Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Экономим вместе

Она хотела разыграть мужа, спрятавшись под кроватью. Он зашёл в спальню с другом и обсуждал её гибель - 6

Прошло три месяца. Лидия сидела на скамейке в саду и смотрела на фонтан. Вода переливалась на солнце, разбрасывала радуги. Красиво. Спокойно. Пусто. — Ты чего такая задумчивая? — Амина села рядом. — Думаю. — О чём? — О том, что Мансур изменился. — В каком смысле? — Он редко приходит на ужины. Перестал смотреть с нами сериал. Забыл про наши вечерние разговоры. — Он занят. У него дела. — Дела? Какие дела? Он раньше тоже был занят, но всегда находил время. Амина помолчала. — Ты ревнуешь? — Нет. — Ревнуешь. Я вижу. — Не к кому. — Вот и нет. Есть к кому. Лидия повернулась к ней. — Что ты знаешь? — Ничего. Но слухи ходят. — Какие слухи? — Говорят, у него появилась женщина. — Откуда такие слухи? — Охрана болтает. Служанки. Все всё видят. — И кто она? — Не знаю. Но говорят — красивая. Очень. Лидия встала. — Пойду прогуляюсь. — Ты расстроена? — Мне всё равно. — Врёшь. — Мне действительно всё равно. Она ушла. Амина смотрела ей вслед. — Врёшь, — повторила она тихо. *** Всё выяснилось через неделю

Прошло три месяца.

Лидия сидела на скамейке в саду и смотрела на фонтан. Вода переливалась на солнце, разбрасывала радуги. Красиво. Спокойно. Пусто.

— Ты чего такая задумчивая? — Амина села рядом.

— Думаю.

— О чём?

— О том, что Мансур изменился.

— В каком смысле?

— Он редко приходит на ужины. Перестал смотреть с нами сериал. Забыл про наши вечерние разговоры.

— Он занят. У него дела.

— Дела? Какие дела? Он раньше тоже был занят, но всегда находил время.

Амина помолчала.

— Ты ревнуешь?

— Нет.

— Ревнуешь. Я вижу.

— Не к кому.

— Вот и нет. Есть к кому.

Лидия повернулась к ней.

— Что ты знаешь?

— Ничего. Но слухи ходят.

— Какие слухи?

— Говорят, у него появилась женщина.

— Откуда такие слухи?

— Охрана болтает. Служанки. Все всё видят.

— И кто она?

— Не знаю. Но говорят — красивая. Очень.

Лидия встала.

— Пойду прогуляюсь.

— Ты расстроена?

— Мне всё равно.

— Врёшь.

— Мне действительно всё равно.

Она ушла.

Амина смотрела ей вслед.

— Врёшь, — повторила она тихо.

***

Всё выяснилось через неделю.

Лидия зашла в кабинет шейха без стука. Хотела спросить про сериал — не будет ли он сегодня смотреть.

Он сидел за столом и с кем-то говорил по видео.

— Да, дорогая, я помню. Завтра в восемь. Я приеду.

Дорогая.

Лидия замерла.

Шейх поднял голову, увидел её. Не выключил звонок.

— Подожди минуту, — сказал в телефон.

— Кто там? — спросил женский голос. Молодой. Уверенный.

— Никто. Работница.

Работница.

Лидия почувствовала, как земля уходит из-под ног.

— Я перезвоню, — сказал шейх и выключил звонок.

— Работница? — переспросила Лидия.

— А кто ты? Жена? Нет. Любовница? Нет. Пленница? Формально — да. Но я не держу тебя.

— Ты назвал меня работницей.

— А как мне тебя назвать? Девушкой, которая живёт в моём доме, ест мою еду, спит на моих простынях, но не хочет быть со мной?

— Я не говорила, что не хочу.

— Ты ничего не говорила. Ты молчишь уже полгода. Я устал ждать.

Он встал.

— У меня есть женщина. Её зовут Багира. Она модель. Снимается для Диор, Ланком, для всех этих журналов. Она красивая. Умная. И она хочет быть со мной.

— Ты её купил?

— Нет. Она сама пришла. Сделала мне подарок. Дорогой. Часы. Лимитированная серия. Я оценил жест.

— И что теперь?

— Она сделала мне предложение. Брак. Надежный. Обещает любить до гробовой доски.

— И ты согласился?

— Согласился. Через месяц свадьба.

Лидия села на стул.

Ноги не держали.

— Ты шутишь?

— Я никогда не шучу о таких вещах.

— А как же я? Как же Амина? Как же… твои чувства ко мне?

Он подошёл к окну.

— Мои чувства к тебе никуда не делись. Я всё ещё люблю тебя. Но я устал быть твоим тюремщиком. Устал ждать, когда ты, может быть, когда-нибудь, если захочешь, полюбишь меня.

— Я не говорила, что не люблю.

— Ты ничего не говорила. Ты молчала. Месяцы молчания. Я не могу жить на надежде.

— А с ней ты можешь?

— С ней я знаю, чего ожидать. Она сказала: «Я хочу быть твоей женой. Я буду любить тебя. Я буду заботиться о тебе». Это конкретика. Это не «не знаю» и «посмотрим».

— А как же гарем? Она не против?

— Она поставила условие. Хозяйкой в этом доме будет она. Первой женой — тоже она. Вы останетесь. Но она будет главной.

— Ты согласился?

— Да.

Лидия встала.

— Тогда зачем я здесь?

— Ты здесь, потому что сама захотела остаться. Я предлагал тебе уйти. Ты не ушла.

— Я не ушла, потому что… — она запнулась.

— Что?

— Потому что я боялась.

— Чего?

— Что без тебя умру.

Шейх повернулся.

— Слишком поздно, Лидия.

— Почему поздно?

— Потому что я принял решение. Я устал быть твоим вариантом «Б». Я хочу быть чьим-то первым выбором. Багира выбирает меня. Ты — нет.

— Я выбираю.

— Сейчас? После того как узнала, что есть другая?

— Я не знала, что есть другая.

— А если бы не было? Ты бы продолжала молчать. Ещё полгода. Год. Два. Я не вечный.

Он подошёл к двери.

— Уходи. У меня встреча.

— Мансур…

— Уходи, я сказал.

Она вышла.

В коридоре стояла Амина.

— Ты слышала?

— Всё.

— Он женится.

— Знаю.

— На модели.

— Знаю.

— Он больше не будет смотреть со мной сериал.

— Это самое страшное? — спросила Амина.

— Нет. Самое страшное, что я не сказала ему вовремя.

— Что именно?

— Что я люблю его.

Амина обняла её.

— Слишком поздно?

— Он сказал — да.

— Он любит тебя. Может, передумает.

— Он сказал, что устал ждать.

— Тогда жди ты. Может, она окажется не такой идеальной.

Лидия покачала головой.

— Я не умею ждать.

— Научишься.

Они пошли по коридору.

В конце коридора висел портрет. Лидия и шейх. Её первая настоящая улыбка.

Она остановилась.

— Снимите, — сказала служанке.

— Зачем?

— Мне больно на него смотреть.

Служанка посмотрела на Амину. Та кивнула.

Портрет сняли.

Лидия пошла в свою комнату.

***

Багира приехала через два дня.

Лидия увидела её из окна. Длинная чёрная машина. Из машины вышла женщина. Высокая. Загорелая кожа, как у статуи. Чёрные волосы с мелированием — до пояса. На ней было белое платье, простое, но явно дорогое. Солнцезащитные очки. Туфли на таких каблуках, что Лидия никогда бы не смогла в них ходить.

Багира сняла очки. Глаза — зелёные, почти прозрачные. Лицо — точеное, как у куклы.

— Красивая, — прошептала Лидия.

— Забудь, — ответила Амина, стоящая рядом. — Сравнивать себя с ней бесполезно.

— Я и не сравниваю.

— Сравниваешь. Я вижу.

— Она модель. Это её работа — быть красивой.

— А твоя работа — быть собой. Ты тоже красивая. Просто по-другому.

— По-другому — значит хуже.

— Иди ты… — Амина вздохнула. — Хватит себя жалеть.

Лидия отошла от окна.

***

За ужином Багира села во главе стола.

Рядом с ней — шейх.

Лидия сидела на своём обычном месте. Амина — рядом. Марты не было — она всё ещё в другой резиденции.

— Это Хюррем, — представил шейх. — Это Амина.

Багира улыбнулась. Улыбка была профессиональной — идеальной, но пустой.

— Очень приятно. Мансур много рассказывал о вас.

— Что именно? — спросила Лидия.

— Что вы живёте здесь уже почти год. Что он заботится о вас.

— Заботится — это мягко сказано.

— Лидия, — голос шейха стал жёстким.

— Что? Я просто констатирую факт. Ты купил меня. У мужа. За деньги.

Багира не моргнула.

— Да, я знаю. Мансур рассказал. Это печальная история.

— Печальная?

— Вы не хотели ехать. Вас продали. Это ужасно. Но теперь вы здесь. В безопасности. Мансур хороший человек.

— Он похититель.

— Он спаситель. Просто вы ещё не поняли.

Лидия замолчала.

Багира повернулась к шейху.

— Дорогой, передай мне соль.

Он передал.

Как обычная семейная пара.

Лидия смотрела на это и чувствовала, как что-то рвётся внутри.

***

После ужина Лидия поймала шейха в коридоре.

— Можно поговорить?

— Говори.

— Не здесь.

Он вздохнул.

— Идём в кабинет.

Они зашли. Он сел за стол. Она — напротив.

— Зачем ты привёз её сюда?

— Это её дом теперь. Она будет здесь жить.

— А мы?

— Вы тоже. Она не против.

— А я против.

— Ты можешь уйти. Я уже говорил.

— Ты знаешь, что я не могу уйти.

— Можешь. Я дал тебе документы. Деньги. Свободу.

— Ты дал мне свободу? Или ты дал мне иллюзию свободы?

— Лидия, я устал от этих разговоров.

— А я устала от того, что ты меня не слышишь.

Он встал.

— Что ты хочешь сказать?

— Я хочу сказать, что люблю тебя.

Тишина.

Она сказала это. Наконец.

Он смотрел на неё. Долго. Тяжело.

— Слишком поздно, — сказал он.

— Почему?

— Потому что я уже согласился на брак с Багирой.

— Расторгни помолвку.

— Не могу.

— Не можешь или не хочешь?

— И то, и другое. Я дал слово.

— Ты дал слово женщине, которую знаешь месяц. А меня знаешь год.

— Год, в который ты молчала.

— Я боялась.

— Чего?

— Что если я скажу «да», то перестану быть свободной. Что если я полюблю тебя, то проиграю. Что я стану такой же, как Марта. Как Амина.

— Амина не проиграла. Амина нашла дом.

— Амина смирилась. А я не хотела смиряться.

— И что теперь?

— Теперь я поняла: любовь — это не проигрыш. Это выбор.

— Ты выбрала меня?

— Да.

Он подошёл к окну.

— Слишком поздно, — повторил он.

Она встала.

— Я не сдамся. Я буду бороться за тебя.

— Не надо. Я сделал выбор.

— Твой выбор — это женщина, которая снимается для глянца. Которая умеет красиво улыбаться в камеру. Которой не важно, кто ты внутри. Ей важно, сколько у тебя денег.

— Ты её не знаешь.

— А ты? Ты её знаешь? Месяц — этого достаточно, чтобы узнать человека?

Он молчал.

— Мансур, посмотри на меня. Я здесь. Я настоящая. Я не играю роль. Я не улыбаюсь, когда мне больно. Я не говорю «да», когда хочу сказать «нет». Я люблю тебя. По-настоящему. Просто я боялась себе в этом признаться.

Он повернулся.

— А сейчас не боишься?

— Сейчас боюсь ещё больше. Потому что могу тебя потерять.

— Ты меня уже потеряла.

Она подошла к нему.

— Не говори так.

— Это правда.

— Это не правда. Я здесь. Ты здесь. Мы можем всё исправить.

— Не можем. Я дал слово Багире. Я не могу его забрать.

— Ты шейх. Ты можешь всё.

— Не всё. Я не могу предать доверие человека, который поверил мне.

— А моё доверие? Ты не предашь его?

Он посмотрел на неё.

— Ты никогда не верила мне. Ты всегда думала, что я твой враг.

— Я ошибалась.

— Ошибки имеют последствия.

Он открыл дверь.

— Иди спать.

— Мансур…

— Иди.

Она вышла.

В коридоре никого не было.

Она прислонилась к стене и заплакала.

***

Через неделю Багира перевезла свои вещи.

Десять чемоданов. Коробки с туфлями. Сумки. Платья и украшения, косметику от Диор, Ланком, Шанель. Всё это заняло половину восточного крыла.

— Она что, открыла магазин? — спросила Амина, глядя, как служанки таскают коробки.

— Она модель, — ответила Лидия. — Это её работа.

— Работа? С ума сойти. Моя работа — выживать.

— У каждого своя работа.

Багира вышла из комнаты. Увидела их.

— Хюррем, Амина. Доброе утро.

— Доброе утро, — ответила Лидия.

— Вы не против, если я поставлю свои духи в ванной на первом этаже? Там больше места.

— Это не мой дом, — сказала Лидия. — Спрашивайте у Мансура.

— Мансур сказал: спроси у женщин. Это и ваш дом тоже.

Лидия удивилась.

— Наш?

— Да. Вы здесь живёте. Значит, дом ваш. Я не собираюсь выгонять вас или делать вашу жизнь некомфортной. Мы взрослые люди. Договоримся.

Она улыбнулась. Снова профессионально.

— Я не хочу вражды, — продолжила Багира. — Я хочу мира в этом доме. Я выхожу замуж за Мансура, но это не значит, что я ваша враг.

— А кто вы? — спросила Амина.

— Я его жена. А вы — его гости. Долгосрочные.

— Мы не гости, — сказала Лидия. — Мы пленницы.

— Мансур так не считает. Он считает, что вы свободны.

— Он ошибается.

— Тогда почему вы не уйдёте?

Лидия замолчала.

Багира посмотрела на неё внимательно.

— Вот видите. Он не держит вас. Вы держите себя сами.

Она ушла.

— Я начинаю её ненавидеть, — сказала Амина.

— Она права, — ответила Лидия. — Я могла уйти. Не ушла.

— Потому что любишь его.

— Потому что боюсь.

— Чего?

— Жизни без него.

***

Каждый день Лидия видела Багиру и Мансура вместе.

За завтраком. За обедом. За ужином. Они держались за руки. Переглядывались. Шептались.

— Ты видишь? — спросила Лидия Амину. — Он счастлив.

— Он играет.

— Не похоже.

— Он хочет, чтобы ты ревновала.

— Зачем ему это?

— Чтобы ты наконец сделала шаг.

— Я сделала. Я сказала, что люблю его.

— Сказала. А что ты сделала? Ты хоть раз взяла его за руку? Хоть раз поцеловала? Хоть раз пришла в его спальню ночью?

— Я не такая.

— Вот поэтому ты проигрываешь модели, которая умеет всё это делать.

Лидия замолчала.

Амина права.

Она не умела бороться.

Только ждать.

А ждать больше было некого.

***

Через две недели Лидия подслушала разговор.

Она шла по коридору. Дверь в гостиную была приоткрыта. Внутри говорили Багира и Мансур.

— …она красивая, — сказала Багира. — Я понимаю, почему ты её не отпускаешь.

— Я её отпускаю. Она сама не уходит.

— Она любит тебя.

— Слишком поздно.

— Не поздно. Я не против, если ты будешь с ней.

— Что?

— Я сказала: я не против, если ты будешь с ней. Я не ревнивая. Я модель, Мансур. Я привыкла, что мужчины смотрят на других женщин. Ты можешь быть с Хюррем. Или с Аминой. Или с кем захочешь. Главное, чтобы я была твоей женой. Главной.

— Ты предлагаешь мне открытые отношения?

— Я предлагаю тебе свободу. Ты любишь её. Я вижу. Не мучай себя. Будь с ней.

— А ты?

— А я буду с тобой. Когда захочешь.

Мансур молчал.

Лидия не стала слушать дальше.

Отошла от двери.

Пошла в свою комнату.

— Она разрешила ему быть со мной, — сказала она Амине.

— Кто?

— Багира. Сказала, что не против.

— И что Мансур?

— Молчал.

— Значит, он думает.

— Или не хочет.

— Хочет. Он тебя любит. Я вижу.

— Тогда почему он молчит?

— Потому что он дал слово. Он женится на ней через две недели.

— Я не хочу быть его любовницей.

— А кем ты хочешь быть?

— Женой.

— Тогда борись.

Лидия встала.

— Как?

— Сделай то, что сделала она. Подарок. Ухаживание. Покажи, что ты его хочешь.

— Я не умею.

— Научись. Или потеряешь его навсегда.

***

Лидия решилась.

Она заказала через интернет часы. Такие же, как те, что Багира подарила Мансуру. Дорогие. Лимитированная серия. Потратила все деньги, которые он ей дал.

Часы привезли через три дня.

Она взяла коробку и пошла в кабинет.

Постучала.

— Войдите.

Она вошла. Мансур сидел за столом. Увидел коробку.

— Что это?

— Подарок.

— Зачем?

— Хочу сделать тебе приятно.

Она поставила коробку на стол.

Он открыл. Посмотрел на часы.

— Такие же, как у Багиры.

— Да.

— Зачем?

— Чтобы ты знал: я тоже могу делать подарки. Я тоже могу ухаживать. Я тоже могу любить.

— Зачем тебе это?

— Потому что я хочу быть с тобой. Не любовницей. Не пленницей. Женой.

— Ты опоздала.

— Не опоздала. Я здесь. Я люблю тебя. Я готова.

— Готова к чему?

— Ко всему. К браку. К детям. К тому, чтобы быть рядом всегда.

Он встал.

— Лидия, ты не понимаешь. Я связан словом.

— Расторгни помолвку.

— Не могу.

— Не можешь или не хочешь?

— И то, и другое.

Она подошла к нему.

— Мансур, посмотри на меня. Я не модель. Я не умею красиво улыбаться. Я не снимаюсь для глянца. Но я люблю тебя. По-настоящему. Не за деньги. Не за статус. За то, какой ты есть.

— Какой я?

— Добрый. Терпеливый. Нежный. Ты ждал меня почти год. Ты ни разу не прикоснулся ко мне без разрешения. Ты подарил мне свободу. Ты…

— Хватит.

— Нет, не хватит. Я должна была сказать это раньше. Я была дурой. Я боялась. Я думала, что если полюблю тебя, то предам себя. Но я предала себя, когда не сказала. Я предала нас.

Он взял её за плечи.

— Лидия, остановись.

— Нет.

— Ты делаешь мне больно.

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Со мной.

— С тобой мне было хорошо. Но ты не дала этому шанса.

— Даю сейчас.

— Поздно.

Он отпустил её.

— Уходи.

— Не уйду.

— Я сказал — уходи.

Она пошла к двери.

Обернулась.

— Я не сдамся, Мансур. Я буду ждать. Даже если ты женишься. Даже если у вас будут дети. Я буду ждать.

Она вышла.

Он остался один.

Посмотрел на часы.

Закрыл коробку.

Убрал в ящик стола.

И долго сидел, глядя в одну точку.

***

В день свадьбы Лидия не вышла из комнаты.

Она слышала музыку из сада. Слышала голоса гостей. Слышала, как кто-то сказал: «Какая красивая невеста».

Она сидела на кровати и смотрела в стену.

— Лидия, открой, — Амина стучала в дверь.

— Уйди.

— Не уйду. Открой.

Лидия встала. Открыла.

— Ты плакала?

— Нет.

— Врёшь. Глаза красные.

— Мне всё равно.

— Врёшь. Тебе не всё равно. Тебе больно.

— Это моя боль.

— Не только твоя. Ему тоже больно.

— Ему? Он женится.

— Он женится, потому что дал слово. А не потому, что хочет.

— Откуда ты знаешь?

— Он приходил к тебе вчера ночью. Стоял под дверью. Долго. Потом ушёл.

— Я не слышала.

— Ты спала. А он стоял.

Лидия закрыла лицо руками.

— Зачем он это сделал?

— Потому что любит тебя. Но не может нарушить слово.

— Слово важнее любви?

— Для него — да. Он восточный мужчина. Для них слово — закон.

— Дурак.

— Дурак. Но ты его любишь.

— Люблю. И от этого больнее.

Амина обняла её.

— Поплачь. Потом выйдешь.

— Не выйду.

— Выйдешь. Ты сильная.

— Я слабая.

— Сильная. Просто устала.

Лидия плакала в плечо Амины.

Музыка играла в саду.

Кто-то крикнул: «Горько!»

— Целуются, — сказала Амина.

— Не хочу знать.

— Заткни уши.

Лидия зажала уши руками.

Но слёзы всё равно текли.

***

Ночью, когда гости разошлись, Лидия вышла в сад.

Было тихо. Луна светила ярко. Фонтан шумел.

Она села на скамейку.

Через минуту рядом сел Мансур.

В свадебном костюме. Без галстука.

— Не спится? — спросил он.

— Не спится.

— Мне тоже.

— Где твоя жена?

— В нашей спальне.

— А ты здесь?

— Думаю.

— О чём?

— О тебе.

— Не надо.

— Надо. Я не могу перестать думать о тебе.

— Ты женился. Поздно думать.

— Поздно менять. Думать — никогда не поздно.

Она повернулась к нему.

— Зачем ты пришёл?

— Попрощаться.

— С кем?

— С тобой. С завтрашнего дня я муж Багиры. Я не могу приходить к тебе ночью. Не могу сидеть рядом. Не могу смотреть в твои глаза.

— Можешь. Ты шейх. Ты можешь всё.

— Не всё. Не могу сделать тебя счастливой.

— Мог бы. Если бы выбрал меня.

— Я выбрал. Но ты отказалась.

— Когда?

— Каждый день, в течение полугода. Каждый раз, когда я смотрел на тебя, а ты отводила взгляд. Каждый раз, когда я протягивал руку, а ты убирала свою. Ты отказывалась. Тысячу раз.

— Я боялась.

— Я тоже боялся.

— Чего?

— Что ты никогда не полюбишь меня. И оказался прав.

— Не прав. Я люблю тебя.

— Слишком поздно.

— Не говори так.

— Это правда.

Он встал.

— Прощай, Лидия.

— Не уходи.

— Надо.

Он ушёл.

Она осталась одна.

Смотрела на луну.

На фонтан.

На пустое место рядом.

И плакала.

***

Через месяц после свадьбы Лидия сидела в своей комнате и листала новости в интернете.

Наткнулась на статью о Багире.

«Арабская модель Багира вышла замуж за шейха Мансура. Свадьба прошла в роскошном дворце. На церемонии присутствовали звезды мирового масштаба. Невеста была в платье от Диор, украшенном тысячей кристаллов Сваровски…»

Лидия закрыла статью.

— Не надо это читать, — сказала Амина, входя.

— Я знаю.

— Зачем мучаешь себя?

— Хочу привыкнуть.

— К чему?

— К тому, что его больше нет.

— Он здесь. В этом доме. Каждый день.

— Не для меня.

— Для всех.

— Для меня — нет. Он не приходит. Не говорит. Не смотрит.

— Он боится.

— Чего?

— Что не сдержится. Что бросит Багиру. Что разрушит всё, что построил.

— Он построил семью с другой.

— Он построил семью не с той, с кем хотел.

— Это его выбор.

— Это его ошибка. Но он восточный мужчина. Они не признают ошибок.

Лидия закрыла ноутбук.

— Я вспоминаю мужа, — сказала она.

— Какого?

— Олега. Который продал меня.

— Зачем?

— Чтобы понять разницу.

— И поняла?

— Мансур никогда не поднимал на меня руку. Ни разу. Олег поднимал. В конце почти каждый день.

— Ты не рассказывала.

— Стыдно было.

— А сейчас?

— Сейчас стыдно, что я сравниваю Мансура с Олегом. Они разные. Олег — животное. Мансур — человек.

— И ты выбрала животное?

— Я не выбирала. Меня продали.

— Но остаться здесь — это выбор. И ты его сделала. А теперь жалеешь.

— Жалею.

— О чём?

— Что не оценила Мансура раньше. Что боялась. Что молчала. Что не сказала «да», когда он ждал.

— Ты сказала «да». Просто поздно.

— Насколько поздно? Навсегда?

Амина помолчала.

— Не знаю. Мужчины иногда одумываются.

— А женщины?

— Женщины плачут. И ждут. И надеются.

— Я устала надеяться.

— Тогда переставай. Живи дальше.

— Как?

— Как я. Привыкни.

Лидия покачала головой.

— Я не хочу привыкать. Я хочу его.

— Тогда иди и отвоюй.

— Он женат.

— И что? Багира сама предложила ему быть с тобой.

— Я не хочу быть любовницей.

— Тогда стань женой. Второй. В восточных странах можно.

— Я не восточная.

— Ты женщина. Женщины везде одинаковые.

Лидия встала.

— Я подумаю.

— Думай быстрее. Он уедет в свадебное путешествие через неделю.

— Куда?

— На Мальдивы.

— Откуда ты знаешь?

— Охрана проболталась.

Лидия вышла на балкон.

В саду работал Юсуф. Увидел её, кивнул.

Она кивнула в ответ.

Простой садовник. С женой. С детьми.

А она — женщина, которая упустила своё счастье.

Потому что боялась.

Потому что молчала.

Потому что думала, что время на её стороне.

Но время ушло.

Вместе с ним.

***

Через три дня Лидия набралась смелости.

Она подошла к шейху после ужина.

— Мансур, можно поговорить?

— Говори.

— Не здесь.

Он вздохнул.

— Идём в кабинет.

Они зашли. Он сел. Она — напротив.

— Я подумала.

— О чём?

— О нас.

— Нас нет.

— Могли бы быть.

— Не могли.

— Могли. Если бы ты расторг брак.

— Не могу.

— Не хочешь.

— Хочу. Но не могу. Я дал слово. Я муж Багиры.

— Ты можешь дать слово мне.

— Ты не просила.

— Прошу сейчас. Будь моим мужем.

Он смотрел на неё.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Ты полгода не могла сказать, что любишь меня. А теперь предлагаешь брак?

— Я боялась.

— Чего?

— Что ты меня разлюбишь, если я скажу «да».

— А теперь?

— Теперь я боюсь, что ты меня разлюбишь, если я промолчу.

Он встал.

— Слишком поздно, Лидия.

— Почему ты повторяешь это?

— Потому что это правда.

— Это неправда. Это твой страх. Ты боишься, что я снова передумаю. Что я разобью тебе сердце.

— Боюсь.

— Не разобью. Я люблю тебя. Я поняла это, когда увидела вас с Багирой. Когда поняла, что могу тебя потерять.

— Ты уже потеряла.

— Я здесь. Я не ушла. Я борюсь.

— Боришься с кем? Со мной? С собой? С Багирой?

— Со своим страхом. С твоим страхом.

Он подошёл к окну.

— Багира беременна.

Лидия замерла.

— Что?

— Она беременна. Мы узнали вчера.

— Это правда?

— Да.

— Ты спал с ней?

— Она моя жена.

— Ты спал с ней.

— Да.

Лидия встала.

— Поздравляю.

— Лидия…

— Всё. Я поняла.

Она пошла к двери.

— Лидия, подожди.

Она обернулась.

— Ты станешь отцом. У тебя будет семья. Забудь меня.

Она вышла.

В коридоре она прислонилась к стене и сползла на пол.

Слёз не было.

Была только пустота.

***

Амина нашла её через час.

— Лидия, что случилось?

— У него будет ребёнок.

— У кого?

— У Мансура. Багира беременна.

— Откуда ты знаешь?

— Он сказал.

Амина села рядом на пол.

— Тебе больно?

— Не больно. Пусто.

— Это хуже.

— Знаю.

— Что ты будешь делать?

— Не знаю.

— Ты уйдёшь?

— Куда?

— Домой.

— Дома меня продали.

— К маме.

— Мама умерла. Полгода назад. Мансур не сказал, чтобы я не расстраивалась. Я узнала случайно от служанки.

— О господи.

— Вот так. Дома нет. Мамы нет. Муж продал. Шейх женился на другой.

— У тебя есть я.

— Я знаю. Спасибо.

Они сидели на полу в коридоре.

Две женщины.

В золотой клетке.

Без надежды.

— Амина, — сказала Лидия. — Ты не жалеешь, что не ушла, когда могла?

— Жалею. Каждый день. Но деваться некуда. Дядя убьёт. А здесь хотя бы кормят.

— А меня здесь ничего не держит. Кроме страха.

— И любви.

— Любви больше нет.

— Врёшь.

— Хочу, чтобы это было правдой.

Она встала.

— Пойду спать.

— Лидия, не делай глупостей.

— Каких?

— Не знаю. Но не делай.

— Не буду.

Она пошла в свою комнату.

Легла на кровать.

Закрыла глаза.

И вспоминала.

Как он учил её плавать. Как держал за руку. Как говорил: «Ты красивая». Как подарил портрет. Как сказал: «Я верю тебе».

Слёзы пришли.

Горячие. Солёные. Бесконечные.

— Я люблю тебя, — прошептала она в подушку. — Я так люблю тебя, Мансур. Прости меня. Прости, что поздно.

Но он не слышал.

Он был в другой комнате.

С другой женщиной.

Которая носила его ребёнка.

А Лидия осталась одна.

С сожалением.

С болью.

С любовью, которой некуда было деться.

Продолжение здесь:

Поддержите канал материально) Я буду очень рада) Перечислить можно и 50 р, сколько позволяют возможности. Для этого нужно просто перейти по ссылке. Благодарю!

Экономим вместе | Дзен

Начало здесь:

Пожалуйста, оставьте пару слов нашему автору в комментариях и нажмите обязательно ЛАЙК, ПОДПИСКА, чтобы ничего не пропустить и дальше. Виктория будет вне себя от счастья и внимания!