В единственном в России музее на пляже представлены уникальные реликвии дачников царской эпохи
Недалеко от Туапсе, в курортном поселке Ольгинка, прямо на галечном берегу, где обычно теснятся кафе и шашлычные, находится настоящий... музей. Его основатель - дипломированный историк Сергей Старк. Здесь собраны подлинные предметы домашнего обихода, фотографии, документы, раскрывающие тему так называемых "культурных участков" - дачных усадеб петербургской аристократии на Кавказском побережье, которые заложили основу для современных здравниц.
Так что этот частный музей единственный не только по своему уникальному расположению, но и по осмысливанию малоизученного периода освоения Черноморья.
Тайная история Ольгинки
Сергей Старк в прошлом военный переводчик, редактор телевизионных программ. Оказавшись в Ольгинке, задался вопросом: как она жила раньше? Прогулки с гидами ничего не дали, потому как хронику они заполняли "легендами".
Собственную экспозицию открыл в 2022 году. Однако "Контора Старка" - не просто хранилище артефактов, а наглядный материал к его книгам и изысканиям, посвященным подлинной истории Ольгинки. Почти шесть лет Сергей Викторович проработал в архивах - местные фонды серьезно пострадали в ходе налетов на Туапсе гитлеровской авиации, поэтому пришлось ездить в Сочи, Санкт-Петербург, Москву, Тбилиси, собирать сведения буквально по крупицам. Результатом поисков стала увлекательная монография "Ольгинка 1864 - 1991. Тайная история". На обложке - портрет Ольги Федоровны Романовой, супруги великого князя и наместника царя на Кавказе Михаила Романова (брата императора Александра II), в честь которой и была названа станица Ольгинская. Правда, образована она была в трех километрах от моря, в месте впадения реки Сатанок в реку Ту.
Читайте "Российскую газету" в Max - подписаться
Внимание посетителей в музее привлекает большой, выше человеческого роста, снимок села, сделанный с самолета-разведчика люфтваффе 21 марта 1943 года: на фотографии отчетливо видны складки урочищ Агрия и Кабак, виноградники, старые казачьи дома, а вот бухта, застроенная сегодня отелями, исчерчена оборонительными окопами и дотами. Современный курортный поселок вырос после войны.
- Почему же история тайная?
- Во-первых, потому что почти все непосредственные участники тех событий эмигрировали, упокоившись на кладбищах Франции, Турции, США и Канады, - отвечает Сергей Викторович. - Во-вторых, феномен морских дачных колоний, на мой взгляд, несправедливо обойден историками. Программа образования и развития культурных участков (дач) Министерства земледелия и государственных имуществ имела короткий срок - с 1897 по 1920 год, с перерывами на революции и войны. Из общего числа летних имений - более 130 - - до наших дней сохранились лишь три, и то они значительно разрушены.
Пол-ложечки хинина
…В конце 19 столетия на побережье Кавказа никого ни за какие коврижки было не заманить. Это сейчас люди тратят внушительные суммы на отдых у моря, а в 1864 году переселившиеся казаки находились в суровых физических условиях: только в первый год здесь от малярии умерло 20 процентов взрослого населения и все дети до пяти лет. Окрестности изобиловали затхлыми болотцами, откуда за сезон вылетали по две волны комаров. Так что в батальоне болели все.
- В разделе "Аптека и кабинет Г. Н. Форнберга", туапсинского провизора, я представил дореволюционные коробочки для хинина, которые стоили дорого, - Сергей подводит нас к полкам с пузырьками, аптекарскими весами и другими принадлежностями. - У британцев была такая же проблема с "болотной лихорадкой" в Индии, их военнослужащие каждое утро профилактически принимали по пол-ложечки хинина. У нас, к сожалению, антималярийные препараты были доступны только состоятельным людям, казачьи урядники зачастую просто не имели возможности раздобыть чудодейственный порошок.
На противоположной стене - рядом с портретом наказного атамана Кубанского казачьего войска, графом Феликсом Сумароковым-Эльстоном, - в резной раме размещен наградной крест с мечами "За службу на Кавказе", массово вручавшийся нижним чинам. Рядом можно разглядеть (и даже потрогать) разнокалиберные револьверы и шашки. На редком снимке тех лет - казаки-пластуны в полевых условиях: полурваные черкески, лица у всех сумрачные.
Освоение Черноморья шло тяжело - колесных дорог не было, берег представлял собой экономическое гетто
Колонизация шла крайне тяжело - колесных дорог не было, берег представлял собой экономическое гетто. Но положение изменилось в 1892 году, когда началось строительство Новороссийско-Сухумского шоссе, проходившего через Ольгинскую станицу. А затем появился новый импульс - выделение правительством небольших участков дикого леса под дачные колонии. Причем без торгов и по смехотворной цене - 25 рублей за десятину (чуть больше гектара). Кстати, посетители могут подержать в руках тот самый государственный кредитный билет - "четвертной".
- Отчасти, жадность - двигатель прогресса, тогда многие охотно вкладывались в Кавказский проект, ведь аналогичный участок в Крыму, ставший летней резиденцией аристократии еще в XVIII веке, стоил в десятки раз дороже, - продолжает рассказ историк. - В отличие от колонизации Крыма и даже Сибири, освоение побережья Кавказа велось за счет частной инициативы и средств дачевладельцев и носило буржуазный характер: сюда потянулись представители нового класса - коммерсанты, адвокаты, врачи, профессора. Вскладчину они прокладывали дороги, оборудовали частные морские причалы.
Музей на пляже в курортном поселке Ольгинка (СМОТРЕТЬ ФОТО)
Путешествие в исчезнувший мир
Колонисты внесли свежую струю в вялую жизнь кубанских урочищ. Что же это были за люди? Так, одним из резидентов программы "культурных участков" стал крупнейший в Санкт-Петербурге торговец колониальными товарами Иван Черепенников. Выходец из ярославских крестьян. Его имение считалось самым респектабельным в Агрии. В 1920-м он эмигрировал в Константинополь, где его дочь Саша сделала головокружительную карьеру: выучившись на врача, он приобрела известность как хозяйка лучшего салона красоты турецкой столицы и друг семьи первого президента Кемаля Ататюрка.
Еще одна культовая фигура - литератор и редактор "Нового времени" Михаил Суворин. Он возвел на ольгинском побережье виллу в классическом стиле с террасой, которую украшают 16 рифленых колонн. Этот особняк в отличие от дачи Черепенникова выстоял в вихре истории, его переоборудовали под столовую советского санатория "Черноморье". Сейчас здание, увы, рассыпается на глазах, ведя неравную схватку с природой - в колоннах змеятся трещины, крыша с потолками практически обвалилась, а к террасе, с которой некогда открывался вид на сверкающую синь моря, со всех сторон наползает живописный лес. И все же заброшенность будто накидывает на стены пелену грустного очарования, так как усадьба "Суворино" притягивает любителей фотосессий, сюда круглый год наведываются группы туристов, и в целом особняк входит во многие маршруты местных гидов.
В "Конторе Старка" дух дачников ощущаешь не менее осязаемо, чем в стенах, обвитых лианами. Можно долго рассматривать предметы, которыми они когда-то владели (сказывается камерность пространства) - каютный чемодан с латунными накладками, кружка для усачей, настоящая американская печатная машинка марки Underwood и даже образцы марсельской черепицы с "лебедем" из ольгинской усадьбы банкира Алексея Путилова. Все это перемежается фотографиями старожилов поселка.
- Огромное количество предметов мне передали потомки самих дачников, с которыми удалось связаться, - отмечает Сергей. - В экспозиции представлено письмо мэра французского городка Драгиньян, где он сообщает, что выполнил мою просьбу и отыскал могилу старого русского генерал-майора по адмиралтейству Александра Бескровного. Бывший начальник Ялтинского, Новороссийского и Архангельского морских портов имел дачу здесь же, в Агрии. Двухэтажный особняк генерала до сих пор одиноко стоит на мысу, обозначенном на морских картах мира как мыс Бескровного. Во Франции семья генерала поселилась на Лазурном берегу. Его праправнучка, молодая французская актриса Лола (Ольга) Соважо, - большой друг музея в Ольгинке.
…Сергей Викторович констатирует, что летом отдыхающие все-таки предпочитают на пляже позагорать, поэтому, конечно, не спешат заглянуть в музей. Однако сарафанное радио принесло плоды: сюда с удовольствием наведываются местные жители, слушают экскурсии школьники, семьи с детьми, а еще контору целенаправленно находят туристы из Москвы и Санкт-Петербурга, желая узнать историю ольгинского побережья.
А оно, как мы поняли, полно увлекательных событий.
Автор: Анна Юркова