Через месяц Максим объявил своим родителям, что они с Таней хотят пожениться.
— Учёба позади, она работает, теперь можно и о семье подумать, — серьёзно сказал он.
— Ну что же, замечательно, — поддержал его Яков Иванович. — Татьяна прекрасная девушка. Надеюсь, будет для тебя хорошей женой.
— Свататься нужно ехать к её родителям, — подхватила Нина Петровна.
— Мам, ну ты что, какое сватовство? — удивился Максим. — Это ведь пережитки прошлого. Просто съездим с Таней в Иловку, познакомимся с Иваном Васильевичем и Мариной Сергеевной и всё.
— Нет, — стояла на своём Нина Петровна. — Для вас, молодых, может, и пережитки, а для нас это серьёзно. Правда, Яша? — обратилась она к мужу.
Тот в ответ кивнул головой, соглашаясь.
— Ладно, — вздохнул Максим, — пусть будет по‑вашему.
На следующий день он сообщил о затее со сватовством Тане.
— Ой, — растерялась она, — мне нужно своих об этом предупредить.
— Конечно, телеграмму отбей, чтобы в следующие выходные нас ждали. Все вместе на Петькиной машине поедем.
— Нет, — замотала головой Таня. — Я раньше уеду, отпрошусь у Яна Витольдовича и поеду. Нужно маме помочь подготовиться к этому.
Когда в Иловке получили телеграмму от дочери, Марина растерялась.
— Ой, Вань, — проговорила она. — Неделя всего, я не успею ничего сделать. И в доме нужно порядок навести, и стол накрыть. Они ведь люди городские, образованные. Как бы не попрекали потом Таню, что родители у неё — деревенщина неотёсанная.
— Не переживай, Марин, — Иван обнял жену за плечи. — Успеем всё. Я помогу, Нюту Ковалёву с невесткой попросишь, к сроку поспеем.
— Да, да, — Марина закивала, соглашаясь. — Нютка не откажет в помощи, а Люда её такая шустрая, у неё в руках всё прямо горит. Прав ты, попрошу, они помогут.
Она окинула взглядом дом.
— Занавески новые надо сшить. У меня есть красивая льняная ткань с кружевами… вот из неё и пошью. Ох, а стол! Что подавать-то будем? Нужно самое лучшее: пирог с капустой, заливное из судака, маринованные грибочки по моему рецепту. Вань, кабанчика заколоть надо. И на стол чтобы мясо было, и в гостинцы сватам дать.
— Хорошо, — кивнул Иван. — Кабанчика завтра зарежем. Картошки молодой накопаем, огурцы у тебя уже свои пошли. Стол будет что надо.
— Ох, Вань, ты у меня золотой! — Марина улыбнулась и тут же снова заволновалась: — А посуда? Вдруг не хватит.
— Хватит, не переживай, у тебя её столько, что дивизию тарелками обеспечить можно.
— Боязно мне, — созналась Марина и тут же деловито добавила: — Скатерть кружевную, большую, на стол постелем. Как знала, что нужна будет, за зиму вывязала.
Когда Таня приехала домой, там уже всё было готово. Марина провела её в кладовку и указала на стол и два чемодана.
— Во, дочка, приданое твоё. Перина, подушки, всё как надо. В дом к жениху не с пустыми руками придёшь.
Таня замерла на пороге.
— Мам… — тихо произнесла она. — Зачем нам столько?
— Как зачем, — возмутилась Марина. — Перина пуховая, подушки с гусиным пером — спать будете, как на облаке. А вот тут, — она открыла один из чемоданов, — полотенца, скатерти, постельное бельё. Всё своими руками делала, понемножку годами копила.
Таня подошла к чемоданам, осторожно провела рукой по вышитому краю простыни. В глазах защипало.
— Мама, это же столько труда… Я и не знала, что ты всё это готовила.
— А как же иначе? — улыбнулась Марина. — Каждая мать о будущем дочери думает.
— Спасибо, мамочка, — Таня обняла мать, а потом смущённо улыбнулась. — Вот только насчёт перины сомневаюсь. Куда её в городскую квартиру пристроишь?
— Ничего, найдёте место, — махнула та рукой. — Без перины невесте нельзя, без перины, считай, что бесприданница.
В субботу вся семья была с рассвета на ногах. Марина с Нютой Ковалёвой колдовали на кухне. Таня и Людмила расставляли посуду на столе, наводили последние штрихи в убранстве дома. К полудню подъехала машина — из неё вышли Максим, его родители: Нина Петровна и Яков Иванович, а с ними — Пётр и Алла. В руках у Нины Петровны было большое блюдо, накрытое кружевной салфеткой.
Она подошла к Ивану и, улыбаясь проговорила:
— Мил человек, не подскажете, что за деревня?
Иван улыбнулся и ответил:
— Иловка.
— Значит, мы правильно путь держим, — продолжила Нина Петровна. — А не дом ли это Ивана Васильевича Миронова?
— Его дом, — стал подыгрывать сватье Иван.
— Тогда совсем правильно, приехали куда надо. Слыхали мы, лебедь белая у вас есть?
— Имеется такая.
— Ну тогда у вас товар, у нас купец. У вас лебедь белая, у нас сокол ясный. Не пора ли их вместе свести, да семью крепкую создать?
— Ох, и речи у вас складные, — рассмеялся Иван, принимая игру. — Ну что ж, лебедь наша давно к соколу тянется, да всё стесняется. А коли вы с таким добрым словом приехали — милости просим в дом!
Марина, стоявшая в дверях, всплеснула руками:
— Да проходите же, проходите, дорогие гости! Что ж на пороге‑то стоять?
Нина Петровна, всё ещё держа блюдо под салфеткой, первой шагнула в дом. Яков Иванович последовал за ней, слегка поклонившись хозяевам.
— Как у вас тут уютно, — восхищённо произнесла Нина Петровна, оглядывая убранство. — И пахнет‑то как вкусно!
— Старались, — скромно улыбнулась Марина. — Проходите к столу, всё готово.
Гости расположились за накрытым столом. Нина Петровна торжественно сняла салфетку с блюда — на нём красовался огромный пирог с ягодами, украшенный затейливыми узорами из теста.
— Это вам от нас в знак уважения, — сказала она. — Мой фирменный пирог.
— Ох, спасибо, спасибо! — засуетилась Марина. — Иван, поставь пирог в центр стола, чтоб все видели, какая красота!
Иван выполнил просьбу жены, а затем поднялся, держа в руке рюмку с настойкой:
— Ну что ж, раз уж такое дело, скажу слово. Рады мы, что вы к нам с добрым сердцем приехали. Вижу, что Максим — парень надёжный, а родители у него хорошие. За то, чтобы наши дети были счастливы и чтобы семьи наши породнились, — предлагаю выпить!
После выпитого все расслабились. Разговор потёк в обычном русле. Усольцевы рассказывали за своих детей, Мироновы — за своих.
— У нас ещё два сына есть, — с гордостью проговорила Марина. — Правда, сейчас в армии служат. Жалко, что на свадьбе у Танюши не придётся им погулять.
— Ничего, когда вернутся, мы с ними наверстаем упущенное, — улыбнулся Максим.
— Сватья, — Иван обратился к Нине Петровне. — А где это вы так ловко свататься научились? Слова вон какие знаете.
Нина Петровна рассмеялась:
— От бабушки своей, она у меня многое знала и знания эти мне передала. А ещё из собственного опыта. Яш, — обратилась она к мужу. — Помнишь, как сватать меня приходили?
— Ну конечно помню, — улыбнулся тот.
Постепенно разговор перешёл на предстоящее торжество.
— Свадьбу, наверное, лучше всего сыграть в августе, — предложила Нина Петровна. — Родня и знакомые в отпуск к этому времени уйдут, чтобы уж гулять так гулять.
— Согласна, — поддержала Марина. — К тому же как раз урожай поспеет, стол будет богатый.
— Распишутся во Дворце бракосочетания, а потом в Михайловку, — вступил в разговор Яков Иванович. —Там у нас дом моих родителей, во дворе столы накроем, так чтобы всем места хватило.
— Вот и ладненько, — кивнул Иван.
Нюта Ковалёва тихонько подтолкнула Марину локтем, когда они выходили из-за стола, и шепнула:
— Смотри‑ка, как всё складно выходит. Я думала, приедут городские, начнут губы тянуть, а они — сама простота.
Та так же шёпотом ответила:
— Ой, не говори, я так боялась, а оно вон как всё вышло.
Тем временем разговор за столом перешёл к деталям.
— Платье для Танечки моя знакомая пошьёт, — деловито сказала Нина Петровна, обращаясь к Марине. — У неё руки золотые, будет не хуже импортного.
Яков Иванович добавил:
— А насчёт музыки такое предложение. У нас в институте есть неплохой ансамбль, они и народные песни сыграют, и современные. Чтобы и стар, и млад повеселиться смогли.
— Ну что же, давайте через две недели встретимся, — подытожила Нина Петровна. — Мы у вас в гостях побывали, теперь вас к себе ждём. Обсудим всё подробнее, составим список приглашённых, с продуктами разберёмся.
— Согласны, — хором ответили Мироновы.
После застолья гости осмотрели дом и двор. Нина Петровна восхищалась кружевными занавесками и скатертями, которые Марина связала своими руками.
— Какая красота! — искренне восхитилась она. — У вас, Мариночка, золотые руки.
— Спасибо на добром слове, — покраснела от похвалы Марина. — Просто люблю рукодельничать.
Перед отъездом Нина Петровна подошла к Тане и тихо сказала:
— Танюша, у тебя такие родители душевные. Рада, что мы породнимся.
Когда гости уехали, Марина обняла дочь и вздохнула с облегчением:
— Ну вот, Таня, всё и решилось. Родители Максима — хорошие, добрые люди. Я думаю, в такой семье ты будешь счастлива.
— Я тоже так думаю, — улыбнулась Таня.
Иван, стоявший неподалёку, кивнул:
— Так и будет. Семья — она на том и держится: на любви, уважении и поддержке.
Таня посмотрела на родителей, потом вдаль, туда, где скрылась машина увозящая Максима и его родных. И на душе у неё стало тепло и спокойно.