Олимпийский турнир фигуристов обычно выглядит так: спортсмены катаются, тренеры переживают, комментаторы делают умные лица. Но на Играх в Милане зрители заметили ещё одно представление.
Загадочный гость у бортика
У бортика постоянно появлялся высокий лысый человек. Он возникал буквально перед каждым выходом фигуриста.
Вот сейчас на лёд идёт француз Адам Сяо Хим Фа — и у бортика стоит господин… в куртке сборной Франции.
Через несколько минут выходит американец Максим Наумов — тот же человек снова тут как тут. Только куртка уже с американским флагом.
Затем итальянец Даниэль Грассль. И — о чудо! — у бортика появляется всё тот же человек, но уже в форме Италии.
Зрители начали подозревать, что на Олимпиаде работает человек‑хамелеон. Комментаторы сначала путались, потом смирились.
«Похоже, это снова Бенуа Ришо…», — вздыхали они.
Олимпийский гардероб тренера‑многостаночника
За время турнира Бенуа Ришо вывел на лёд 16 фигуристов из 13 стран.
Одиночников. Парников. Людей, которых он тренирует постоянно. Людей, которым он просто поставил программу.
И каждый раз он появлялся у бортика в национальной форме нужной страны. Как выяснилось, всё было заранее продумано. Ришо договорился с федерациями разных государств, и те снабдили его комплектами формы.
В итоге у него получился олимпийский гардероб тренера‑многостаночника. Перед выходом очередного спортсмена Бенуа исчезал за кулисами… через минуту возвращался уже в новой куртке.
Цирковые артисты, честно говоря, могли бы у него поучиться.
От скромного фигуриста — к тренеру
Но возникает закономерный вопрос. Кто вообще этот человек? Даже знатоки фигурного катания иногда задумываются.
А ведь когда‑то Бенуа Ришо сам был фигуристом. Правда, без особого шума. Его лучший результат — седьмое место на юниорском чемпионате мира. Когда в 2013 году он завершил карьеру, фигурное катание пережило это примерно так же, как переживает исчезновение последнего круассана в буфете — с лёгкой грустью, но без трагедии.
Ришо переехал в Ниццу и начал работать тренером. Причём не с будущими чемпионами. А с семидесятилетними дамами. Да, именно так. Бенуа учил их кататься. И внезапно выяснилось странное: женщины начали осваивать элементы фигурного катания.
Кто‑то научился делать вращение. Кто‑то — простенький прыжок. Кто‑то — эффектно разводить руки под музыку. И слухи о странном тренере, который превращает пенсионерок в фигуристок, постепенно разошлись по каткам.
Хореограф‑волшебник
Через несколько лет Ришо уже работал с сильными спортсменами. Причём со всего мира. У него тренировались фигуристы из Европы, Азии и Америки. Он ставил программы японке Каори Сакамото, которая позже стала трёхкратной чемпионкой мира.
И постепенно у Бенуа появилось новое амплуа. Хореограф‑волшебник. Он постоянно придумывает программы. И, что особенно ценят фигуристы, почти не повторяется.
Сегодня у него французская драма. Завтра японская философия. Послезавтра итальянская страсть. А через неделю — вообще что‑нибудь неожиданное.
Тренер‑психолог
Но есть ещё одна причина популярности Ришо. Он умеет разговаривать с фигуристами. Не как строгий генерал. А как человек, который понимает, что перед стартом спортсмен иногда больше нуждается в психологе, чем в тренере.
Именно так он помог вернуться к карьере Максиму Наумову, родители которого трагически погибли в авиакатастрофе. Ришо сумел вернуть ему мотивацию. И довёл до Олимпиады.
Бенуа Ришо и Россия: долгая история сотрудничества
С Россией у Бенуа тоже сложилась длинная история. В середине 2010‑х он начал активно сотрудничать с группой Алексея Мишина. Много времени проводил в Петербурге. Ставил программы разным фигуристам. Самой известной работой стала короткая программа Елизаветы Туктамышевой под «Кармина Бурана». Её вспоминают до сих пор.
Позже Ришо ставил программы Андрею Лазукину и другим спортсменам. А в сезоне‑2023/24 он специально прилетал в Петербург, чтобы работать с Евгением Семененко.
Программы обсуждали бурно. Иногда — критиковали. Но обсуждали. В 2025 году Бенуа снова оказался в Москве, ставя постановки для одиночников и танцевальных пар. Работы у него хватает. Сил, кажется, тоже.
Этот человек успевает одновременно тренировать, ставить программы, летать по миру и менять олимпийские куртки быстрее, чем фигуристы — коньки.