Все части повести будут здесь
За два дня до отъезда Павел пригласил её на свидание, вечером. Богдана спросила у сына, отпустит ли он её, и тот согласился, сказав, что сам он ляжет спать пораньше. Она обещала ему долго не задерживаться, и, надев светлый сарафан в цветочек, ушла к берегу моря. Там её уже ждал Павел – он расстелил на песке большой платок, поставил корзинку с фруктами и терпким красным вином. Они пили вино, смеялись и что-то рассказывали друг другу, абсолютно счастливые, и грустившие от того, что эти дни пролетели так быстро.
Часть 79
Прохладные, мягкие волны ласкали ступни Богданы, играя её маленькими пальчиками. Приятная щекотка вызывала дрожь во всём теле, и Богдана улыбалась этому. Она пока ещё не верила даже, что смогла осуществить своё желание и вывезти сына на море.
Санька второй день, с самого их приезда, не выбирался из воды, и она была счастлива от того, какой восторг он испытывал от этого. Тем более, им очень повезло с погодой – стояла настоящая жара, не та, что накрывает с головой и не даёт вздохнуть, а та, что ласково печёт, обеспечивая мягким шоколадным загаром.
Богдана и Санька обоюдно решили не заселяться в какой-нибудь там отель – они сняли маленький, уютный домик недалеко от морского побережья. У хозяйки был свой небольшой комплекс с домиками, уютным двором с беседками и мангальными зонами, цветниками и кустарниками, так что и Богдану, и Саньку это вполне устраивало.
Домик был благоустроенный, с уборной и душем, и пусть обошёлся недёшево, но очень им нравился. В нём даже была маленькая кухонька, но готовкой они не были озабочены – оба на отдыхе ели мало, предпочитая не тяжёлую мясную пищу, а что-то лёгкое – овощи, фрукты, морепродукты, которых тут было в изобилии. В основном они проводили время на пляже, но за два дня успели посетить несколько примечательных мест – зоопарк, дельфинариум, местный кинотеатр.
Здесь, по разумению Богданы, была совсем другая жизнь. Абсолютно другая, не такая, как в их сером городке, который она, несмотря ни на что, любила. Жизнь эта была наполнена развлечениями, простотой, каким-то... легкомыслием, что ли. Хозяйка их комплекса, с которой Богдана подружилась, сказала на это с лёгкой усмешкой:
– И, моя милая! Это ж пока на небе солнушко светит! – она так и говорила «солнушко» – а как погода испортится, у тебя совсем другое мнение сложится!
Хозяйку звали странным именем Герда, и когда Богдана спросила её, настоящее это имя или она просто так себя называет, та даже вроде как, обиделась:
– Сестрёнка меня старшая так назвала! Она всего на четыре года меня постарее! Очень любила эту сказку... – Герда задумалась и подняла карие глаза к небу – про королеву снежную... Там Герда была... Вот она и сказала родителям, мол, Герда будет! Вот они и записали меня так! Та мне всю жизнь потом – вот встретишь своего Кая и уедешь на севера жить!
Герда зычно расхохоталась.
– Но Кая я так и не встретила, а встретила этого дурака Сёмку, и вопреки предсказаниям сестрицы моей, перебралась на юга, к морю!
Она была лёгким и смешливым человеком, командовала своим «дураком Сёмкой» так, как умела только она. На следующий день после приезда Богдана проснулась утром от первых лучей солнца и от зычного голоса хозяйки:
– Нет, ты что делаешь, дурень плешивый! И хто ж так поливает! Под корень надо! Сколько можно учить тебя?!
– Гердуша, а винца? – раздался хрипловатый мужской голос – за завтраком?!
– Винцааа ты захотел? Ты сначала цветы мои научись поливать правильно!
– Тётя Герда! – раздался голос одного из постояльцев соседнего с Богданой домика – ну можно потише?! Время пять утра! У себя на работу в это время встаём, думал, хоть тут отдохну, так нет! Чё вы орёте, как иерихонская труба?!
– А вы только и можете, что дрыхнуть до обеда! – язвительно заметила Герда – вставать уже пора, солнце высоко, а они дрыхнут! – она увидела вышедшую из домика Богдану и улыбнулась приветливо – как спалось, деточка? Вы рано сегодня!
Постоялец из соседнего домика покачал головой.
– Конечно, рано! Вы своим голосом мёртвых из могил поднимете!
– Спасибо – ответила ей Богдана и приветливо кивнула соседу – спится у вас, как в колыбели! Я на море, искупнуться хочу. Санька спит пока, причём так крепко, как дома не спал.
– Иди, иди деточка! – она погрозила постояльцу кулаком – во, девчонка! На море! А вам бы только дрыхнуть!
Она пошла к своему дому и скрылась внутри. Скоро в комплексе всё затихло и вернувшаяся Богдана снова легла в кровать и крепко уснула.
Они с Санькой подружились со всей немногочисленной публикой, которая жила на территории их гостиницы. Домиков было немного, народу тоже, но Герду, видимо, всё устраивало. Да и мало кто постоянно сидел на своих местах – в основном, возвращались вечером, да и то только для того, чтобы поужинать и снова отправиться на пляж или куда-то ещё.
На третий день, вечером, Богдана и Санька снова были на пляже. Санька плавал в море, иногда выбираясь на берег, как ему велела мама.
– Сань, выходи! – просила она – ты уже сколько там сидишь! Вода солёная, для кожи плохо, хоть иногда выбирайся ко мне!
Санька убегал в летний душ, потом возвращался и падал на свою лежанку, тут же открывая книжку, которую брал с собой. В один из моментов он повернул голову в сторону и стал вглядываться куда-то вдаль, пляж уже немного опустел – отдыхающие разбредались кто куда. Глядя в сторону, Санька не совсем вежливо пихнул Богдану в бок.
– Мам, смотри! Там фигура знакомая идёт...
– Какая фигура?
– Ой! – опомнился Санька – прости... тебе больно? Я нечаянно.
– Да ничего – Богдана сняла большие солнцезащитные очки и всмотрелась вдаль.
Фигура идущего человека действительно была знакома ей, да и Саньке, конечно, тоже. Это был мужчина... Голый торс с «кубиками» на прессе, распахнутая рубашка с коротким рукавом, надувшаяся пузырём за спиной от лёгкого ветерка, джинсы, закатанные до самых икр, ноги в сандалиях, ступающие по раскалённому за день песку, тёмные волосы, которые он резким движением отбрасывал в сторону и с которых при этом капли воды (видимо, он успел искупаться) капали на грудь. Смеющиеся голубые глаза и полуулыбка на красивом лице, в руке – солнцезащитные очки... Она видела, как смотрят на него женщины на пляже, стараясь принять позу пособлазнительнее – вдруг получится привлечь внимание этого красивого самца.
– Павел! – крикнул Санька и, вскочив, кинулся тому навстречу.
Увидев мальчика, Павел – а это был именно он – ускорил шаг, а дамочки, надеющиеся на курортный роман, тут же потеряли к нему интерес. Богдана встала с лежанки. С одной стороны – она испытывала досаду, ведь ей очень хотелось провести это время только вдвоём с сыном. С другой – она действительно соскучилась по Павлу, хотя они уехали всего три дня назад. Но до отъезда она не видела его несколько дней, и сейчас... была и рада, и не рада.
А он шёл навстречу ей и не мог оторвать взгляда от хрупкой, худенькой фигурки со стройными ногами и маленькой грудью, обтянутой чёрным купальником. Она была загоревшей и стала ещё красивее со своими льняными распущенными волосами под широкополой соломенной шляпой и сверкающими, словно драгоценные камни, тёмными, медово – орехового цвета, глазами.
– Я думала, что это сон – сказала Богдана, улыбнувшись, когда он подошёл ближе – как ты нас нашёл?
Павел, обнимавший Саньку за плечи, посмотрел на него, потом перевёл взгляд на Богдану:
– Это тайна... Я... скучал по тебе, и отец, не выдержавший моего понурого вида, отпустил меня отдохнуть.
Он обнял её за шею и привлёк к себе, поцеловав в щёку.
– А где ты поселился? Сейчас вроде с местами проблема.
– Тут, чуть выше улицей, у одной дамочки. С местами проблема, но там кто-то съехал, так что мне повезло.
– Пойдём к нам – позвала его Богдана – у нас тут за три дня уже куча друзей из постояльцев, мы затеваем шашлык.
– Я с удовольствием! – ответил Павел - и даже готов внести свою скромную лепту в виде прекрасного южного вина.
Он ненадолго отлучился до той гостиницы, в которой жил, и вернулся с плетёной корзинкой, в которой лежали фрукты и бутылка вина в грубой оплётке.
Павел всем понравился, в том числе и Герде. Ничего не стесняясь, она громко поинтересовалась, когда Богдана представила Павла:
– Богданушка, к тебе муж приехал?! Так я и знала, что он у тебя такой же красавец, как ты сама!
– Гердуня! – попытался остановить её Семён – не смущай молодёжь!
– Ой, а чё тут смущаться-то! Все были молодыми!
– Нет, тётя Герда, Павел – мой друг! – со смехом попыталась поправить её Богдана.
Но тут же услышала в ответ:
– Друзья, Богданка, вот так на море за тобой бы не сорвались!
Ей почему-то стало грустно от этих её слов, и она вспомнила Лёву. Увидев, что по лицу её прошла тень, Павел попытался отвлечь её и стал рассказывать что-то смешное.
Полторы недели отдыха были по-настоящему счастливыми. Глядя на Павла, она понимала – это всецело его заслуга, потом на ум приходили воспоминания о том, как он заботился о ней во время болезни, как потом не дал поехать одной на похороны Натальи, как всё время был рядом, когда было ей по-настоящему сложно. Всеми силами он старался завоевать её расположение и сделал их с Санькой отдых совершенно незабываемым, наполненным счастьем и радостью.
Они всё время были втроём, и Богдане это начинало нравится – она видела, как смотрит на Павла Санька, буквально заглядывает ему в рот и ловит каждое его слово. И это было оправдано – с Павлом было невероятно интересно, в нём чувствовалась порода, он был образован и с ним о многом можно было поговорить.
А утро Богданы теперь начиналось с небольшого букетика цветов – Павел покупал их в магазине или сам собирал недалеко от того места, где они жили. Окно домика они не закрывали, и утром, проснувшись, Богдана сразу ощущала жаркий запах этих нагретых южным солнцем цветов. Потом он прибегал к ним завтракать – приносил сыр в корзинке, сделанный местными жителями, вкусные горячие лепёшки, виноград и гранаты. Богдана тоже старалась что-то придумать к завтраку – покупала местный творог, сметану, делала салаты из свежих овощей. Потом они отправлялись к морю или на экскурсии, или шли куда-то ещё в развлекательные заведения, и за эти несколько дней облазали, казалось, все окрестности. Но ничто не влекло их так, как море. Богдана изо всех сил старалась впитать в себя эту атмосферу, чтобы унести с собой и сладкий запах специй и пряностей на рынках, и аромат утренних цветов, и фруктов за завтраком, и вкус овсянки, которой их иногда угощала за завтраком Герда, и которая была такой вкусной, что Богдана и Санька просили добавки. А самое главное – впитать в себя запах морского ветерка и нежность морских волн... И всё это было бы не таким привлекательным и желанным без Павла.
– И чё ты, девка, сумлеваешься?! – со своим обычным одесским акцентом возмущалась Герда – такой мужик за тобой бегает, что собачонка! А она – ишь! – замуж не хотит за него! Довыпендриваесся – он себе другую найдёт! Ох, была бы я помоложе!
Богдана только посмеивалась над её словами, но сама чувствовала, что есть в этом доля истины – к Павлу она начала, кажется, привязываться и смотреть на него совсем по-другому.
– Паш – они лежали на пляже, Павел осторожно натирал кремом её оголённую спину, а Богдана с грустью думала о том, что скоро, совсем скоро им отсюда уезжать – скажи, как ты узнал, где мы?
Он закончил своё занятие и улёгся рядом, тоже на живот, лица их, повёрнутые друг к другу, были совсем близко.
– А ты сама не догадаешься? – спросил он.
Вокруг словно всё затихло, будто во всём мире остались только он и она.
– Санька? – спросила тихо.
– Угу...
За два дня до отъезда Павел пригласил её на свидание, вечером. Богдана спросила у сына, отпустит ли он её, и тот согласился, сказав, что сам он ляжет спать пораньше. Она обещала ему долго не задерживаться, и, надев светлый сарафан в цветочек, ушла к берегу моря. Там её уже ждал Павел – он расстелил на песке большой платок, поставил корзинку с фруктами и терпким красным вином. Они пили вино, смеялись и что-то рассказывали друг другу, абсолютно счастливые, и грустившие от того, что эти дни пролетели так быстро.
Они сами не поняли, как так произошло – небо вдруг словно распахнулось перед ними, и холодный ливень рухнул стеной прямо на них.
– Бежим! – Павел вскочил, быстро скидал всё в корзинку, оставил её под одним из пляжных зонтов, сам схватил Богдану за руку, и они кинулись куда-то, не разбирая дороги, под этим ливнем, хохочущие и счастливые, вмиг ставшие мокрыми с ног до головы. Увидев на пляже поставленные на «попа» деревянные лодки рыбаков, поверх которых были натянуты сети и всё это закрыто кусками брезента, Павел увлёк её туда – переждать непогоду. Постройка из лодок напоминала собой шалаш, всё это упиралось к тому же в деревянный прямоугольный навес, так что дождь был тут не страшен. Спрятавшись, они смогли следить за тем, что происходит снаружи. Смеясь, смотрели друг на друга – абсолютно мокрые, хоть выжимай. На лице Богданы были капельки дождя, сарафанчик прилип к телу, облепив тонкую и гибкую, как лоза, фигуру. Сквозь тонюсенькую и ставшую почти прозрачной, ткань, проступали маленькие холмики грудей с крупными, торчащими сосками. Его тело в распахнутой рубашке тоже было мокрым, по нему стекали капельки дождя. И снова наступила та же тишина, нарушаемая только шумом ливня.
– Замёрзла? – тихо спросил Павел.
Она помотала головой. Он вдруг привлёк её к себе, погладил мокрые прядки волос, поцелуями собирая капли с её лица и сказал тихо, но так, чтобы она услышала:
– Я люблю тебя, Богдана!
В ответ ему эхом прозвучало:
– Я тебя тоже...
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Ссылка на мой канал в Телеграм:
Присоединяйся к моему каналу в МАХ по ссылке:
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.