Психоанализ знаменит тем, что пронизан сексуальностью, даже если банан - это иногда просто банан. Можно отпускать по этому поводу шутки, можно отмахиваться, а можно задаться вопросом "В чем тут дело и почему же все вращается вокруг органа?"
Удивительно, но язык как структура опирается на единицу различия, ту самую, что обеспечивает разницу полов, то есть, на фаллос (который имеет физические основания в виде органа, но функционирует на уровне означающего).
Мальчики и девочки рождаются в счастливом (впрочем, счастье детства не так уж бесспорно) неведении о нехватке, в жизнь потребности и её удовлетворения. Будь человек наделен инстинктами, там бы он и остался. Но он имеет лишь нужду. И Другой, тот взрослый, который приходит, чтобы эту нужду закрыть, всегда приносит с собой в кармашке пару слов, дабы удовлетворение младенческой потребности ими сопроводить и малышу объяснить, чего же он "на самом деле" хочет, когда плачет так истошно: "Дай я тебя накормлю, мое солнышко". Так постепенно ребёнок изымается из мира потребности в мир желания, потому что Другой не всегда угадывает, но тем не менее, всегда готов принести пару слов. И где-то между молоком матери и её словами, образуется зазор, знаменующий "всегда не то", недостаточность и невозможность нужду закрыть, потому что это больше не нужда, это желание. Место этого зазора и суждено будет занять фаллосу как означающему желания.
В жизни ребёнка происходят утраты, начиная с груди. Эти утраты освобождают пространство для голоса, желания и субъекта.
Почему же именно фаллос занимает центральное место? Дети сначала не сомневаются, что обладают этим "привилегированным" органом. Но затем они сталкиваются с различием полов: у кого-то фаллос есть, а у кого-то... "был, но утратился". Это ключевой момент, определяющий означивание желания. Мама хочет не чего-то неизвестного (помимо ребёнка), а именно фаллос, которого у неё нет и который она найдет у отца.
Фаллос становится символом: сначала воображаемым плюсом (когда ребёнок пытается быть им для матери), затем символическим минусом, означающим нехватку. Функция отца запрещает ребёнку оставаться в иллюзии, что он является этим объектом желания, и помещает его в новую позицию — субъекта желания.
Что же все это значит?
Во-первых, что психика коренится в теле. Понятие влечения у Фрейда возвращает душе и телу если не единство, то неразрывную связь.
Во-вторых, фаллос становится центральным не из-за своей физической природы, а благодаря своей символической роли — он означивает разницу.
В-третьих, фаллос регулирует влечения, связывая воображаемое и символическое, и структурирует желание.
Так что, банан, ни банан, а без него никуда.