал, что Лиза — товар.
— Да. И он не враг.
— Ладно. Звони Белову. А я еду по адресам.
— Осторожно.
— Обещаю.
Катерина сбросила звонок. Набрала Белова.
— Майор, это Катерина Волкова. У меня есть пять адресов. Там могут держать детей.
— Откуда данные?
— Я собрала сама.
— Это опасно.
— Мне всё равно. Муж уже едет. Вы с ним или против него?
Белов помолчал.
— Я с ним. Давайте адреса.
Она продиктовала.
— Я высылаю группы на все пять. Если найдём детей — вытащим.
— А мою дочь?
— Если она там — вытащим.
— Спасибо.
— Не за что.
Катерина положила телефон. Посмотрела на фотографию Лизы — та самую, в розовом платье с блёстками.
— Мы идём к тебе, дочка, — прошептала она. — Держись.
Впервые за два месяца она не плакала.
Она была готова к бою.
—
Андрей получил координаты от Катерины в полночь.
Пять адресов. Все в радиусе ста километров от Москвы.
Он позвонил Сергею.
— Собирай всех. Едем по адресам.
— Полиция?
— Тоже едет. Но мы первые.
— Почему?
— Потому что я не верю, что у них нет утечек.
— Логично.
Через час они выехали. Две машины. Восемь человек. Все — бывшие военные. Все с оружием. Сергей за рулём.
Первый адрес — заброшенный пансионат под Рузой.
Пусто.
Второй — старый склад под Можайском.
Пусто.
Третий — частный дом в деревне Грибаново.
Пусто.
Четвёртый — бывший пионерский лагерь под Наро-Фоминском.
Пусто.
К четырём утра они были на пятом адресе.
Посёлок Берёзки. Три дома на окраине. Один — с высоким забором и новыми воротами.
— Здесь, — сказал Сергей. — Я чувствую.
— Чувствуешь? — Андрей посмотрел на него.
— Опыт. Здесь пахнет деньгами и страхом.
Они вышли из машин. Темнота. Луна спряталась за тучи.
Сергей показал знак: двое — к забору, двое — к воротам, четверо — за ним.
Андрей пошёл с Сергеем.
Они пролезли через дыру в сетке — знакомое уже движение.
Двор. Дом. Новые окна. Занавески задёрнуты.
И звуки.
Тихие. Почти неслышные. Но Андрей услышал.
Плач.
Детский плач.
Он рванул к двери. Сергей схватил его за плечо.
— Стойте. Я первый.
— ТАМ ОНА!
— Или не она. Стойте.
Сергей подошёл к двери. Дёрнул. Заперто. Выбил ногой с одного удара.
Дверь распахнулась.
Внутри — коридор. Пахло лекарствами и грязью.
Они прошли в комнату.
Дети.
Пятеро детей сидели на полу. Грязные. Худые. С закрытыми глазами.
Но Лизы среди них не было.
Андрей упал на колени.
— Где она? — спросил он у мальчика, который открыл глаза.
— Её забрали. Вчера.
— КУДА?
— Сказали — в Москву. К очень важному человеку.
— КАКОМУ?
— Не знаю. Но он приезжал. Смотрел на неё. Сказал: «Теперь ты будешь моей дочкой».
Андрей зарычал.
— ГДЕ ОН? ГДЕ?
— Не знаю. Он приезжал на чёрной машине. Блестящей.
— Мерседес?
— Да. Кажется.
Андрей встал. Выбежал на улицу. Заорал в темноту.
— ВЫ СЛЫШИТЕ МЕНЯ? Я НАЙДУ ВАС! НАЙДУ И УБЬЮ!
Сергей подошёл.
— Полиция едет. Заберут детей.
— А мою дочь кто заберёт?
— Мы.
— КОГДА?
— Сейчас. Едем в Москву.
— КУДА?
— К тем, кто заказывает таких детей. Это не Владимир. Это кто-то выше. Кто-то с деньгами. Кто-то из вашего круга.
Андрей посмотрел на него.
— Я знаю. Я перебрал всех. Осталось десять человек.
— Начнём с них.
Они сели в машину. Андрей открыл список на телефоне.
— Виктор Павлович Круглов. Мой конкурент. Дважды пытался отжать бизнес. — Нет, не он. У него три своих дочери.
— Дмитрий Валентинович Соколов. Мой друг детства. Но он живёт в Лондоне.
— Игорь Владиленович. Мой партнёр. Единственный, кому я доверяю.
Андрей остановился.
— Игорь?
— Что? — спросил Сергей.
— Мой партнёр. Тот, кому я продал бизнес за рубль. Он был на крестинах Лизы. Он видел её. Он… он не может.
— Почему?
— Потому что он хороший человек. Он помогал мне искать. Он давал деньги. Он…
— Проверьте его, — сказал Сергей.
— Как?
— Запросите данные о его машинах. О поездках. О счетах.
— Это незаконно.
— А то, что мы делаем, законно?
Андрей помолчал.
— Хорошо. Проверь.
Сергей достал телефон. Набрал кого-то.
— Проверь Игоря Владиленовича. Все данные. Номера машин. Геолокацию за последний месяц. И связь с Владимиром.
Положил трубку.
— Будет через час.
—
Через час пришёл ответ.
— Игорь Владиленович владеет чёрным Мерседесом S-класса. Номера — такие же, как у машины, которую видели дети в лесу.
Андрей побледнел.
— Не может быть.
— Машина зарегистрирована на его фирму. И за последний месяц он трижды ездил в Наро-Фоминск. Там, где пионерский лагерь. И в Рузу. И в Можайск. По всем адресам, которые вы дали.
Андрей закрыл глаза.
— Игорь. Мой друг. Мой партнёр. Крёстный Лизы.
— Он или не он. Но проверять надо.
— Он не мог. У него самого дочь. Своя.
— А может, ему нужна была чужая.
Андрей открыл глаза.
— Едем к нему.
— Сейчас? Два часа ночи?
— Сейчас.
Они развернулись и поехали в Москву.
—
Игорь Владиленович жил в Рублёвке. Дом в три этажа, охрана, высокий забор.
Андрей подъехал к воротам. Нажал кнопку звонка.
— Слушаю, — сказал охранник.
— Откройте. Это Волков.
— Игорь Владиленович спит.
— Разбудите. Скажите, что это срочно.
Через пять минут ворота открылись.
Они зашли в дом. Игорь спустился в халате. Сонный. Недовольный.
— Андрей? Что случилось? Ты нашёл Лизу?
Андрей смотрел на него. Всматривался в глаза. Искал ложь.
— Ты знаешь, где она.
Игорь замер.
— Что?
— Ты знаешь, где Лиза.
— Ты с ума сошёл.
— Твоя машина была в лесу. В трёх местах, где держали детей. Твой Мерседес. Чёрный.
Игорь побледнел.
— Это… это не моя машина.
— Твоя. Я проверил номера.
— Кто-то взял её без спроса.
— Кто?
— Не знаю. Водитель. Охрана.
— Водитель возил тебя по этим адресам.
— Я там не был!
— А где ты был?
Игорь молчал.
— Игорь, — Андрей подошёл близко. — Я знаю, что ты заказал Лизу. Скажи, где она. И я не убью тебя.
Игорь отшатнулся.
— Ты… ты угрожаешь мне?
— Нет. Я обещаю.
— Я не брал твою дочь!
— А кто брал? Владимир? Он твой человек?
Игорь опустил глаза.
— Владимир… он работал на меня.
— ЗНАЧИТ, ТЫ ЗАКАЗЧИК!
— НЕТ! Я не заказывал! Я просто дал ему денег на… на строительство.
— Какое строительство?
— Домов. В лесу.
— Для детей?
— Для… для гостей.
— Каких гостей?
Игорь замолчал. Андрей схватил его за горло.
— ГОВОРИ!
— КЛИЕНТОВ! — выкрикнул Игорь, задыхаясь. — БОГАТЫХ КЛИЕНТОВ, КОТОРЫЕ ХОТЕЛИ ДЕТЕЙ!
Андрей отпустил. Игорь упал на пол.
— Ты… ты организовал сеть похищений?
— Нет! Я просто построил дома. Владимир нашёл детей. Я не знал, откуда они.
— ВРЁШЬ!
— Не вру! Клянусь детьми! Клянусь Лизой!
— НЕ СМЕЙ КЛЯСТЬСЯ ЛИЗОЙ!
Андрей занёс кулак. Сергей перехватил его руку.
— Не сейчас. Пусть говорит.
Игорь сидел на полу, трясясь.
— Я не знал, что это дети из похищений. Владимир сказал — сироты. Из детдомов. Без родителей. Я поверил.
— Ты идиот?
— Да. Я идиот. Я жадный идиот. Клиенты платили миллионы за… за детей. За красивых детей. За голубоглазых. За светленьких.
— За таких, как моя Лиза.
— Я не знал, что она твоя. Владимир показал фото. Сказал — сирота. Я согласился. А потом… потом увидел её в новостях. Твою дочь. И понял.
— Что понял?
— Что Владимир меня обманул. Что он взял Лизу специально. Чтобы отомстить тебе. А меня подставил.
— Где Лиза?
— Я не знаю.
— ГДЕ?
— Я не знаю! Честно! Владимир исчез. Заказчик, которому он обещал Лизу, тоже исчез. Я не знаю, где они!
Андрей смотрел на него. Сжал кулаки.
— Если ты врёшь, я вернусь. И убью не только тебя. Всю твою семью.
— Я не вру! — Игорь заплакал. — Прости меня, Андрей. Прости. Я не хотел. Я не знал.
— Не знал? Ты строил подвалы с клетками!
— Я думал, это комнаты для игр. Владимир сказал — детские игровые.
— ТЫ ВИДЕЛ КЛЕТКИ?
— Нет. Я не спускался в подвалы. Я просто строил дома.
Андрей отвернулся.
— Я не верю тебе.
— Можешь не верить. Но я не знаю, где Лиза.
Сергей положил руку на плечо Андрея.
— Идём. Здесь мы ничего не узнаем.
Они вышли из дома.
Андрей сел в машину. Сжал голову руками.
— Он знает. Он врёт.
— Может быть. Но сейчас нам нужен Владимир.
— Владимир исчез.
— Найдём.
— Где?
— В его прошлом. У него есть семья. Друзья. Любовницы. Кто-то знает, где он.
Андрей поднял голову.
— У него была сестра. В Твери.
— Едем.
Мотор заревел.
Они уехали в ночь.
—
Тверь встретила их серым утром.
Дождь. Холод. Люди с зонтами спешили по своим делам, не зная, что рядом едет человек, который потерял дочь и готов убить за неё.
Сергей нашёл адрес сестры Владимира за час. Дом на окраине. Старая хрущёвка. Облупленная краска. Пахло кошками и бедностью.
— Она здесь живёт? — удивился Андрей. — Брат миллионера?
— Владимир давно не миллионер. Ты его разорил, забыл?
Андрей вспомнил. Да. Он разорил его. Забрал бизнес. Оставил с одним миллионом рублей. Для такого человека, как Владимир, это была смерть.
Они поднялись на третий этаж. Сергей постучал.
Дверь открыла женщина лет сорока. Усталое лицо. Красные глаза. Дешёвый халат.
— Вам кого?
— Мы ищем Владимира. Вы его сестра?
— Нет. У меня нет брата.
— Мы знаем, что есть.
Женщина попыталась закрыть дверь. Сергей удержал.
— Пожалуйста, — сказал Андрей. — У меня пропала дочь. Ей восемь лет. Владимир причастен к её похищению. Я не хочу причинять вам боль. Я хочу найти ребёнка.
Женщина посмотрела на него. В её глазах что-то дрогнуло.
— Заходите.
—
Квартира была маленькой. Грязной. На стенах — фотографии. Дети. Мужчина в военной форме. И Владимир — молодой, улыбающийся, с букетом цветов.
— Вы правда его сестра? — спросил Андрей.
— Сводная. По матери. Мы не общались последние пять лет. Он стал… другим.
— Каким?
— Злым. Озлобленным. Всё говорил про вас. Про то, как вы его предали. Как украли у него жизнь.
— Я не крал. Я выкупил его долю. По рыночной цене.
— Для него это было предательство.
— Где он сейчас?
— Не знаю. Честно. Мы не общаемся.
— А где он может быть? У него есть любовница? Друг? Место, где он прячется?
Женщина задумалась.
— У него была дача. В Подмосковье. Он любил туда ездить.
— Мы уже были на даче. Пусто.
— Ещё был дом в лесу. Он строил его для… не знаю для кого.
— Мы нашли этот дом. Там были дети.
— Дети? — женщина побледнела. — Какие дети?
— Те, кого он похищал.
Она закрыла лицо руками.
— Боже. Я знала, что он не в себе. Но чтобы такое…
— Помогите нам. Где ещё он может быть?
— В Москве. У него есть квартира на Юго-Западной. Купил, когда были деньги. Может, он там.
— Адрес.
Она продиктовала.
— Спасибо, — сказал Андрей. — Извините, что потревожили.
— Найдите его, — попросила она. — Найдите и остановите. Пока он не убил ещё кого-то.
— Он уже убил. Няню моей дочери.
Женщина заплакала.
Андрей вышел. На лестнице прислонился к стене.
— Он не сдастся, — сказал он. — Он будет прятаться до конца.
— Найдём, — ответил Сергей.
—
Квартира на Юго-Западной была пуста.
Следы жизни — пыль, пустые бутылки, грязная посуда. Но недавно кто-то был.
Сергей осмотрел почтовый ящик.
— Счета. За свет платили три дня назад. Он здесь был.
— Значит, вернётся.
— Или уже ушёл.
— Будем ждать.
Они устроили засаду. Двенадцать часов. Восемнадцать. Двадцать четыре.
Владимир не появился.
На вторые сутки Андрей не выдержал.
— Он не придёт. Он знает, что мы его ищем.
— Значит, ищем дальше.
— Где?
— У его клиентов.
— У кого?
— У тех, кто заказывал детей. Игорь дал список.
— Игорь дал список? Когда?
— Пока ты спал. Я съездил к нему. Он всё рассказал. Имена. Адреса. Суммы.
— И ты молчал?
— Ждал, пока Владимир не объявится. Но он не объявится. Значит, едем к клиентам.
Сергей достал список.
Десять имён. Все — богатые люди. Все — с извращёнными желаниями.
Первым в списке стоял знакомый Андрея.
— Это же… это мой сосед.
— Да. Он купил двух девочек. Одну вернули родителям. Вторую… вторую не нашли.
— Где он живёт?
— В соседнем посёлке. Можем доехать за час.
— Едем.
—
Дом соседа был огромным. Забор с камерами. Охрана у ворот.
Андрей вышел из машины. Нажал кнопку звонка.
— Слушаю, — сказал голос из динамика.
— Откройте. Я Волков.
— Что вам нужно?
— Поговорить с хозяином.
— Хозяин не принимает.
— Скажите ему, что я знаю про девочек.
Тишина.
Через минуту ворота открылись.
Внутри, в гостиной, сидел мужчина лет шестидесяти. Дорогой костюм. Седые волосы. Руки дрожат.
— Садись, — сказал он. — И говори тихо. У меня жена наверху.
— Ты купил девочек, — сказал Андрей.
Мужчина не ответил.
— Ты купил их у Владимира.
— Я не знаю никакого Владимира.
— Врёшь.
— Я никому не должен отчитываться.
— А если я выложу всё в интернет? Что ты, уважаемый бизнесмен, меценат, покупал чужих детей?
Мужчина побледнел.
— Что тебе нужно?
— Где Владимир?
— Не знаю.
— Где он прячет детей? Где его база?
— Я не знаю! Он сам привозил. Я платил. Я не спрашивал, откуда дети.
— Ты не спрашивал, откуда восьмилетние девочки?
Мужчина опустил глаза.
— Я хотел дочь. У меня не было детей. Жена не могла родить.
— И ты решил украсть чужую?
— Не украсть. Выкупить. Как в приюте.
— Это не приют. Это тюрьма. Детей держат в клетках.
— Я не знал.
— Врёшь.
— Может быть. Но я не скажу, где Владимир. Он убьёт меня.
— А я убью тебя, если не скажешь.
Мужчина поднял глаза. В них был страх.
— Он в заброшенном бункере под Москвой. Я был там один раз. Не помню адрес.
— Вспоминай.
— Под Серпуховом. В лесу. Рядом старый карьер.
— Ориентиры?
— Водонапорная башня. Ржавая. С неё видно вход.
— Спасибо.
Андрей встал.
— Если ты кому-то скажешь, что я был здесь, я вернусь. С полицией. Или без неё.
— Я не скажу.
— Умный.
Он вышел.
Сергей ждал в машине.
— Есть адрес?
— Почти. Под Серпуховом. Водонапорная башня.
— Едем.
—
Бункер под Серпуховом оказался старым военным объектом.
Водонапорная башня ржавела на холме. Рядом — заросший травой вход. Две металлические двери. Замки сбиты.
— Здесь, — сказал Сергей. — Я чувствую.
— Опять чувствуешь? — усмехнулся Андрей.
— Опыт.
Они вошли.
Внутри было темно. Холодно. Пахло плесенью и мочой.
Сергей включил фонарик.
Коридор. Комнаты. Пустые.
И одна дверь в конце.
— Там, — сказал он.
Андрей подошёл. Дёрнул. Заперто.
— Владимир! — крикнул он. — Открывай!
Тишина.
— ВЛАДИМИР, Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ТАМ! ОТКРЫВАЙ, ИЛИ Я ВЫЛОМАЮ ДВЕРЬ!
Звук шагов. Щёлкнул замок.
Дверь открылась.
Внутри, за столом, сидел Владимир.
Он постарел. Похудел. Глаза ввалились. Волосы седые.
— Здравствуй, Андрей, — сказал он. — Я знал, что ты придёшь.
— Где моя дочь?
— Сначала сядь.
— ГДЕ ОНА?
— Сядь, или я ничего не скажу.
Андрей сел. Сергей остался стоять у двери.
— Лиза у человека, которого ты знаешь, — сказал Владимир. — Я был посредником. Я не забирал её. Я просто передал.
— Кому?
— Не скажу.
— Скажешь.
— Убьёшь — не скажу.
— А если я убью не тебя? А твою сестру? Твою племянницу?
Владимир побледнел.
— Ты не посмеешь.
— Посмотрю.
— Она не при чём.
— А Лиза при чём? Что она тебе сделала? Она же твоя крестница!
Владимир опустил глаза.
— Я не хотел ей зла. Я хотел наказать тебя. Лиза была просто инструментом.
— ИНСТРУМЕНТОМ? — заорал Андрей. — ОНА РЕБЁНОК!
— Я знаю. Но ты должен был понять, каково это — терять всё. Ты забрал у меня бизнес. Деньги. Жизнь. Я забрал у тебя дочь.
— ВЕРНИ ЕЁ!
— Не могу. Она уже не у меня.
— У КОГО?
— У человека, которого ты считал другом. Который помогал тебе искать. Который плакал с тобой.
— ИГОРЬ? — Андрей вскочил. — Я БЫЛ У ИГОРЯ! ОН СКАЗАЛ, ЧТО НЕ ЗНАЕТ, ГДЕ ЛИЗА!
— Игорь не знает. Заказчик не он. Он просто спонсор. Заказчик — другой. Тот, кто хотел дочь.
— КТО?
— Твой партнёр.
— Игорь и есть партнёр.
— Другой. Который не светится. Который всегда был в тени. Который завидовал тебе.
— НАЗОВИ ИМЯ!
Владимир покачал головой.
— Не могу. Убьют мою семью.
— А я убью тебя прямо сейчас.
— Тогда ты никогда не узнаешь.
Андрей выхватил нож — тот самый, который взял из дома перед поисками.
— Последний раз. ГДЕ ЛИЗА?
Владимир посмотрел на нож. Улыбнулся. Грустно.
— Убей. Всё равно я уже мёртв. Без денег, без бизнеса, без семьи. Ты забрал у меня всё. Живи с этим.
Андрей замахнулся. Сергей схватил его руку.
— Стойте. Нельзя.
— ОН ЗНАЕТ, ГДЕ ЛИЗА!
— Он знает. Но убивать его нельзя. Мы отдадим его полиции. Он заговорит.
— Не заговорит.
— Заговорит. В камере страшно. А на воле — ещё страшнее. Он сам попросит защиту и назовёт имя.
Андрей опустил нож.
— Ты слышал? — спросил он Владимира. — Полиция. Камера. Ты сдашь заказчика, или сгниёшь в тюрьме как педофил.
— Я не педофил.
— А кто ты? Похититель детей. Убийца няни. Ты хуже педофила.
Владимир молчал.
— Полиция будет через десять минут, — сказал Сергей. — Ты успеешь подумать.
— Не надо полиции, — прошептал Владимир. — Я скажу. Но не здесь.
— Где?
— В безопасном месте. Где меня не убьют.
— В полиции тебя не убьют.
— Убьют. У заказчика везде руки.
— КТО ОН?
— Аркадий.
Андрей замер.
— Что?
— Аркадий. Детектив. Которого ты нанял в начале. Он был не детектив. Он был организатором. Он искал детей для богатых клиентов. А твоя дочь попалась ему на глаза. Красивая. Светленькая. Из богатой семьи.
— Аркадий? — Андрей не верил. — Но он помогал мне. Он искал Лизу.
— Он искал её для себя. Он хотел продать её самому дорогому клиенту. А когда понял, что ты близок к разгадке, исчез.
— Где он сейчас?
— Не знаю. Он ушёл в подполье.
— А Лиза?
— С ним.
Андрей закрыл глаза.
Аркадий. Тот, кто сказал: «Не пытайтесь найти её сами. Убьют и дочь, и вас». Тот, кто дал визитку «СЛЕД». Тот, кто втёрся в доверие с первого дня.
— Я убью его, — сказал Андрей.
— Найди сначала, — ответил Владимир.
—
Полиция приехала через десять минут.
Владимира увели в наручниках.
Андрей стоял у водонапорной башни и смотрел на серое небо.
— Аркадий, — прошептал он. — Где ты?
Ветер не ответил.
Но Андрей знал: теперь у него есть имя. И цель.
Он сядет в машину и поедет. Будет искать. День. Неделю. Месяц.
Пока не найдёт.
Или не умрёт.
Он сел в машину. Сергей за рулём.
— Куда?
— В Москву. К Аркадию домой.
— У него есть дом?
— Был. Найдём.
Мотор заревел.
Андрей смотрел в окно.
Где-то там, в неизвестности, его маленькая девочка ждала.
— Держись, Лизонька, — прошептал он. — Папа идёт.
Начало истории выше по ссылкам
окончание