Я ждала разговора. Получила список. Когда говоришь мужу после двадцати лет, что хочешь развода - ждешь чего угодно. Слез, крика, попытки остановить. Я не ждала описи имущества. Он пришел на следующий день. Я еще не отошла от собственных слов - они все еще висели в воздухе, тяжелые, как будто их можно потрогать. Он вошел, сел за стол и достал листок. Аккуратный, в клетку, с двух сторон. Мелкий почерк, столбиком. Я смотрела на этот листок и не сразу поняла что это. Потом поняла. Опись. Где чье. Кресло - его, привез из родительского дома до свадьбы. Машина - его, оформлена на него. Дом - его родителей, но числится на нем. Дальше мельче - телевизор, холодильник, стиральная машина. Потом еще мельче - сковороды, кастрюли. Потом совсем мелко - столовые приборы. Ложки, вилки. Восемь штук, помечено: делить поровну. Я подняла глаза. Он смотрел на меня спокойно, ждал реакции. Я тогда не нашла слов. Не потому что было больно - хотя и это тоже. А потому что в голове крутилось одно: он написал это в