Детектив Максим Ярцев. Глава 2
Утром Максим проснулся с чувством, что во рту поселилась вся московская пыль разом. Ночь выдалась беспокойной — снились обрывки каких-то сцен, где он бегал по бесконечным коридорам, а из-за углов выглядывали лица людей, которых лучше бы забыть навсегда. Дождь закончился, но небо оставалось серым, будто город накрыли старым одеялом.
Кофе получился крепким до безобразия — видимо, сонная рука насыпала двойную порцию. Шерлок осуждающе смотрел из-за миски с кормом: мол, хозяин, ты опять будешь нервничать весь день из-за этой работы.
— Не твое дело, философ, — буркнул Максим, натягивая куртку. — Я еще не настолько старый, чтобы сидеть дома и кормить голубей.
Но кот был прав. Уже по дороге к метро Максим чувствовал, как внутри все сжимается в комок. Впереди маячил разговор, которого он избегал уже три года. Придется идти к Беляеву. А это означало спуск в преисподнюю собственного прошлого.
Отделение на Петровке выглядело точно так же, как и пять лет назад — те же облезлые стены, тот же запах дешевого кофе и человеческого пота, те же замученные лица дежурных. Только вместо майора Ярцева теперь здесь был частный детектив с сомнительной репутацией. Ирония судьбы во всей красе.
— Максим Анатольевич! — уборщица тетя Валя узнала его сразу, несмотря на годы. — А мы думали, совсем пропал.
— Не пропал, тетя Валь, просто работаю теперь на себя. — Он попытался изобразить беззаботную улыбку. — Беляев на месте, не знаете?
— Не видела, милок. А ты спроси у Коли, дежурного.
— На месте, на месте. Только он теперь подполковник, — ответил Николай, не дожидаясь вопроса. В голосе дежурного послышались нотки предупреждения.
— И характер у него еще хуже стал, — добавила тетя Валя.
Поднимаясь по знакомой лестнице, Максим ловил себя на том, что считает ступеньки. Привычка из тех времен, когда нервы были на пределе каждый день. Сорок две ступеньки до третьего этажа — цифра врезалась в память намертво.
Кабинет Беляева располагался там, где раньше сидел начальник отдела. Теперь этим начальником был сам Виктор Беляев — бывший старший лейтенант, который когда-то рвался доказать всему миру, что он умнее, честнее и вообще лучше майора Ярцева.
— Входи, не стесняйся, — Беляев даже не поднял головы от бумаг, когда Максим постучал. — Слушаю тебя, Максимка.
Это «Максимка» резануло по ушам хуже скрежета мела по доске. Раньше Беляев так не позволял себе, но теперь ситуация изменилась. Теперь он был при должности и звании, а Ярцев — просто посетитель.
— Привет, Витя. — Максим сел в кресло напротив, стараясь выглядеть расслабленно. — Поздравляю с повышением. Заслужил.
Беляев наконец поднял голову. Лицо располнело, появилась лысина, но глаза остались теми же — колючими, внимательными, полными скрытой неприязни.
— Спасибо, — улыбка получилась кривоватой. — А ты, слышал, теперь частник. Как дела? Котиков ищешь, мужей изменщиков караулишь?
— По-разному, — Максим проглотил желчь. — Сегодня вот пришел по делу Андрея Лосева. Заявление подавала его сестра.
— А-а, тот пропавший инженер. — Беляев откинулся в кресле. — И что тебя к нему привело? Родственники не доверяют государственной полиции?
— Появились новые обстоятельства. — Максим достал копию анонимки. — Вчера сестре пришло это.
Беляев взял листок, пробежал глазами и присвистнул.
— Двести штук? Неплохо, — он внимательно изучил почерк. — А почему сразу ко мне не пришли? Вымогательство — это уже серьезная статья.
— Клиентка испугалась. Решила сначала через меня. — Максим наклонился вперед. — Витя, мне нужна информация по делу. Можешь выяснить?
Беляев помолчал, барабаня пальцами по столу. В этой паузе чувствовалось все: и старые обиды, и новое положение, и желание поставить бывшего коллегу на место.
— Уже выяснили. Была она у меня. Тебе только почему-то не сказала. Официально ничего особенного, — наконец сказал он. — Мужик собрался в пятницу утром, сказал жене, что едет к другу на дачу. Больше его никто не видел. Машина не найдена, телефон отключен.
Максим не стал говорить ему, что она сказала конкретно по поводу полиции.
— А неофициально?
— А неофициально этот твой Лосев оказался еще тем фруктом. — Беляев ухмыльнулся. — Состоял в разных группах в социальных сетях, причем не самых законопослушных.
Максим почувствовал, как что-то переворачивается в желудке.
— Что за группы?
— Протестные движения, экологи-радикалы, всякие борцы с режимом. — Беляев явно наслаждался моментом. — На нескольких митингах засветился, один раз даже в отделение привозили за нарушение общественного порядка.
— Когда это было?
— Полгода назад. Акция против сноса исторического здания в центре. — Беляев полистал папку. — Тогда отпустили с предупреждением, но в базе отметка осталась. Я поэтому и вспомнил эту фамилию, когда приходила его сестра. И решил проверить.
Максим мысленно переставлял пазлы. Инга либо не знала о политических увлечениях брата, либо сознательно скрыла. В любом случае картина усложнялась. Активисты нередко исчезали по понятным причинам — то в бега подавались от преследований, то в подполье уходили.
— Еще что-нибудь интересное?
— В последний месяц он часто бывал в одном кафе на Арбате. "Старый город" называется, — Беляев посмотрел на Максима внимательно. — Кажется, ты это место должен помнить.
"Старый город" — место, где он когда-то проводил почти все свободное время. Место, связанное с Еленой.
— Помню, — сказал он сухо. — Что там делал Лосев?
— Встречался с разными людьми. Официантки запомнили — симпатичный мужчина, всегда заказывал один и тот же столик у окна. Иногда приходил один, иногда с компанией.
— Какой компанией?
— Молодежь в основном. Студенческого вида. — Беляев закрыл папку. — Больше пока ничего. Но если хочешь мой совет — не лезь в это дело слишком глубоко. Политика нынче штука грязная.
Максим встал, чувствуя, как ноги стали ватными.
— Спасибо за информацию, Витя. Если что-то новое появится...
— Обращайся, — Беляев снова уткнулся в бумаги. — Только помни: ты теперь частное лицо. Без санкции ничего серьезного делать не можешь.
Выходя из отделения, Максим закурил прямо на крыльце, хотя обычно старался не курить на людях. Дым противно царапал горло, но никотин хоть немного успокаивал нервы. Беляев умел бить по болевым точкам — это качество помогло ему дослужиться до подполковника, а Максиму принесло только проблемы.
Телефон завибрировал в кармане. СМС от Инги: «Как дела? Есть новости?»
Максим набрал ответ, стер, набрал заново. Как объяснить женщине, что ее педантичный братец оказался политическим активистом? Что исчезновения таких людей редко заканчиваются счастливо? В конце концов написал коротко: «Работаю. Вечером созвонимся».
Арбат встретил его привычным хаосом. Туристы, уличные музыканты, художники с портретами знаменитостей — все, как всегда. Но с каждым шагом к «Старому городу» прошлое наступало на пятки все настойчивее. Здесь, на этих камнях, он был другим человеком. Молодым майором с горящими глазами, который верил, что справедливость существует, а преступники обязательно получают по заслугам.
Кафе почти не изменилось — те же деревянные столы, тот же полумрак, та же фотография старой Москвы на стене. Только посетители стали моложе, а официантки — незнакомыми. Время, как всегда, безжалостно стирало следы.
— Извините, — Максим подошел к барной стойке, где копошилась девушка с фиолетовыми волосами. — Можно задать пару вопросов?
— Если быстро, — она даже не подняла головы от кофемашины. — У нас аврал.
Он показал фотографию Андрея Лосева, которую дала Инга.
— Этот мужчина у вас бывал?
Девушка взглянула и кивнула.
— А, дядя Андрей. Конечно, бывал. А что такое?
«Дядя Андрей» — значит, действительно общался с молодежью. Максим достал удостоверение частного детектива.
— Он пропал. Родственники просят помочь. С кем он обычно встречался?
— Со студентами в основном. — Девушка наконец переключила внимание на него. — Они тут часто собираются, обсуждают всякие умные вещи. Экология, политика... Скучные темы, но дядя Андрей им нравился.
— Он что, их лидер был?
— Не знаю, — она пожала плечами. — Я в политике не разбираюсь. Но деньги за всех часто платил, это точно. Щедрый был.
Максим почувствовал, как в голове складывается картинка. Взрослый мужчина с деньгами, молодежь с идеями — классическая схема. Но для чего Лосеву понадобилось спонсировать активистов?
— А когда его в последний раз видели?
— Недели две назад точно был. Сидел вон за тем столиком, — она указала на место у окна. — С какой-то женщиной разговаривал. Красивая такая, элегантная.
— Молодая?
— Не особо. Лет сорока, наверное. — Девушка задумалась. — А, да! Вы ее, может, знаете. Она тут раньше часто бывала, года три-четыре назад. Лена или как-то так.
Мир вокруг Максима поплыл. Лена. Елена. Неужели?
— Припомните, как она выглядела, — попросил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Темные волосы до плеч, большие глаза... Стильно одевалась. И говорила красиво, как диктор по телевизору. У меня отличная память. Я и вас помню.
Это была она. Елена Каратаева, журналистка, которая когда-то была его женой. Которая ушла, когда карьера пошла под откос, и которую он пытался забыть последние три года.
— Спасибо, — выдавил Максим и направился к выходу, чувствуя, как ноги становятся чужими.
На улице он достал телефон и нашел ее номер. Пальцы дрожали — черт, как в детстве перед контрольной. Гудки показались вечностью.
— Алло? — голос не изменился, все тот же бархатистый, с легкой хрипотцой.
— Лена, это Максим.
Пауза. Где-то в трубке шумел ветер.
— Привет, Макс. Не ожидала.
— Мне нужно с тобой поговорить. По работе.
— По работе? — в голосе появились нотки удивления. — Хорошо. Где встретимся?
— В «Старом городе». Через час.
— Максим, я...
— Это важно, Лен. Очень важно.
Он отключился, не дослушав ответ. Час времени — как раз хватит, чтобы дойти до ближайшего бара и выпить что-нибудь крепкое. Встреча с Еленой требовала подготовки.
Водка оказалась паленой, но свою задачу выполнила — нервы немного успокоились. За соседним столиком компания студентов обсуждала последние политические события, и Максим невольно прислушивался. Те же лица, те же горящие глаза, та же вера в то, что мир можно изменить. Когда-то он сам был таким.
Возвращаясь в кафе, он попытался настроиться на деловой лад. Елена — свидетель по делу, не более. Прошлое прошло, теперь есть только работа и необходимость найти пропавшего человека.
Она уже сидела за тем самым столиком у окна, где когда-то они проводили бесконечные вечера, строя планы на будущее. Время тронуло ее аккуратно — появились едва заметные морщинки у глаз, но красота никуда не делась. Все та же точеная фигура, все тот же внимательный взгляд.
— Привет, — Максим сел напротив, стараясь не смотреть в глаза.
— Привет, — она улыбнулась осторожно, как человек, который боится сказать что-то не то. — Как дела?
— Нормально. Работаю сам на себя, — он сразу перешел к делу: — Лен, ты знала Андрея Лосева?
— Знала, — ответ прозвучал без удивления, значит, она уже догадалась, зачем он здесь. — А что с ним случилось?
— Исчез неделю назад. Я ищу его по просьбе сестры.
Елена помедлила, явно взвешивая слова.
— Максим, это сложная история. Андрей связался с людьми, которые... — она оглянулась, проверяя, не слушает ли кто. — Которые занимаются опасными вещами.
— Какими вещами?
— Они планировали акцию протеста. Большую, громкую. Андрей должен был профинансировать, — Елена наклонилась ближе. — Но за несколько дней до исчезновения он передумал. Сказал, что это слишком рискованно.
— И что, его заставляли?
— Не знаю. Но люди эти серьезные. У них есть дача в Подмосковье, где собираются, планируют, — она записала адрес на салфетке. — Максим, будь осторожен. Если Андрей действительно попытался выйти из игры...
Она не договорила, но смысл был понятен.
Май уже вступал в свои права — за окном зеленели деревья, а воздух пах свежестью и надеждой. Но Максим чувствовал только холод. Дело оборачивалось совсем не так, как хотелось бы.
Предыдущая глава 1:
Далее глава 3: