Начало:
Предыдущая глава:
Спустя две недели, после визита Петра Карпова, Наталья находилась на суточном дежурстве, когда в два часа ночи привезли пациента с острым аппендицитом. Необходимо было срочное оперативное вмешательство. Наталья взяла бумаги от врача "Скорой помощи". То, что привезли мужчину, она знала от медсестры. Взглянув в сопроводительный лист, заполняемый врачом неотложки в соответствии с учётной формой №114/у, она даже замерла. Пациент - Карпов Петр Максимович.
- Скажите, - спросила она у врача составившего сопроводительную, - почему не увезли в 1-ю клиническую? Там же ближе? Это же их район?
- Пациент сам настоял. Сказал, что доверяет только Вам, Наталья Николаевна.
- Понятно.
Пётр лежал на каталке. Она подошла к нему.
- Петя, что за цирк? Тебя в другую больницу должны были увезти.
- Я хочу, чтобы оперировала меня ты. Я не хочу, чтобы во мне ковырялся кто-то другой.
- А в чём разница? И мы не ковыряемся, а проводим оперативное вмешательство.
- Извини, я не правильно выразился. Я хочу, чтобы оперативное вмешательство провела ты.
- Ладно, Карпов. Везти тебя в другую уже больницу рискованно.
Наталья переоделась для операции, надела медицинскую шапочку, перчатки, маску. Анестезиолог и операционная сестра её уже ждали. Пётр лежал раздетый на операционном столе. Операцию Карпову Наталья делала под общим наркозом. Сама операция длилась не долго. 46 минут. Когда Наталья закончила, операционная медсестра сделала отметку об окончании операции. Пётр спал. Его увезли в реанимацию, на всякий случай. Если всё будет нормально, завтра переведут в обычную палату, а через пару дней выпишут. По идее, если нет осложнений можно было бы и завтра его турнуть, край после завтра. Пусть дома отлёживается...
Ната сменилась с суточного дежурства. Я тоже. Только я приехал чуть позже её. Когда зашёл в квартиру, она вышла из ванной в халате и с полотенцем на голове в виде тюрбана. Посмотрела на меня и улыбнулась:
- Наконец-то моя птица прилетела.
Я разулся, снял куртку. Кобуру скрытого ношения не снимал пока ещё. Подошёл к ней. Прикоснулся лицом к её тюрбану.
- Классно пахнешь, красотка. - Потом погладил её по заду через халат. Понял, что нижнего белья на ней нет.
- Вот за это хвалю, птица.
- Что трусы надевать не стала.
- Я их хотела в спальне надеть. Ты буд-то не знаешь.
- Не надо ничего надевать, так и ходи, особенно когда дети у твоих и мы одни. Чтобы мне времени терять не пришлось, стаскивая их с тебя.
- Всё сказал, Селезнёв? Сам ходи без трусов. И иди душ прими, а то от тебя воняет, камерой, жуликами и табаком. И ещё потом.
- Я не курю. Это парни курят, как не в себе. Вот и пропах. А пот, дорогая, у меня здоровый. Так и должен пахнуть настоящий мужчина. Именно потом, как реальный самец, а не духами там разными бабскими.
- Если я хоть раз почую, что от тебя пахнет, как ты говоришь, бабскими духами, в этот же день соберу тебе чемодан и ты уйдёшь на теплотрассу, Селезнёв. Или к своей зазнобе. Я не шучу. И хватит мне мять своими железными пальцами моё нежное тело, особенно пониже спины. - Недовольно сказала она. Но я и не думал отпускать её. Наоборот и вторую руку положил ей на задницу, прижал к себе и стал мять её ягодицы.
- А если от тебя будет пахнуть мужским парфюмом? - Спросил её.
- Тогда я соберу свои тряпки в чемодан и уйду на теплотрассу или к тому, от кого будет пахнуть так же. Таким же парфюмом.
- Договорились.
- Игорь, ты долго вот так будешь? Хоть бы рубашку свою снял и эту кошмарную кобуру с кошмарным пистолетом.
Я с сожалением отпустил её.
- Эх ты, птица. Никакого сострадания с собственному мужу.
- Иди в душ, потом получишь сострадание.
Пришлось идти в душ, хотя я и так хотел собирался это сделать после дежурных суток. Наталья принесла мне мой халат. Пока принимал душ, она по быстрому приготовила глазунью с ветчиной. Сделала бутерброды. Дети были у тестя с тёщей. Мы поели, попили чай. Потом пошли в спальную. Надо было отдохнуть после суток. Я почти не спал ночью. Работы было много в эти сутки. Да ещё оперативный материал просматривал с видеосъемкой. Но когда зашли в спальную, естественно спать сразу не собирались. Хотя Наташка тоже устала. она сняла халат, который был надет на голое тело. Посмотрела на меня.
- Ладно, птица моя любимая. Иди сюда, буду оказывать тебе милосердие и сострадание. - М-да, хорошо всё же Наташка умеет оказывать сострадание. Потом просто лежали с ней умиротворённые.
- Игорь, хотела тебе сказать. К нам сегодня ночью Карпова привезли.
- Петьку что ли?
- Его.
- А что с ним? Пальчик прищемил?
- Нет. Хуже. Аппендицит пришлось ему удалять. Он специально упросил врачей "Скорой" в мою больницу его привести. Сказал, что доверяет копаться в его теле только мне. Хотя ближе было его в 1-ю клиническую отвезти.
- А он что, знал, что ты сегодня дежурный хирург?
- Наверное. Если просил именно к нам его отвезти.
- А откуда он узнал? У него что, график твоих дежурств имеется?
- А я откуда знаю? Без понятия.
- Но аппендицит ты ему удалила? Там всё так серьёзно было?
- Ну да. Воспаление зашло слишком далеко. Ещё немного и он лопнул бы у него. Начался бы перитонит, заражение и прочие "радости".
- Ну что же, пусть теперь гордится, что та, которая ему снится и на которую он слюной исходит, удалила ему орган. Жаль, что не яй.ца отрезала.
Наталья лежала, закрыв глаза, и при моих словах улыбнулась.
- Перестань, Селезнёв. Петя хороший, только дурак... Игорь, давай чуть поспим. А то после обеда за детьми надо ехать будет. Я завтра выходная. А ты?
- А у меня ненормированный рабочий день, солнышко. Покой нам только снится.
- Значит завтра в парк я с детьми поеду одна?
- Прости, Нат. Возьми мою машину. Это максимум, что я могу сделать. - Смотрел на неё. Лежит на спине, одна нога согнута в колене. Я провёл своей рукой ей по груди, чуить сжал её, потом ниже по животу.
- Селезень, тебе мало? - Спросила она улыбаясь и всё так же с закрытыми глазами. - Хорошо же любовью позанимались.
- Мне тебя всегда мало будет, птица моя. Хорошая у тебя грудь, Натка. Вроде двое детей, а она всё равно красивая у тебя.
- Она уже не такая, как раньше. Не выдумывай. Обыкновенная грудь, женщины за тридцать.
- Помолчи. Мужчина лучше знает, красивая грудь у его женщины или нет. Ладно, давай спать. Ты права. Детей ещё ехать забирать надо будет...
Наталья пришла на работу как обычно, утром, через два дня, после операции. Думала, что Петра уже выписали. Но оказалось, что он всё ещё лежит в больнице. В палате для вип-персон. Оказывается у него шов воспалился.
- Ничего не понимаю. - Сказала Наташа заведующему отделением, осмотрев Карпова. - Всё было нормально. Обыкновенная операция. Ничего сложного. И шов я правильно наложила. Стерильность была полной.
- Я верю Вам, Наталья Николаевна. И всё же факт, как говорят, на лицо. Вас ни кто ни в чём не обвиняет. Такое случается иногда. Подержим его несколько дней. Антибиотики ему уже проставили. - Сказал заведующий, Сергей Степанович, мужчина 45 лет. - А там посмотрим.
Она кивнула и вышла из кабинета. Прошла в палату к Петру.
- Наташа! - Улыбнулся он радостно. Она подошла к его кровати и села на стул. Смотрела ему в глаза. Улыбка стала на его губах затухать. - Наташа, почему ты так на меня смотришь?
- Да вот смотрю на тебя, Петя, и думаю, ты совсем дурачок или только прикидываешься?
- Наташа, я не совсем понимаю, о чём ты?
-Ты специально это сделал, что бы шов воспалился? И что именно ты сделал?
- Я ничего не делал.
- Петя, смотри мне в глаза. Не лги мне.
- Я правда ничего не делал. - Ответил он. Но Наталья чувствовала, по его глазам, которые он на секунду отвел, что Карпов что-то скрывает. Она не стала настаивать.
- Хорошо. Будем считать это побочным эффектом. - Она встала.
- Наташ, не уходи. Побудь со мной немного.
- У меня, Пётр, кроме тебя и другие пациенты есть. И я не на посиделках, а на работе. Отдыхай. - Она вышла. Петя пролежал в больнице несколько дней. Всё время, пока он находился там, старался появится рядом с Натальей. Медперсонал даже стал замечать это.
- Наташа, похоже этот пациент, Карпов Пётр, очень не равнодушен к тебе. - Сказала как-то старшая медсестра. - А он симпатичный и довольно состоятельный мужчина.
- То, что он не равнодушен я знаю, Лиза. Мы одноклассники.
- Даже так? - Елизавета удивлённо посмотрела на Наталью.
- Именно так. Но я давно замужем и у нас с Игорем двое детей, если ты не забыла. Так что эти игры не про меня. Петя знает это. И я не смешиваю свою профессиональную деятельность с личным. Меня в моей жизни всё устраивает. Поэтому, Лиза, давай мы прекратим эти разговоры.
Петра выписали через неделю. Он зашёл в кабинет Натальи с цветами.
- Наташ, спасибо тебе за то, что спасла мне жизнь. Это тебе. - Он протянул ей букет. Она взяла. Кивнула ему.
- Постарайся, Петя, больше не попадать в больницу и следи за своим здоровьем.
- Наташ, может в кафе сходим? У тебя когда обед? Просто посидим, поговорим.
- Петь, мы уже, по моему, наговорились. Ты никак не можешь понять, что я замужем. Я мать двоих детей, одна из которых уже школьница.
- Дети не помеха, Наташ.
- Ошибаешься, Петя, ещё какая помеха. Они оба любят своего отца, Игоря. Он для них пример для подражания. А тебя, если уж говорить откровенно, не примут. Это первое. Второе, Игорь в эти дни очень занят. У них какая то операция началась по каким-то жуликам и бандитам. И хорошо, что он этим занят, а то боюсь он бы уже сюда приехал. Тем более, он знает, что ты лежишь у нас. Я ему об этом в первый же день после дежурства сказала. А тут уже сплетни пошли про нас. Разговоры разные. И если он сюда зайдёт, то ты же понимаешь, что он долго с тобой разговаривать на этот раз не будет. И, я боюсь, как бы ты уже с переломом назад в больнице не оказался. Ты понимаешь это?
- Не бойся за меня, Наташа. Я могу за себя постоять.
- А кто тебе сказал, что я за тебя боюсь, Петя? Я не за тебя боюсь, я за мужа боюсь. Потому что в этом случае, он мало того, что лишится работы, так ещё и за решётку не дай бог загремит. А у нас с ним двое детей. И ещё, Петь, заканчивай давай. Найди себе женщину и успокойся с ней. Я от Игоря никуда уходить не собираюсь. Я люблю его. Я всю жизнь его любила и продолжаю любить. Пойми ты это, наконец. И оставь меня в покое.
Пётр даже покраснел. Но сдержался.
- Хорошо. Я тебя понял, Наташа. Извини. Больше ничего подобного не будет.
- Я очень надеюсь на это, Пётр. Не разочаровывай меня. Пусть у меня останутся только хорошие воспоминания о тебе. Прощай, Петь.
- Прощай, Наташа. - Он вышел...
Я в последние дни был очень занят. Домой приходил поздно. Мылся, ел и ложился сразу спать, так как выматывался. У нас началась крупная операция по накрытию целой сети мошенников. Наша операция, являлась частью более масштабной, когда аресты и обыски силами МВД, Росгвардии и ФСБ проводились в разных городах страны. задержано было только в нашей области больше двадцати человек. Изымались компьютеры, сим-боксы, мобильники целыми коробками, сим-карты чуть ли не тысячами. И деньги. Много денег, сотни тысяч и миллионы наличкой. Работали совместные бригады следователей Следственного комитета и МВД, оперативники угро и оперативники ФСБ. Прокуратура. Масштаб был впечатляющий. Я ещё никогда не работал по таким делами. Поэтому и проводил больше времени на работе, а не дома. Дневал и ночевал там, как и остальные мои товарищи. Наташа всё понимала. Никогда не ворчала и не высказывала претензий, что я уделяю ей мало внимания. Она знала, где я работаю. Мы были с ней хорошим тандемом.
Петя куда то исчез с наших радаров. Нет, он оставался в городе, это я знал точно, но к Наталье больше не клеился. Она мне рассказала про их разговор, который произошёл при его выписке.
- Значит мне ему вправлять мозги точно не надо? - Спросил её, в один из вечеров, когда мне удалось прийти пораньше. детей мы уже уложили спать. Сами занимались собой с спальне. Всё же из-за сильной загруженности, секса у нас не было с Наташкой почти две недели. Соскучились по друг другу. Я сидел на кровати, откинувшись на спинку. Наталья сидела на мне, обнимала за шею и прижалась всем телом. Я гладил её по обнажённой спине.
- Не надо. Я думаю, что он одумался. Ему женщина нужна. Желательно без прошлого в виде чужих детей. Я так думаю. А у меня, извини, хвост уже длинный. Я что, поведу свой выводок к нему? Ещё чего не хватало. Да и возбуждаешь меня, Селезнёв, только ты... Ты мерзавец, Игорь. Две недели меня динамил.
- Нат, я не динамил. Просто, реально уставал в дрова. Там уже ни до какой любви, лишь бы в душ попасть и до постели доползти. Но скоро станет легче.
- Обещаешь?
- Обещаю. Можем съездить куда-нибудь, на турбазу, например. Я, ты и дети. Как на это смотришь?
- Я смотрю на это сугубо положительно... Игорь? Ты отдохнул?
- Не понял? А ты чего, Селезнёва, такая активная, что подмётки отлетают? Ещё немного и кровать ломаться начнёт?!
- Я наскучалась и истосковалась без мужской ласки, пусть даже и грубой.
- Это когда я был с тобой груб, птица?
- Ну иногда надо пожёще. Чего так смотришь? Прояви себя как истинный самец!
- Не понял? А до этого я не был, как самец?
- До этого, дорогой, ты был душкой, нежным, ласковым и сладким. А сейчас я хочу... Ну ты понял?
- Грубой силы? Ната, я начинаю беспокоится насчёт твоего эмоционального и психического здоровья.
- Селезнёв, хватит болтать. Займись лучше делом... - Она не дала мне ответить и впилась своими губами в мои, тесно прижимаясь ко мне...
Продолжение:
Ссылка на мою страничку на платформе АТ
https://author.today/u/r0stov_ol/works
Ссылка на мою страничку на Литнет
https://litnet.com/ru/oleg-rostov-u652331
Ссылка на мою страничку на литературном ресурсе Букривер (Bookriver) https://bookriver.ru/author/oleg-rostov