Почти в каждом медицинском сериале найдется эпизод про человека (чаще всего ребенка), лишенного болевой чувствительности. «Ударьте меня кулаком в живот», - кричит маленькая девочка в сериале «Анатомия страсти», чтобы продемонстрировать свою стойкость и заинтересовать симпатичного доктора. Примерно такой же эпизод есть в «Докторе Хаусе».
Вообще-то общение людей должно строиться по-другому, но кому-то, видимо, так привычнее. Привлечь внимание, направив на себя чью-то агрессию, - что-то это напоминает, правда?
Расстройства чувствительности (аналгезии) встречаются и в российской врачебной практике, далекой от сериалов, но история девочки - это конечно же метафора душевных страданий.
В наших привычных реалиях души получают друг от друга не нежность, а увесистые удары: «Не реви, ты же не девчонка!» «Посмотри на себя, ты же в зеркало не помещаешься!» «Лучше бы я тебя не рожала!»
По струнам души бьют тяжелым молотком, убивая их чувствительность, превращая в такие же грубые инструменты. Мы привыкаем к боли. Привыкаем жить, сжав зубы и терпя пренебрежение, а иногда и насилие близких.
Как в песне Владимира Высоцкого.
«Я коней заморил, от волков ускакал,
Укажите мне край, где светло от лампад
Укажите мне место, какое искал
Где поют, а не стонут, где пол не покат».
«О таких домах не слыхали мы,
Долго жить впотьмах привыкали мы.
Испокону мы в зле да шопоте
Под иконами в черной копоти».
Этими изуродованными душами уже не сыграть мелодию любви, а значит, и дети этих выросших травмированных детей получат не любовь и нежность, а тычки и затрещины. Спрессованная боль (если она есть) идет в наследство нашим детям. А нужно им такое приданное?
Начав психо- и фарма- терапию мои пациенты с длительной историей детского насилия с удивлением говорят: «Оказывается, мои дела обстояли еще хуже, чем мне казалось. Все это время у меня были сжаты челюсти и практически заморожены мышцы спины, и я это почувствовал, только когда они расслабились. Теперь я даже говорю и хожу по-другому - более спокойно и расслабленно».
Это как же нужно привыкнуть к боли, чтобы годами ее не замечать?
Ответ прост: «Если привыкать к боли с детства, она становится частью тебя».
Проводить ревизию своего эмоционального состояния и непривычно, и больно (опять!).
Да лечатся детские травмы, конечно, гораздо медленнее, чем в американских сериалах. Зато успешный результат приносит такое же удовлетворение как хэппи-энд в любимым сказках.
А если учесть, что излечение от детских травм делает счастливым не только самого «пострадавшего», но и всех его потомков (будущих и настоящих детей, внуков и правнуков), то это уже становится подвигом во имя любви и счастья.
Снова стать ранимым и чувствительным, чтобы быть сильным и побеждать, - это самый прекрасный парадокс нашей душевной жизни.