Ами пришёл в себя от холода. Он промёрз до костей и, как не старался, не мог унять зубы, которые выбивали барабанную дробь. Куда идти и где согреться? Мальчик огляделся - он находился в низине, справа бежала быстрая река, а слева поднимался крутой, поросший лесом берег. Вокруг не было никакого жилья. Уже давно рассвело и верхушки деревьев были ярко-оранжевыми от восходящего солнца. В лесу пели птицы, и пейзаж вокруг поражал своей красотой и безмятежностью. Ами рассудил подняться повыше, чтобы хотя бы согреться и просохнуть от росы и тумана. Движение оживило его, да и холод постепенно отступал. В то время как солнце поднималось всё выше и выше над горизонтом, он тоже карабкался из-за всех сил вверх по поросшему лесом склону. Когда подъём закончился, мальчик перевёл дух, огляделся и прислушался. Лес здесь не был особенно густым, деревья росли на большом расстоянии друг от друга, было тепло и сухо. Мальчик разумно рассудил не углубляться в чащу, а идти по высокому склону вдоль реки, пока не встретит какое-нибудь жильё. Его надежды оправдались. Через некоторое время Ами неожиданно натолкнулся на изящную решётку высокой ограды. Мальчик ещё некоторое время шёл вдоль неё, но потом любопытство взяло вверх, и он протиснулся сквозь прутья. Казалось, за оградой был такой же лес, но присмотревшись можно было понять, что здесь уже начинается парк. Прошлогодняя листва была собрана в кучи и накрыта сеткой, кора деревьев была обработана от жуков, на некоторых стволах были нарисованы цифры и какие-то значки. Повсюду чувствовалась заботливая рука. Ами прошёл немного вглубь, как вдруг его окликнули:
– Эй, ты кто? Что ты здесь делаешь? – крикнул кто-то неожиданно.
Ами огляделся, но вокруг никого не было.
– Кто здесь? Где Вы? – испуганно закричал мальчик.
– Сначала ответь, кто ты?! И что делаешь на моей земле?
– Меня зовут Ами – отвечал мальчик – Я попал под бомбёжку сегодня ночью и заблудился. Простите, что нарушил ваши границы, я искал кого-нибудь, чтобы рассказать, что в лесу, погибли люди.
– Забирайся ко мне наверх, поговорим.
Ами поднял голову и увидел на нижних ветках векового дуба маленький домик, из окошка которого выглядывал красивый мальчик. Он сбросил верёвочную лестницу и помахал рукой.
Бедному голодному ребёнку, после всех ужасов прошедшей ночи было довольно трудно забраться наверх, окоченелые руки и ноги едва слушались его, голова гудела, а к горлу подступала тошнота. Чуть ли не четверть часа он болтался между небом и землёй, и всё это время темноволосый мальчик внимательно разглядывал его из окна. Когда же, наконец, Ами вскарабкался наверх в домик, его хозяин сказал:
– Какой же ты грязный и неловкий. Ты, наверное, дикий? Так как говоришь, тебя зовут?
– Меня зовут Ами, извините, что наследил, я уберу. Послушайте, в лесу во время бомбёжки погибли люди, нужно срочно сообщить об этом, может кто-нибудь ещё жив!
– Мы в замке тоже слышали взрывы, но даже не успели спуститься в бомбоубежище, как всё уже закончилось! Не волнуйся, я сообщу о твоём донесении, а ты что француз? – последовал ещё один вопрос – Ты говоришь с акцентом.
– Я родился во Франции, но я не …
Ами не успел ответить, как хозяин домика перебил его:
– А меня зовут Фриц. Полностью Фриц Гюнтер Опель. Я хозяин этих земель, и замка и этот домик тоже мой. Я люблю всё французское! А как тебе у меня нравится?
Ами огляделся, и ему показалось, что он попал в сказку. Изнутри домик на дереве поражал своей роскошью. Он состоял из нескольких сообщавшихся между собой помещений. В нём было что-то похожее на прихожую, гостиную с открытой верандой и спальню. На полу в гостиной лежал небольшой персидский ковёр с таким длинным и мягким ворсом, что полностью скрывал детские ступни, на стенах висели полки с книгами и мечтой каждого мальчишки – фантастической коллекцией игрушечных машинок. Ах, какие они были прекрасные! Покрытые разноцветными эмалями Мерседесы, Форды, Опели и Бьюики. Это были не просто игрушки, а точные миниатюрные копии, в которых и кожа на сидениях, и резина на шинах, и спицы в колёсах - словом, всё-всё было настоящим, только маленьким. Около окна стоял изящный столик из красного дерева, на котором лежал новенький блестящий фотоаппарат. Рядом стоял ещё один столик, поменьше, а на нём корзина с фруктами и тарелка с пирожными, от вида которых Ами чуть не потерял сознание. Он присел на пол и сказал:
– Очень нравится. Извините, я сегодня не успел позавтракать и мне от этого дурно.
– А понятно, – ответил Фриц Гюнтер – угощайся!
И протянул своему гостю тарелку с пирожными и десертную вилку. Ами совершенно забыл о приличиях, и за три минуты съел всё предложенное, используя при этом только свои руки и рот. Во время этого процесса Фриц Гюнтер рассматривал своего гостя с нескрываемым любопытством:
– Я думаю, ты всё же дикий. - проговорил маленький господин Опель, когда Ами наконец закончил жевать и вернул ему пустую тарелку. - Ты умеешь читать? Ты читал эту книгу? —спросил он, раскрывая перед своим гостем роскошное издание Робинзона Крузо на немецком языке, в серо-серебристом кожаном переплёте с золотым теснением. Страницы зашуршали и перед Ами стали мелькать огромные гравюры, с огромными кораблями, диковинными животными и деревьями, с людьми, на головах у которых были перья. Такую удивительную книгу можно было разглядывать часами.
– Это про человека, который попал на необитаемый остров – не дожидаясь ответа, объяснил Фриц Гюнтер – и про его дикаря Пятницу! Смешное имя Пятница! Знаешь, почему его так назвали? – и снова ответил сам себе – потому, что они познакомились в пятницу! Кстати, сегодня тоже пятница, давай я буду Робинзоном, а ты Пятницей, ты же дикий, к тому же ещё и француз!
После всех перенесённых ужасов и голода, мозг Ами отказывался воспринимать происходящее, которое к тому же никак не вязалось с его положением. Да и сладости возымели над мальчиком какое-то странное действие. Ему стало казаться, что он наелся камней, и теперь они тянут его за живот вниз. Ами захотелось прилечь на ковер и закрыть глаза.
– Хорошо – согласился он с предложением Фрица и, к удовольствию последнего, улёгся на ковер и тотчас провалился в забытьё.
Фриц Гюнтер был в восторге! Наконец-то в его распоряжении оказался настоящий живой дикарь. Теперь он будет приобщать его к цивилизации, знакомить с сокровищами мировой культуры, научит пользоваться десертной вилкой и будет выгуливать по городу на поводке. Пока его дикарь спал, он перечитывал главы из романа, и размышлял, как разыграть их в жизни. Скоро мальчика позвали в замок – обедать. Фриц Гюнтер не хотел оставлять Ами, к тому же он боялся, что тот убежит, поэтому он привязал его за ногу к деревянной балке, забрал с собой верёвочную лестницу, а сам спустился с помощью приставной. Он наскоро пообедал в компании отца и мачехи и вернулся в домик, захватив с собой немного хлеба и сыра для своего дикаря, а также чистую одежду. Несмотря на все его опасения Ами продолжал спать и не помышлял о побеге. Причём он спал так крепко, что Фриц смог разбудить его только под вечер:
– Вот, я принёс тебе еду, завтра я не смогу прийти мы ждём гостей. Смотри не вздумай бежать, иначе тебя поймают. Знаешь, что с тобой сделают, если узнают, что ты француз?
– Нет – ответил Ами, жуя бутерброд с сыром, он действительно не знал, что делают с французами.
– Наверное... – задумался Фриц Гюнтер – тебя посадят на поезд и отправят во Францию.
– Ой, нет! – искренне заверил его Ами – во Францию мне сейчас точно не надо!
– Отлично, тогда оставайся пока меня, будешь моим Пятницей.
Ами торжественно поклялся новому знакомому в своей преданности, а когда тот ушёл, собрал разбросанные подушки, уселся на них и накрылся сверху ковром, как одеялом. Начинались сумерки, и в домике на дереве постепенно становилось темно и холодно.
«Пятница» – думал Ами сидя в подушках точно птица в гнезде – «Никогда бы не подумал, что похож на Пятницу… Пятница… пятница» – в голове мальчика крутилась ещё какая-то назойливая мысль, но он никак не мог поймать её. Он высунул голову из своего укрытия и огляделся. Уже взошла луна, и её холодный свет проникал сквозь окна и щели в домик. На черном небе не было ни единого облачка и звёзды напоминали огоньки свечей, которые зажигают вечером в пятницу, чтобы встретить Шаббат. Ами рано потерял мать и не помнил её лица, он помнил только большую, теплую и черную, как ночь, шерстяную юбку, за которую он держался, когда учился ходить и ещё там, где-то высоко-высоко пламя свечи. Маленький Ами, был уверен, что это мама зажигает на небе звёзды от своего скромного огарка. «Ну конечно!» – обрадовался мальчик – после пятницы всегда наступает Шаббат, а раз зажглись звёзды, значит, он уже наступил!». Ребёнок вновь окинул взглядом комнату и вдруг почувствовал, что уже не один. Рядом с ним вдруг оказались все его друзья, родственники и даже люди, которых он никогда не видел и не знал. Удивительный покой разлился по его душе и Ами снова заснул.
Ночью ему приснилось, что он идёт по бескрайней пустыне. Его окружают барханы, иногда на них попадались колючки, несколько раз он замечал жука или хвост верткой ящерицы. Время от времени ветер поднимал с барханов песчинки, кружил их в воздухе и осыпал на золотистые кудряшки мальчика.
Вдруг он увидел странный свет, между барханами. Мальчик подошёл поближе и разглядел прекрасный кувшин, сделанный, словно из раскалённого стекла. У него было изящное, но очень узкое горлышко, а внутри лежали точно такие же непримечательные песчинки, какие были снаружи.
– Что ты такое? – спросил Ами.
– Меня зовут Тиферет – ответил кувшин.
– О! Твоё имя также прекрасно как ты сам! – сказал Ами.
– Откуда тебе знать это - рассмеялся кувшин - ты ведь не любишь читать.
Ами стало неловко, он хотел сказать что-нибудь в своё оправдание, но вдруг свет проник сквозь прозрачные стенки кувшина, и каждая песчинка внутри него засверкала. Свет, преломлялся в них тысячи и тысячи раз, а потом снова коснулся стенок кувшина, но теперь уже изнутри, а не снаружи. И тут весь кувшин вспыхнул словно Солнце.
– Видишь? – спросил Тиферет мальчика, – полезай внутрь и посмотри сквозь меня на мир.
Ами попробовал было это сделать, но горлышко было слишком узким, и как он ни старался, ему не удалось пропихнуть в него даже мизинца, не говоря уже о голове.
– Поторопись Ами! – сказал кувшин – поторопись, иначе тебя, как и их унесёт ветер, смотри как он гонит песок.
Мальчик оглянулся... Действительно ветер перемещал песок и рисунок барханов стремительно менялся. Песчинки поднимались вверх, кружились в вихре, падали вниз и исчезали. И только те, которые были в кувшине, находились в покое и переливались таинственным светом.
– Снаружи и внутри! – это было последним, что услышал мальчик, перед тем как проснуться.
Он открыл глаза, был уже вечер. Оказывается он проспал и ночь, и весь следующий день и проснулся только на закате. Сон его был столь сладок, столь крепок и столь целителен, что казалось полностью избавил от страданий и несчастий последних месяцев. Голова Ами больше не была похожа на гудящий котёл, и даже голод, казалось, отступил.