Я не плакала на похоронах папы. А заплакала через 4 года.
Папа умер в 2021 году, в августе. От ковида в 67 лет. Все произошло так внезапно... О был жив еще в среду, увезли в больницу в четверг и умер в воскресенье... Я узнала по звонку сестры. Поехала в Подмосковье к маме. Помогала с документами, с поминками, с разъездом гостей. Стояла рядом с гробом и не плакала. Бросала землю и не плакала. На поминках, когда коллега папы рассказывал, как папа в 1986 году спас ему диплом, тоже не плакала.
Мама на третий день после похорон, ночью, в кухне, сказала мне: «Слушай. У тебя сердце есть?». Я ответила, что есть. Она сказала: «Тогда почему ты не плачешь?». Я не нашла, что сказать. У меня действительно не было слёз. Я понимала, что папа умер. Я этого не отрицала. Я чувствовала тяжесть, но не плакала.
Прошёл 2022. 2023. 2024. На день памяти каждый август я ездила на кладбище, ставила цветы и стояла без слёз. Я начала думать, что у меня что-то не так. На сеансе у Натальи Игоревны (мой психолог) в марте я об этом сказала. Это была единственная вещь, которую я ни с кем не обсуждала за 4 года - настолько мне было стыдно.
Она ответила, и это ответ перевернул мою картинку.
Что такое отложенное горе
«Реакция на смерть близкого человека не одна, - сказала Наталья. - Есть классическая стадиальная модель Кюблер-Росс, но она применима не ко всем. Часть людей переживает потерю не сразу, а "отложенным горем", а иногда годами позже. Это не патология. Это адаптивный механизм. Психика блокирует переживание, когда оно слишком интенсивное или когда нужно "функционировать" - заботиться о других, организовать похороны, успокаивать мать. После того, как функция выполнена, психика "разрешает себе" переживать».
Я слушала и думала: да, на похоронах папы я была единственной, кто организовал всё. Мама была в шоке, сестра рыдала, я была «той, кто оформляет справки и заказывает поминки в столовой ДК». Я не могла позволить себе плакать, было много работы.
Наталья: «Это и есть классическая ситуация для отложенного горя. У тебя не было ресурса плакать, потому что психика выбирала между "плакать" и "функционировать". Она выбрала второе. Это не отсутствие любви к папе. Это её спасение в тот момент».
Признаки, по которым я могла бы об этом узнать раньше
Она перечислила четыре, которые подходят под мою картину:
Первый. Когнитивная защита: я могла говорить о папе спокойно, описывать его, помнить шутки, голос, привычки — но как будто «через стекло». Эмоция была отрезана от воспоминания. Это типичная диссоциация при отложенном горе.
Второй. Жизненная активность не упала. Я не «застряла в горе», а продолжала работать, ездила в отпуск, родила второго ребёнка через год. Снаружи у меня всё было «как до». Но это «как до» тоже признак, потому что нормальное горе занимает несколько месяцев энергии. Я этих месяцев как будто проскочила.
Третий. Сны. У меня все эти 4 года периодически снился папа - он был живой, разговаривали, все было как обычно. И я в этих снах не понимала, что он мёртв. Просыпаясь, я не «расстраивалась», что это был сон. Это тоже маркер - нормальное горе обычно даёт яркие, эмоционально насыщенные сны.
Четвёртый. Тело знало. У меня в 2022-2024 годах несколько раз был непонятный спазм в груди, но диагнозов никаких не было, ЭКГ, УЗИ, всё чисто. Кардиолог сказала: «Это скорее всего психосоматика». Сейчас, на сеансе у Натальи, я поняла, что это и было «застрявшее» горе.
Как это вышло наружу
В марте этого года я с мамой ехала на дачу. Поездом до Можайска, потом маршруткой. Мама всю дорогу рассказывала про папу: как они познакомились, как он за неё «бегал» 4 года, как он на первом свидании пришёл с ромашками, не с розами, потому что денег не было, а ромашки на цветочной поляне. Я слушала. И на маршрутке, в которой мы ехали в Можайске, я начала плакать. Тихо, не вытирая. Слёзы шли минут 40 от Можайска до нашей деревни. Мама держала меня за руку, не говорила ничего.
С тех пор я плачу, вспоминая отца. Не каждый день, но иногда на видео старых семейных съёмок, на 12 мая (мой день рождения, он его всегда поздравлял первым в 8:00 утра), на запахе одеколона «Шипр» в аптеке (он им пользовался).
Что мне сказала Наталья
«Это не значит, что у тебя теперь "правильное горе". Это значит, что психика отпустила блок и разрешает то, что не разрешала 4 года. Лучше поздно, но обязательно. Если бы не разрешила, в какой-то момент горе вышло бы через тело: инфаркт, депрессия, что-то ещё. Сейчас оно идёт нормальным путём, через слёзы».
Я спросила: «Сколько это будет длиться?». Она ответила: «Сколько нужно. У тебя 4 года накопления, так что может занять год, а может и больше. Не торопись и позволяй себе плакать столько, сколько нужно».
Что я этим написала
Я не пишу это, чтобы похвастаться, что я «наконец-то начала плакать». Я пишу для тех, кто сейчас, как я в 2021-2024, корит себя за то, что «не плачу». Это может быть ваша психика, которая бережёт вас в момент, когда вы не можете себе позволить разваливаться. Это не равнодушие. Это защита, у которой есть свой срок. Когда срок выйдет, то вы заплачете.
В следующей статье на этом канале: сын 7 лет каждый вечер просится спать со мной. Что делать, и нужно ли вообще. Подпишись.
Также советую прочитать мою статью «Я скучаю по маме, которая меня обесценивала».