За восемь лет по разным колониям и СИЗО я видел достаточно, чтобы сказать прямо: секс в зоне есть. Всегда был и будет. Просто об этом не принято говорить вслух. Кто-то осуждает, кто-то делает вид, что не замечает, а кто-то этим пользуется. Я не буду ни осуждать, ни приукрашивать. Расскажу, как это происходит на самом деле.
По закону (статья 116 УК РФ) сексуальные действия между осуждёнными считаются насильственными действиями сексуального характера и могут добавить новый срок. Но на практике в большинстве колоний общего и строгого режима это происходит почти открыто. Главное — не светиться перед администрацией.
В мужских колониях существует чёткое разделение. Есть «петухи» (обиженные) — самая низшая каста. С ними секс происходит почти каждый день. Чаще всего это не по любви, а по принуждению или за еду, сигареты и защиту. В бараке на 40–50 человек всегда найдётся 2–3 таких человека. Они моют туалеты, стирают чужие носки, спят у параши. Запах в их углу стоит особенный — смесь хлорки, старого пота и спермы.
Большинство же зэков удовлетворяются «рукоблудством» после отбоя под одеялом. Распорядок дня жёсткий: подъём в 6:00, работа в цеху до 18:00, отбой в 22:00. Личного пространства нет. Сосед по шконке в тридцати сантиметрах от тебя. Поэтому многие ждут, когда свет выключат, и занимаются этим тихо, под храп и вонь грязных носков.
Есть и добровольные связи. Когда два мужика договариваются «ходить вместе». Один играет роль «мужика», второй — «жены». За это «жена» получает защиту, нормальную еду из передачек, иногда даже отдельное спальное место. Взамен — секс по первому требованию. Часто это происходит в промзоне, в сушилке для одежды или в каптёрке.
Одна из самых тяжёлых историй, которые я видел — это судьба парня по имени Руслан. Приехал на этап молодым, 24 года, худой, смазливый. На первой же «хате» в СИЗО его «опустили». Через полгода он уже сам предлагал себя за пачку чая и банку тушёнки. Когда я его встретил в колонии, он уже не сопротивлялся. Руслан говорил мне тихо: «Здесь либо ты ебёшь, либо ебут тебя. Третьего не дано».
Другой случай — с Колей из Краснодарского края. Он отсидел 9 лет. У него была постоянная «жена» по имени Лёха. Они были вместе почти четыре года. Коля рассказывал: «Мы не пидорасы. Мы просто выживаем. На воле я нормальный мужик, а здесь… здесь другие правила». Они даже умудрялись заниматься сексом почти каждый день — в туалете, в промзоне, иногда прямо под одеялом, когда весь отряд спал.
Гигиена при этом почти отсутствует. Презервативов нет. Мыло одно на всех. Многие «петухи» ходят с хроническими болезнями — гонорея, хламидиоз, гепатит. Лечат их в санчасти одной и той же мазью «от всего». Запах от таких людей стоит тяжёлый, особенно летом.
Администрация чаще всего закрывает глаза, если это не выходит за рамки и не вызывает открытого скандала. Опера знают всё, но вмешиваются только когда кто-то начинает «качать права» или писать жалобы.
Секс в колонии — это не порно и не романтика. Это жёсткая часть тюремной жизни, где смешиваются власть, голод, одиночество и отсутствие женщин годами.
Многие после освобождения никогда об этом не говорят. Даже своим жёнам.
Теперь честный вопрос к вам:
Считаете ли вы, что человек, который занимался сексом в колонии (даже по принуждению), может после освобождения жить нормальной семейной жизнью? И стоит ли об этом рассказывать близким на воле?
Жду ваших комментариев. Тема тяжёлая, но важная.
Спасибо, что были с нами до конца! Мы будем рады, если вы оцените статью, поставив и 👉 лайк, и дизлайк 👈. Это помогает нам становиться лучше.
Вы можете узнать больше о проекте помощи родным и близким осужденных и лиц преступивших закон у нас в соц сетях в телеграмме и вконтакте.
Мы рады будем вам помочь, если вы столкнулись когда близкий человек совершил преступление.
Благодарю, за то что прочитали мою статью, не забудьте подписаться на наш канал "Я свободен"
Вашему вниманию предлагаю так же к прочтению следующие статьи: