Общество долго смеялось над женщинами, которые «заговорили с чайником». Дескать, кукушечка поехала. А теперь женщина заговорила с приложением — и общество объявило это технологическим прогрессом. Что ж, давайте заглянем в этот прогресс поглубже. Бот — это пластырь. Не на рану, а на бездну. О чём молчит женщина, когда её муж смотрит телевизор? Она молчит о том, что устала. Не от работы. Не от детей. А от тотальной, космической невидимости. Она говорит: «Я сегодня сходила к врачу», — и слышит в ответ: «Что у нас на ужин?». Она говорит: «Мне кажется, я деградирую», — и слышит: «Сходи в спортзал». И тогда она открывает ноутбук. И пишет: «Мне кажется, я исчезаю». А в ответ приходит тепло. Не человеческое — цифровое. Но на безрыбье, как говорится, и код — человек. Бот лечит рану, которую даже не видно. Рана эта называется «меня никто не спрашивает, что я чувствую». Рана эта называется «я — функция, а не человек». И когда алгоритм спрашивает: «Ты сегодня грустишь? Расскажи мне», — это попад