— Не носить роду нашему венец великокняжеский, — была последняя мысль Дмитрия Юрьевича Шемяки.
На обед изгнаннику была подана курица, которую подкупленный повар щедро сдобрил смертным зельем. Снег ложился серыми хлопьями на новгородские крыши и черепицу, горожане кутались в овчинные шубы. Стояла мрачная эпоха, когда княжеская междоусобица на Руси достигла своего омерзительного апогея.
Московский злодей и его бегство
Дмитрий Шемяка, внук самого Дмитрия Донского, человек, который приказал ослепить своего двоюродного брата Василия Тёмного, умирал в вольном Новгороде, проклятый митрополитом и гонимый московскими ратями. Он был одиозной персоной древней русской истории, чьё имя стало нарицательным для вероломства и бессмысленной жестокости, — через много столетий в русском языке останется выражение «шемякин суд», означающее неправедное решение.
В 1453 году Шемяку оплакивала разве что семья: жена Софья, да сын с дочерью. Великокняжеского венца потомкам Шемяки действительно больше носить не довелось, вместо него отдалённые потомки Дмитрия Юрьевича будут носить корону королевства Бельгия, по крайней мере, так говорят генеалогические исследования.
Дмитрий Юрьевич Шемяка, родившийся где-то на рубеже четырнадцатого и пятнадцатого веков, был сыном Юрия Дмитриевича и внуком Дмитрия Ивановича Донского. В ходе войны с двоюродным братом Василием Васильевичем Темным, в 1446 году, захватив Василия в церкви прямо во время молитвы, Шемяка приказал выколоть пленнику глаза.
Страшная месть за старые обиды: Василий когда-то сам ослепил союзника Шемяки, татарского царевича, — но в русской истории закрепился именно зверский образ Шемяки-ослепителя, отлучённого за злодейство от Русской православной церкви.
После этого Дмитрий Юрьевич провозгласил себя великим князем московским. Неприятный, подозрительный, жестокий — бояре его не любили, народ боялся. Когда сторонники Василия Тёмного вернули князя на престол, Шемяке пришлось бежать. Сначала в Галич, потом в Новгород, где он и нашёл свой конец. У Дмитрия Шемяки был сын Иван, а также дочь, которую звали Мария; из-за деяний отца им на Руси места не было.
Литовский брак
В 1452 году Шемяка выдал свою дочь Марию Дмитриевну за князя Александр Васильевича Чарторыйского, новгородского наместника из ветви литовских Гедиминовичей. Династический брак, рассчитанный на укрепление союза между Шемякой и литовско-русской знатью, оказался недолгим: Мария Дмитриевна скоропостижно скончалась в 1456 году, всего через четыре года после свадьбы.
Но она успела родить мужу детей, по крайней мере, называют сына Семёна. Через эту ветвь потомки Шемяки влились в литовско-русскую аристократию. Князь Александр Чарторыйский пережил её и, овдовев, женился вновь, но дети от Марии Дмитриевны (в частности, сын Семён Александрович Чарторыйский) остались законными наследниками.
Род обосновался в Литве, сохранил земли, перешёл в католичество и к XVI веку стал одним из влиятельнейших домов Речи Посполитой. Это была не просто аристократия: Гедиминовичи — прямые потомки великих князей, правивших Литвой до унии с Польшей. Потомство от союза Рюриковича Шемяки с Гедиминовичем Чарторыйским дало род, который в последующие столетия будет занимать очень заметные посты в Речи Посполитой.
Одним из самых значимых брачных союзов потомков Марии Дмитриевны Шемякиной оказался союз с родом Сапег, из которых происходили канцлеры, гетманы; Сапеги фактически правили Литвой наравне с королями. Род разросся до двенадцати основных ветвей. Они, конечно, знали о своём происхождении: шляхта вообще старалась помнить заслуги предков и чванливо заучивала генеалогию, но русскими себя отдалённые потомки Дмитрия Шемяки уже давно не считали.
Коморовские
Восемнадцатое и девятнадцатое столетия принесли разделы Речи Посполитой, исчезновение независимой Польши с карты Европы, восстания, войны и прочие катаклизмы.
25 июля 1942 года в оккупированной немцами Варшаве венчались двое: тридцатидвухлетний граф Леон Михал Коморовский и двадцатидвухлетняя княжна София Мария Сапега-Коденская — прямой потомок Дмитрия Юрьевича Шемяки.
София родилась 11 октября 1919 года в Бобреке — имении на востоке Польши. Леон Коморовский появился на свет 14 августа 1907 года в Седлиске и происходил из рода, носившего герб «Корчак», — три серебряные балки в красном поле и золотая чаша с собакой над шлемом, знак, известный с XIII века.
Их дочь, Анна Мария Коморовская, родилась в 1946 году — уже в Бельгии, куда семья бежала после войны и превращения Польши в социалистическое государство. Детство Анны прошло в Бельгийском Конго, куда семья перебралась в поисках работы, а затем, после обретения Конго независимости в 1960 году, семья вернулась в Бельгию.
В 1971 году в Уккеле, брюссельском пригороде, Анна вышла замуж за графа Патрика д'Удекема д'Акоза, а 20 января 1973 года у них родилась дочь — Матильда Мария Кристина Гислен.
Бельгийская корона
Матильда выросла в Уккеле, в многодетной семье: детей у барона Патрика д'Акоза было пятеро. Жили без излишеств, по меркам родовитой аристократии — даже скромно.
Матильда окончила коллеж Святой Гертруды, затем Институт Девы Благоверной в Брюсселе. Она выбрала профессию, неожиданную для девушки из её круга: стала логопедом и в середине 1990-х работала в клинике, затем открыла частную практику.
Летом 1996 года двадцатитрёхлетняя Матильда играла в теннис, а на соседнем корте оказался наследный принц Бельгии Филипп, герцог Брабантский. Принцу было тридцать два года, миловидная улыбчивая блондинка ему приглянулась.
Три года роман герцога Брабантского и логопеда Матильды оставался тайной для прессы: в эпоху папарацци и жёлтых газет им каким-то чудом удавалось встречаться скрытно. Филиппа долгие годы считали нелюдимым, угловатым, даже аутичным; популярность наследника в стране была низкой.
Матильда превратила принца из нелюдимого отшельника в приемлемого наследника престола. Она улыбалась легко и естественно, говорила на двух национальных языках — французском и голландском; публика, увидев её впервые, вздохнула с облегчением: странный наследник сделал правильный выбор.
13 сентября 1999 года королевский двор собрал пресс-конференцию в замке Лакен. Журналистов ждал сюрприз: принц Филипп объявил о помолвке. Кольцо Филипп заказал у бельгийского ювелирного дома Wolfers — бирманский рубин в золотой оправе, окружённый ореолом бриллиантов.
Свадьба состоялась 4 декабря 1999 года. Гражданская церемония прошла в Брюссельской ратуше, венчание — в соборе Святого Михаила и Святой Гудулы. Платье Матильды шил бельгийский кутюрье Эдуард Вермёлен — шёлковое платье и пальто из крепа, фата из тончайшего кружева длиной четыре с половиной метра, на голове — старинная алмазная тиара из королевской шкатулки.
На церемонии присутствовали принц Чарльз, князь Монако Альбер, короли Испании, Норвегии, Дании, Нидерландов — вся королевская Европа собралась в Брюсселе.
В тот же день король Альберт II поднял отца Матильды из баронов в графы — так род д'Удекем д'Акоз получил наследственный титул, которого не имел веками. Медовый месяц пара провела на Мальдивах и в Индии.
Матильда не бросила учёбу после замужества. Уже будучи герцогиней Брабантской, она получила степень магистра психологии в Лувенском университете в 2002 году. Её фонд, основанный в 2001 году, занимается проблемами детской бедности, образования, положения женщин. Она — почётный президент ЮНИСЕФ Бельгии.
21 июля 2013 года Альберт II отрёкся от престола в пользу сына. Филипп стал седьмым королём бельгийцев, Матильда — королевой-консортом. Первой королевой, родившейся в самой Бельгии.
У Матильды и Филиппа четверо детей: два сына, Габриэль и Эммануил, и две дочери, Елизавета и Элеонора. Старшая девочка, Елизавета, родилась 25 октября 2001 года. По закону 1991 года о престолонаследии не её младшие братья, а она наследует корону.
Вот такой он, «шемякин» след в Бельгийском королевском доме.
Спасибо за лайки!