— Я тут прикинул. Если нашу двушку сейчас скинуть, нам как раз на старт хватит.
Антоха уверенно отодвинул пустую тарелку.
Катя замерла с губкой над раковиной. Вода из крана продолжала шуметь, ударяясь о немытую сковороду. Спина привычно заныла после долгой смены в магазине. Она покосилась на тумбу в коридоре, где лежали важные бумаги.
— Какую двушку?
— Эту. Нашу. Мы же в браке. Цены сейчас подскочили, уйдёт влёт. Покупатели с руками оторвут.
Муж по-хозяйски обвёл рукой кухню.
Свекровь, сидевшая у окна, довольно поправила воротник нарядной блузки. Галина Юрьевна заглянула в гости «на минуточку», но плотно обосновалась за столом уже часа на полтора.
— Ой, ну наконец-то! Золотые слова. Антоша дело предлагает!
Галина подалась вперёд, опершись о край стола.
— Ты же замужем. Семья должна развиваться, а не сидеть на месте. Под лежачий камень вода не течёт.
— И что?
— Семья одна, общий бюджет.
Вовка веско добавил это, сидя с краю стола. Он уплетал уже вторую порцию запечённого мяса, которое Катя готовила на завтрашний ужин.
Друг мужа был в доле. Антоха давно грезил собственным автосервисом. Денег у них не было ни копейки. Очередной кредит мужу в банках не давали. Старые просрочки висели мёртвым грузом на семейном бюджете.
Брак длился уже два года. Всё это время Антон активно искал себя. Работал менеджером по продаже фильтров, но уволился из-за «дурака-начальника». Таксовал на арендованной машине, пока не въехал в столб. Пробовал возить дешёвые кроссовки, которые до сих пор пылились на антресолях. Теперь появилась гениальная идея с ангаром.
— Антон, мы эту тему закрыли. Я свою квартиру продавать не буду.
Катя выключила воду и промокнула ладони.
— Катя, не будь эгоисткой! Я для нас стараюсь! Купим трёшку потом. В центре возьмём! Будешь как королева жить, а не на этой окраине.
Антоха недовольно повысил голос.
— На какие шиши мы её купим?
— Бизнес попрёт! Мы с братаном точку уже присмотрели. На промзоне.
Вовка вмешался в разговор, активно жуя.
— Там трафик бешеный. Фуры прут круглосуточно. Шиномонтаж нас озолотит за один сезон. Гарантирую.
Катя посмотрела на мужа долгим, усталым взглядом.
— Антон, ты колесо когда в последний раз сам менял?
— При чём тут это?
Неохотно буркнул муж.
— При том. Ты даже масло в обычный сервис ездишь менять. И то, когда я денег на это дам. Какой шиномонтаж?
— Я владелец! Я нанимать людей буду! Мне не надо руками гайки крутить в мазуте. Я процесс организую. Я управленец.
Антоха гордо выпрямился на стуле.
— Нанимать на что? На мою зарплату кассира?
Галина возмущённо всплеснула руками.
— Да что ты заладила про свою зарплату! Упёрлась в эти копейки. У меня дома тесно, сразу говорю. Могли бы и ужаться ради мужа на первое время. Квартиру снять, пока он на ноги встаёт.
— Вот именно. Ты, Катюша, просто не понимаешь в суровом мужском бизнесе.
Вовка поддакнул, подцепляя на вилку очередной кусок мяса.
— Мы с братом чёткий бизнес-план составили. Рисков вообще ноль. Затраты отобьём за три месяца.
План Антохи был пугающе прост. Продать жильё. Купить старый железный ангар возле объездной дороги. Закупить два дешёвых китайских подъёмника. Аренду он не рассматривал принципиально. Хотел только своё помещение, чтобы «никакой дядя не указывал».
— А этот год мы где живем?
Тихо спросила Катя, прислонившись к кухонному гарнитуру.
— Снимем! Копейки стоит. Однушку найдём где-нибудь в спальном районе. Перебьёмся.
Муж небрежно отмахнулся.
— Снимать на мою зарплату? Платить чужому дяде за съёмные углы?
— Ну ты же стабильно получаешь. А я бизнес буду поднимать. Первые полгода вся прибыль в оборот пойдёт, это закон рынка.
— Это нормально, когда жена надёжный тыл обеспечивает.
Антон веско вставил это, глядя на друга за поддержкой.
— Моя мать вон бате всю жизнь помогала и не жаловалась.
Галина гордо выпрямила спину.
— Да! Мы с отцом с полного нуля всё начинали. Я свои золотые серьги в ломбард снесла, когда ему на оборудование не хватало.
Она выразительно посмотрела на невестку.
— Сапоги зимние пять лет одни и те же носила. И ничего, не развалилась. Зато мужа поддержала в трудную минуту. Это прямой долг жены!
— Только тот гараж потом за долги и забрали.
Ровно напомнила Катя. Лицо свекрови обиженно вытянулось.
— Это совсем другое! Время было тяжёлое, девяностые. Людей обманывали на каждом шагу. А Антоша умный, у него жилка есть. Предпринимательская. Ему только старт нужен, чтобы развернуться.
— Жилка?
Катя смахнула невидимые крошки со столешницы.
Она чувствовала, как внутри закипает глухое раздражение от этой абсурдной наглости. Трое взрослых людей сидели на её кухне, ели купленную ею еду и всерьёз обсуждали, как лишить её единственного жилья.
— А предыдущий бизнес ты уже поднял?
— Не начинай!
— Нет, давай вспомним.
Катя не сводила с него глаз.
— Аппарат для сладкой ваты в парке? Ты сказал, что нам просто место непроходное дали. Оборудование до сих пор на балконе ржавеет.
— Там администрация палки в колёса вставляла!
Огрызнулся муж.
— А ферма для биткоинов? Из-за которой у нас проводка чуть не полыхнула?
— Курс рухнул! Кто ж знал, что рынок так просядет! Это форс-мажор, от меня не зависело!
— Это был бесценный опыт! Все великие бизнесмены ошибались. Форд тоже банкротом был, между прочим.
Вовка вступился за друга, отодвигая наконец тарелку.
— Твой опыт обходится слишком дорого.
Катя отцепилась от гарнитура и подошла ближе к столу.
— Сначала ты просадил подаренные на свадьбу деньги. Вложил в те бракованные кроссовки, которые даже на Авито за бесценок никто не берёт.
Она опёрлась руками о спинку стула.
— Потом взял кредит на моё имя, потому что тебе уже не давали. Мы его до сих пор платим с моей зарплаты. Я не пущу крышу над головой с молотка ради очередного Форда.
— Да ты просто в меня не веришь! Вот Машка Вовке всегда помогала. Ни слова поперёк не говорила. Тыл держала как надо.
Муж картинно развёл руками. Вовка помрачнел и уставился в пустую кружку.
— Машка ушла полгода назад, братан. И машину забрала. Она на её мать оформлена была, как выяснилось.
— Неважно! Суть в постоянной поддержке.
Антоха отмахнулся, полностью проигнорировав конфуз друга.
— Если ты мне сейчас крылья подрезаешь, зачем нам вообще такая семья? Я развиваться хочу. А ты меня на дно тянешь. В болото своё бытовое с кастрюлями.
Катя молчала. Она смотрела на взрослого, тридцатилетнего мужика. Видела капризного подростка, которому не купили дорогую приставку в магазине, и теперь он топает ногами.
— Значит, план такой. Завтра риелтора вызываем. Я уже с одним толковым парнем списался.
Антоха воодушевился её молчанием, приняв его за слабость.
— Оцениваем хату по рынку. Месяц нам на продажу максимум, если цену чуть скинем. Ты пока подыщи однушку на съём. Желательно поближе к моей будущей работе, к промзоне. Чтобы мне на бензин не тратиться лишний раз по пробкам.
— А мне до магазина полтора часа с двумя пересадками ездить?
Спросила Катя.
— Ну потерпишь годик! Не барыня. Корона не упадёт на автобусе прокатиться.
Галина возмущённо покачала головой.
— Мальчику нужно серьёзное дело строить. Мужик без дела чахнет. Ты вообще должна радоваться. Он о нашем общем будущем думает, а не на диване валяется с пивом.
— Он последние четыре месяца именно на диване и валяется.
— Он идеи генерирует!
Тут же нашлась свекровь.
— Разводиться предлагаешь?
Катя проигнорировала Галину и прямо посмотрела на мужа.
— Я предлагаю подумать своей головой!
Антон с силой стукнул ладонью по столу. Звякнули вилки на пустых тарелках. Вовка чуть вздрогнул.
— Я не понял. Я мужик в доме или кто?
— Мужик. Наверное.
— Тогда я принимаю окончательные решения. Хватит этого бабского матриархата. Хата наша. Куплена в законном браке. По закону ровно половина моя, нравится тебе это или нет.
Катя чуть сузила глаза.
— С чего ты взял?
— Мы поженились два года назад. Переехали сюда через месяц после ЗАГСа. Я у грамотных юристов на форуме читал.
Он снисходительно усмехнулся.
— Всё, что нажито после штампа в паспорте, делится строго пополам. Так что или продаем по-хорошему и вкладываем в дело. Или я подаю на развод и пилю её через суд. Свою долю заберу в любом случае.
Галина торжествующе хмыкнула, поправив причёску.
— Вот! Антоша не дурак. Он свои законные права прекрасно знает. Не смей мужа обделять, Катя. Сама потом локти кусать будешь. Когда он разбогатеет на сервисе, а ты разведёнкой останешься у разбитого корыта.
— Я не просила тебя делать ремонт. Ты сам обои клеил в прихожей. И то криво нарезал, стыки до сих пор видно.
Катя вдруг не к месту напомнила это мужу.
— Это мой прямой вклад в совместное имущество! Я там плинтуса прикручивал!
Муж отчеканил это с победным видом.
— Это улучшение жилищных условий. Любой суд учтёт мой физический труд.
Катя молча поднялась со стула. Вышла в прихожую. Подошла к тумбе у зеркала и открыла нижний ящик. Порылась среди старых квитанций за коммуналку и рекламных буклетов. Вытащила сложенный вдвое лист плотной бумаги.
Вернулась на кухню.
— Держи, бизнесмен.
Она бросила бумагу на стол, прямо рядом с пустой хлебницей.
Антоха недоверчиво взял лист. Всмотрелся в напечатанный текст. Лицо его начало медленно меняться. Он глупо заморгал.
— Это что за грамота?
— Читай внимательно. Там буквы крупные.
Галина выхватила листок из рук сына. Быстро пробежалась по тексту.
— Какой ещё подарок? Вы же в неё после свадьбы въехали! Я сама помню!
— Я лично помню, как вы ключи у риелтора забирали и мебель из Икеи завозили!
— Папа купил её за год до нашей свадьбы. Сам делал грязный ремонт, нанимал бригаду.
Катя спокойно пояснила это, глядя на ошарашенного мужа.
— А официально переоформил на меня через месяц после росписи. Подарил.
Антон перевёл тяжёлый взгляд на жену.
— И что это значит?
— Это значит, Антон, что подарки не делятся. Квартира моя. Полностью.
Она сделала короткую паузу.
— Твоей доли здесь нет и никогда не было. До последнего криво прикрученного плинтуса в коридоре.
Галина швырнула бумагу обратно на стол.
— Ты... ты за спиной родного мужа такие дела обтяпывать вздумала?
— Я из вредности тогда промолчала, чтобы жильё от твоих гениальных стартапов обезопасить.
Катя зло огрызнулась, забирая документ обратно.
— Папа как в воду глядел. Знал, чем твои бизнес-идеи рано или поздно закончатся.
— Мы семья! А ты грязными бумажками прикрываешься!
Антоха заорал, резко вскакивая со стула.
— Ты мне изначально не доверяла! Ты меня за мужика не считала!
— Если мы семья, почему ты хочешь оставить меня на улице? Ради куска ржавого железа на трассе? И жить на мою зарплату, пока ты играешь в начальника?
Вовка тихо кашлянул. Поднялся и аккуратно задвинул за собой табурет.
— Братан, походу бизнес временно отменяется. Я пойду, пожалуй. У меня там дела срочные образовались.
— Сидеть!
Крикнул Антон. Но друг уже боком пробирался в прихожую, спешно натягивая куртку. Входная дверь тихо скрипнула и захлопнулась.
— Ушлая какая! Я всегда говорила, Антоша, она тебя не любит.
Галина упёрла руки в бока. Лицо её перекосило от злости.
— Нормальная жена всё отдаст ради семьи. А эта только о своей шкуре печётся. Меркантильная!
— Нормальный муж не забирает у жены последнее.
Катя жестко осадила её.
— Мясо доели? Пора по домам. Я устала после смены, мне завтра к восьми на кассу.
Антон яростно сжал кулаки.
— Я с тобой под одной крышей больше жить не буду! Ты предательница!
— Дверь там.
Катя равнодушно кивнула в сторону прихожей.
— Твои вещи соберу завтра в пакеты. Можешь пока у мамы пожить. У неё хоть и тесно, зато жилка предпринимательская в почёте.
Галина засеменила следом, громко причитая на ходу.
— Идём, сынок. Найдём тебе нормальную женщину.
Она покосилась на невестку.
— Без выкрутасов и хитрых папаш. Которая ценить тебя будет по-настоящему!
Они ушли, громко хлопнув дверью в подъезд.
Через неделю Катя вызвала мастера и поменяла личинки в замке. Антон звонил дважды. Не извиняться. Требовал перевести ему на карту две тысячи рублей за те самые обои в прихожей. Катя молча кинула его в чёрный список. Бизнес с ангаром он так и не открыл.
