Супруги Орловы пригласили мужа и жену Воробьевых на обед. Не в честь события, а просто так, обед, чтобы встретиться.
Орловы и Воробьевы в шутку говорили, что они родня – «птичьи» фамилии. И при этом никогда птицы не сравнивались. В самом деле – орлы и воробьи. Но друзья есть друзья.
И вот у Орловых обед. Хозяева постарались на славу, было ощущение, что празднуют выдающиеся событие. Воробьева удивилась: с чего это вас растащило? Ира Орлова ответила: «Хорошо, если нужен повод, то событие – ваш приход. Достаточно»?
Сидели в большой комнате, ели из праздничного сервиза. В наше время званые обеды, говорят, редкость. У людей слишком много забот и тревог появилось, чтобы гостей созывать. А жаль.
После солянки муж Орлов хитро улыбнулся: «Ира, приготовил подарочек. Тебе-тебе, не удивляйся». В маленьком футляре оказались серьги с изумрудами. Орлова ахнула: «За что? Какая причина»? Надела и стала крутиться около зеркала.
Муж самодовольно улыбнулась: «Орлица должна быть орлицей». Фраза резанула слух Воробьева: «Она орлица, а моя жена, значит, воробьиха». И ему сделалось обидно, словно сережки с изумрудами – оскорбление, издевательство: «Надо мной смеется. Унизить хочет».
Бросил взгляд на жену и заметил восхищение: «Завидует Ирке. Конечно, завидует, вон глаза какие».
Как бы не показать, что расстроился? И он беззаботно раскинулся на диване, изобразил улыбку, но ничего не сказал.
Поговорили о серьгах и переключились на другое. Муж Воробьев немного успокоился, но обида уходить не хотела: «Подарил бы без нас, а то – орлица, специально так сделал».
Что-то за столом обсуждают, но Воробьев знал, о чем жена думает: «Мой на такое не способен. Куда ему»?
Орлов, разумеется, в душе усмехается: «Пусть проглотит. Воробей никогда орлом не будет».
Тяжело притворяться веселым и довольным, когда тебя оскорбили, унизили. Особенно противно лицо жены: «Чему, дура, радуется? Плюнули на меня, значит, и на тебя плюнули».
Всем было хорошо, кроме Воробьева. С трудом дождался конца обеда. Вышли на улицу, и муж начал жену пилить: «Орлица она! Это же над нами насмешка. Неужели не поняла? Он нарочно при мне серьги вытащил, чтобы меня с грязью смешать. А ты сидела, рот до ушей. А еще завидовала».
Жена удивилась: «Откуда гадкие мысли? Это ты всех с грязью смешал. Ирку с детства знаю, в отличие от тебя. С детства ничего слаще морковки не ела. Отец деньги пропивал, а потом сел. У нее радости не было никогда, жизнь тяжелая. Выучилась, пахала, только с замужеством повезло. А я за подругу радовалась, что ей хорошо, что счастлива. И про Родьку зря такое подумал. Он от всей души, потому что Ирку любит».
До дома молчали. Вроде жена всё доходчиво объяснила, но почему тогда тяжело? Отчего душа ноет?
Воробьев долго не мог заснуть: «Тоже подарить? Не поймет она, подумает, что подражаю Родьке Орлову». Приказал себе: «Спи, не думай, постарайся забыть».
Подписывайтесь на канал «Георгий Жаркой».