Дверь мне открыла Василиса - злая, как рой пчел.
-Аа, здрасьте, Вы, как всегда, вовремя! -бросила она мне, даже не пытаясь изобразить радушное гостеприимство,- Поможете сыночку вещи собрать.
-Что тут у вас происходит?
На руках у меня был заметно потяжелевший Ванька и объемный пакет с фруктами. Отдуваясь, я вошла в квартиру, чуть не споткнувшись об огромную дорожную сумку.
- Какие вещи, Васюш, о чем ты?
Вася, фыркнув в ответ, развернулась и убежала в ванную.
Ничего не понимаю. Мне кто-нибудь объяснит, что ...
-Привет, мам, - из комнаты высунулся взъерошенный Андрей с ворохом какого-то тряпья в руках, - Ты на машине?
-Да, -я с удивлением оглядела валяющуюся на полу одежду и до меня начал доходить смысл того, что здесь происходит, - Вы что же, решили разъехаться? Но так нельзя, а как же Данечка?!
-Ах, Данечка! -крикнула, появляясь в дверях, разгневанная Василиса, - Вовремя вспомнили про внука, ничего не скажешь! Раньше надо было думать, когда мне не с кем было ребенка оставить, чтобы в магазин выйти. Вы хоть раз позвонили мне с вопросом, не нуждаюсь ли я в помощи, а?
-Но ты ведь не хотела... Отвергала... я думала, тебе не нужна моя помощь, - пробормотала я,- Мне казалось, что я только мешаю вам. Помнится, ты сама ... ммм... просила меня не лезть?
-Конечно, потому что ваша помощь была без запроса. Вы давали советы тогда,когда вас об этом никто не просил. А когда мы с Андреем просили вас разменять квартиру, вы что нам сказали? Вот она, вся ваша подмога - показуха одна! - выкрикнула Вася, все больше распаляясь.
Андрей скомкал три свитера в один неопрятный комок и яростно запихнул в сумку.
-Прекрати немедленно! - приказал он, обращаясь к жене, - Даже если бы мы жили в просторной квартире, подаренной нам родителями, ты бы все равно нашла к чему придраться. Просто признай, что ты никогда ничем не бываешь довольна!
О Господи. Так я и знала , что что-нибудь случится - в последнее время у меня было все слишком хорошо. Вот и приехали.
Не желаю участвовать в их споре, это меня просто вымораживает.
А может, я была слишком любезна и интеллигентна? А вдруг Вася ничего кроме крика не признает? Что, в конце концов, я знаю о своей невестке, кроме как то, что она росла сиротой на попечении тетки и старшей - весьма ответственной - сестры?
-Прекратите оба! Сейчас же! Тут дети, в конце концов! - жестко сказала я, аккуратно переступая через сваленную на полу одежду и подходя к мобилю, в котором качался Даня,- Не надо выяснять отношения при них... Привет, мое солнышко! Ты как? Иди к бабушке, я так соскучилась, сладенький мой...
Данечка посмотрел на меня печальным, каким-то очень взрослым и понимающим взглядом. "Ничего, я уже привык",-говорили его грустные глаза.
-Не смейте к нему подходить! - Вася подлетела ко мне и почти выдернула ребенка из рук,- Если бы думали о внуке, давно бы разменяли квартиру, чтобы ваши сын и внук жили в человеческих условиях, а не в крохотной однушке, в которой повернуться негде. И, как другие бабушки, приходили бы почаще- погулять с ним, провести время.
-Вообще-то мама работает. К тому же у нее есть собственный маленький ребенок, а ты, насколько я помню, не хотела принимать от нее помощь, - лицо Андрея было белым от ярости.
-Ну конечно, конечно, ты же маменькин сыночек, ты же не смеешь ей слова поперек сказать, - снова взвилась Вася, - Она- святая, золотая и неприкосновенная женщина. Священная корова, да? Ее поступки не осуждаются, ее слово не обсуждается, и вообще - оно всегда решающее для тебя! Ты тряпка, а не мужчина. Сиди под маменькиной юбкой и...
-Заткнись! - заорал Андрей, вскакивая, - Заткнись сейчас же!
Ванечка, до этого момента сидевший тихо и внимательно наблюдающий за племянником, вдруг испуганно вздрогнул, сморщился и громко заревел. Даня, впрочем,и глазом не моргнул - может, и правда привык к постянным крикам и ссорам родителей?
-Видишь,что ты наделала? Ты просто дура и истеричка!- услышала я за спиной вопль Андрея.
Подхватив Ваньку, я понеслась к выходу, на ходу утешая ребенка. Надо срочно унести его отсюда. Так ведь и заикой остаться можно...
На пороге я обернулась. Андрей с Васей самозабвенно ругались, напрочь позабыв о Данечке. Василиса прижимала его к себе одной рукой, другая так и норовила заехать Андрею по лицу.
Прости, малыш. Я бы очень хотела забрать тебя с собой. Но тебя мне никто не отдаст.
-Тише, тише, все хорошо! - я прижала к себе расплакавшегося Ванечку, - Все будет хорошо, Ванюш, не плачь.
Ну что, что я сделала не так? Где я ошиблась в воспитании сына? Почему не предусмотрела, не предвидела, не научила уступать и идти на компромиссы?
А может, и правда разменять квартиру?
___________________________
Ты хорошо подумала? Ты вообще понимаешь, что ты сейчас делаешь? У нас ведь ребенок, ты не забыла?
Андрей, стоявший у порога с вещами, в последний раз оглянулся на Василису, по-прежнему стоящую у окна с ребенком на руках. Даня удивленно таращил большие глаза на отца, еще не понимая, что произошло нечто ужасное и непоправимое.
-Иди, иди, - равнодушно отозвалась Вася, - Маменька заждалась, наверно. Молочка тебе грудного даст, если у нее еще не кончилось.
-Стерва, - сквозь зубы выругался Андрей, берясь за дверную ручку, - Имей в виду, мне твои выкрутасы надоели. Посиди тут, подумай над своим поведением немного. Остынешь - позвони.
Дверь за ним закрылась. Василиса, выбежав в прихожую, деловито повернула ключ в замке и отключила звонок.
-Скатертью дорога! - спокойно сказала она, целуя сына в мягкую и нежную щечку, пахнущую молоком, - И без тебя проживем. Да, сынок?
___________________________
Зима в этом году не собиралась сдавать своих позиций и обрушилась на городок яростной метелью и вьюгой. На Революционной образовалась огромная пробка. Машины, залепленные мокрым снегом, отчаянно работали дворниками. Тут и там сигналили от злого бессилия куда-то спешащие водители. И, добавляя хаоса в эту оглушительную какофонию звуков, пыталась пробиться в потоке машин карета скорой помощи. В карете везли истекавшего кровью человека - пострадавшего в автомобильной аварии.
- Димыч, давай по встречке. Давай, родной, вся надежда на тебя. - фельдшер нащупал пульс больного, - Крови много потерял, можем не успеть...
-Погода, тудыть-ее-растудыть... Весь город в пробках стоит, сегодня уже четвертый вызов по ДТП... - водитель устало откинулся на сиденье, - Не пропускает, гад! Умирать будешь, в скорую не звони, баклан!
Высунувшись из окна наполовину, он показал красному от злости мужику в черном БМВ весьма неприличный жест, - Человек умирает, понимаешь, нет?
Над головой заревела сирена, словно взывающая о помощи. Бэха с матерящимся мужиком прижалась к обочине узенькой улочки, освобождая путь. Дорога была свободна, и Димыч, перекрестившись, рванул вперед.
-Тут в барсетке телефон лежит и документы, - напарник вынул из кожаной сумочки паспорт, раскрыл его и прочел: "Красников Роман Николаевич, 1974 года рождения", - Надо жене позвонить или матери, только тут на телефоне пароль".
-Введи дату рождения с паспорта, - устало отозвался фельдшер, - В 95 процентах случаев работает...
-Господи, успей... Довези, кто бы там ни был, - выдохнула Оля, провожая взглядом скрывающуюся за поворотом скорую, - Врач сзади сидит, с больным, значит, что-то экстренное... - она побарабанила пальцами по рулю и внимательно посмотрела на Андрея, сидящего рядом, - Ну что, сын? Что делать-то будем, а?
Андрей устало пожал плечами и отвернулся к окну, всем своим видом показывая нежелание разговаривать. На заднем сиденье что-то повеселевший Ванюшка с аппетитом уплетал банан.
-Ничего, ничего... Все ссорятся, у всех бывает, - сказала Оля больше для самой себя, чем для Андрея, - Главное потом - уметь мириться. Все хорошо будет, не кисни. Надо помириться, сын. Это твоя семья. Жизнь часто повороты делает, крутые виражи. Надо уметь удержаться в седле, понимаешь? Всегда темнее перед рассветом, я это точно знаю...
Охраняется авторским правом. Копирование, сохранение и распространение запрещено без согласования с автором.
Морозовы: хроники одной семьи
Предыдущая глава