Loudersound 20.04.26 Макс Белл Max Bell ( Classic Rock ) #mottthehoople #hardrock #glamrock #classocrock
Альбом рокеров Mott The Hoople "The Hoople" стал достойной лебединой песней.
Сегодня 14 декабря 1973 года, и Иэн Хантер сидит в гримерке группы Mott The Hoople в развлекательном заведении Hammersmith Odeon, настраивает гитару и занимается своими делами. Группа только что закончила свой первый дополнительный концерт, начавшийся в 18 часов, по многочисленным просьбам публики, и кто-то сбежал в бар, кто-то смотрит, выступающих на разогреве группу Queen, тогда как Хантер, остался в гримёрке, сосредотачиваясь на второй выход на сцену концерта в 21 час.
Хантер занят своим обычным делом: добивается баланса адреналина и нервного возбуждения. Внезапно дверь распахивается. “Я слышу: "О, смотрите, что за фигня, они готовятся предстать перед публикой!’ И эти они – Мик Джаггер с Дэвидом [Боуи]. Я отметил: ”Что ж, спустя десять лет и у меня самого дела идут не так уж плохо".
Стёб и подтрунивание продолжались. “Для меня это был великий момент, потому что я всегда восхищался Миком. На самом деле, он генерал-губернатор, и это то, что и я стараюсь делать”.
Его звездные гости наслаждаются жизнью и славой. Хотя Боуи убил [в себе] Зигги Стардаста в том же месте пять месяцев назад, он продолжает свой стремительный взлет, выпустив альбом "Pin-Ups" и сингл "Sorrow". ". The Rolling Stones выпустили альбом "Goat's Head Soup".
Но теперь очередь Mott. Их сингл Roll Away The Stone «Откати Камень в Сторону», последний значительный вклад Мика Ральфса перед его уходом в блюз-рок группу Bad Company вместе с Полом Роджерсом, поднялся до 8-й строчки в чарте.
Бесконечные годы напряженной концертной деятельности и то, как они преобразились после того, как популярность их сингла All The Young Dudes `72 «Все эти молодые парни» принесла свои плоды. «Мотт», наконец-то, стали рок-звездами.
Во время второго концерта Хантер объявляет, что сингл Roll Away The Stone разошелся тиражом в 200 000 экземпляров, и в партере, где билеты продаются за 1 фунт, начинается бунт. Боуи и Джаггер прогуливаются по сцене, восхищаясь яркой свирепостью "Хупла" и сценическим мастерством Хантера. Если Боуи и затаил обиду из-за того, что Хантер испортил его второй подарок – песню Drive-in Saturday - прежде чем выбросить демо, он этого не показывает, и Джаггер всё это уже видел.
[Боуи представил эту песню в живую в ноябре 1972 года первоначально в "Мире Пиратов" в Форт-Лодердейл или Celebrity Theatre в Фениксе задолго до выпуска её на кассете. Он собирался записать композицию в студии для Mott the Hoople, но они отказались, Боуи позже сказал, что так и не понял причину этого отказа. Как бы то ни было в своих гастрольных дневниках «Дневник рок-н-ролльной звезды» лидер группы «Mott» Иэн Хантер кажется совершенно сбитым с толку сложностью песни, которую он ему играет, говоря, что в ней «безумное уплотнение аккордов». Боуи говорил в VH1’s Storytellers, что разочарование Иан Хантера от этой песни сподвигло его сбрить себе брови во время турне Ziggy Stardust, что было заметным на фотографиях вплоть до 1974 года.]
Когда гитарист-новичок Ариэль Бендер берет паузу во время исполнения задумчивой песни Rose "Роза", Джаггер кричит: “Эй, у вас осталось сорок минут, лентяи”.
Наступила полночь, а «Мотт» всё ещё на сцене, поэтому руководство объявило комендантский час и опустило занавес пожарной безопасности. Второй новичок, клавишник Морган Фишер (Morgan Fisher), преграждает путь к своему пианино, и начинается настоящий ад в виде полномасштабного вторжения на сцену рьяных вышибал театра и Hot Motts тщетно отбивается от них. В одной из современных рецензий мудро отмечается: “Это выступление, несомненно, войдет в историю, когда будут наконец составлены анналы рок-н-ролла. На окончательном судебном заседании «Мотт» будут судить, и они будут признаны невиновными. Это было их совершеннолетие, как и всех молодых парней, достигших брачного возраста”.
Действительно, в тот вечер они были безупречны. Многочасовые репетиции в студии ELP Manticore в Фулхэме принесли свои плоды. Queen больше никогда ни за кого не будут болеть, но сегодня вечером они тоже смотрят "зачарованно", делают мысленные пометки и слегка зеленеют. Перед выходом «Мотт» на сцену звучит музыкальная сюита "Юпитер" Густава Холста, дарующего веселье планетам.
«Группы оставляли после себя странные инструменты, поэтому мы взяли несколько оркестровых колокольчиков. Мы нашли маримбу и виброфон, которые потом использовали» - Йэн Хантер
На вечеринке после шоу, которая одновременно является свадебным приемом барабанщика Дейла "Баффина" Гриффина, среди гостей Джаггер и Боуи, Мик Ральфс и Пол Роджерс, пара из Roxy, оригинальный менеджер Гай Стивенс и коллега по лейблу Columbia, король лёгкой музыки (MOR), Энди Уильямс.
Днем позже Хантер встречается со своим публицистом Тони Брейнсби. “Я совершил роковую ошибку. Я вошел в его офис и сказал: "У меня есть формула. Я разгадал её”. И в этот момент формула испарилась".
Но запомните: это пик эры глэм-рока. Когда «Мотт» играет свою песню Stone на телешоу Top Of The Pops, барабанщик Баффин молотит по своим инструментам двумя бильярдными киями. На повестке дня также выступления Slade, Sweet, Alvin Stardust, Wizzard, Mud, Roxy Music и, э-э, Гари Глиттера. Кажется, что все в стране моложе 16 лет разгуливают в атласе и татуировках. Mott, скорее всего, согласятся с насмешкой Джона Леннона о том, что “глэм-рок - это рок-н-ролл с губной помадой”, но они не прочь порыться в косметичке, вдохновленные мнением Пита Оверенда Уоттса о том, что визуальные эффекты создают музыку.
На сцене Хантер и Бендер довели игру до совершенства, часто толкая друг друга и притворно грозя пальцем. На них наряды с подплечниками и серебристые сапоги на платформе до бёдер, хотя они больше напоминают пятерых носильщиков обуви из Уэст-Мидленда и Уэльских пределов.
К настоящему времени Хантер и новый гитарист Бендер уже закадычные друзья и вместе со своими женами наслаждаются коротким отпуском на Бермудах, набираясь сил для подготовки к выпуску своего седьмого альбома, прозаично названному The Hoople, поскольку его предшественником был Mott.
Выступая сегодня из своего дома в Нью-Милфорде, штат Коннектикут, Хантер смеётся: “Мы, должно быть, застряли в поисках названия! Но, оглядываясь назад, можно сказать, что он сильно отличался от альбома Mott, который был ориентирован на оригинальную группу. The Hoople - это как её другая половина. Я потерял своего партнера по сочинительству в лице Мика Ральфса. Мы всегда придерживались простоты, но, предоставленный самому себе, я начал экспериментировать, противопоставляя виолончели саксофону. И, учитывая наш успех, мы могли позволить себе попробовать что-то новое”.
В январе 1974 года Mott The Hoople в новом составе приступили к сессиям. Они хотели использовать помещение № 2 студии AIR Джорджа Мартина [студия EMI]. Оно было занято. Вместо неё им пришлось выбрать студию Advision в лондонском районе Fitzrovia, которое могло похвастаться ультрасовременной 20-канальной консолью Neve. Группе это место показалось слишком клаустрофобным, и к февралю они вернулись в студию AIR, к комфорту своего любимого инженера Билла Прайса.
«Джордж Мартин сидел где-то на задворках в самом конце и ничего не говорил, а потом исчезал. Очень загадочно. Это была его студия. Он мог делать всё, что хотел» - Йэн Хантер.
Однако проблемы нарастали. Плёнки студии Advision были несовместимы с консолью AIR. Когда большая часть альбома была готова, было сочтено, что уже слишком поздно отказываться от неё и начинать все сначала, и лейбл CBS Records уже ломился в дверь, требуя немедленного выпуска продукта.
Хантер, говоря об этом периоде, сказал, что у него случился временный творческий кризис, и теперь, по его словам, его воспоминания об альбоме The Hoople “немного туманны". Я помню, что отсутствие звукоинженера Прайса означало, что у нас были плохие времена с самого начала. Он был нашим козырем в рукаве – отличная возможность сыграть с Полом Маккартни и Wings. У нас был Грэм Прескетт в качестве скрипача и дирижера. Он был ангелом. Я ничего не смыслил в написании музыки, но он воплощал мои идеи и нанимал людей для исполнения партитур. Эти ребята - превосходные музыканты, которые вообще не разбираются в рок-н-ролле, но Грэм был не из таких, так что нам повезло.
Mott The Hoople - Crash Street Kids "Дети Разбитых Улиц" – по ссылке.
“Группы повсюду разбрасывали и забывали ненужные им инструменты, поэтому мы прихватили несколько оркестровых колокольчиков. Мы нашли маримбу и виброфон [подобие ксилофона], которые мы использовали, хотя сами и не играли на них. Прокатные компании с удовольствием пришли бы к нам, чтобы забрать всё то, что оставили после себя Марк Болан, Roxy Music и Тhe Faces, а мы заполучили!”
Теперь настроение группы улучшилось. “Атмосфера была великолепной. Мы находились на четвертом этаже, где в ванных комнатах были окна во всю стену. Если бы мы захотели, то могли бы выпрыгнуть прямо на станцию метро Oxford Circus. Не самая лучшая идея. Джордж Мартин приходил в студию, садился где-то на задворках сзади и ничего не говорил, а потом исчезал. Очень загадочно. Это была его студия. Он мог делать всё, что хотел.”
Возможно, он следил за своим помощником, Биллом Прайсом. Либо так, либо наблюдал за тем, как «Мотт» занимается самопродюсированием, что всегда непросто. Учитывая произошедшие потрясения, стоило ли им приглашать кого-то нового? Хантер не уверен. “Мы действительно рассматривали вариант с Брайаном Ино, который был гораздо более технически одарён, но я не думаю, что это было бы хорошей идеей. Он был помешан на драм-машинах. Бафф бы не пережил”.
В беседе с корреспондентом журнала Classic Rock Морган Фишер, который долгое время жил в Токио, живо вспоминает альбом. “Джордж, очевидно, сжалился над ребятками The Goons [которых он продюсировал ещё до появления "Битлз"]. Он давал случайную работу Шону Миллигану (сыну Спайка и стажеру, работавшему на кассетах) и Майклу Селлерсу (сыну Питера). Они были веселыми, обаятельными парнями и в основном слонялись без дела, наслаждаясь музыкой и время от времени заваривая – и покуривая – чай.”
Были и другие посетители. Заходил Джо Браун, а также участники Roxy Music, которые работали в студии 1 над записью альбома `Country Life`. Фишер вспоминает: “Мы с Оверендом вошли в их комнату, одетые, как охотники на сафари и игроки в крикет, к великому удовольствию Брайана Ферри. Роберт Фрипп делал ремикс какого-то трека King Crimson и во время работы прочитал мне и Оверенду научную лекцию о том, как каждая клавиша ассоциируется с цветом и настроением. На самом деле он был поклонником Mott, и это привело меня в восторг, потому что до прихода в группу я занимался прогрессивным роком”.
Фишер заменил Вердена Аллена, который ушел из группы в начале 1973 года. “Я откликнулся на объявление о поиске клавишника, готового отправиться в турне по Америке” - говорит он. “Я присоединился к группе потому, что никогда не был в Америке. Я не был поклонником Mott, пока не начал играть с ними и не понял, какая это замечательная группа. Мой дебют состоялся в зале Aragon Ballroomв Чикаго. Это был потрясающий концерт, потому что Джо Уолш и его пауэр-трио Barnstorm были хедлайнерами, и там был оплот Mott.
“Я снимал квартиру с Миком Ральфсом в Чизвике, и мы прекрасно ладили. Я помню, что Пол Роджерс часто приходил к нам [его группа Peace, которая после освобождения выступала на разогреве у Mott в 1971 году], и они были довольно скрытными. Мы играли в карты и выпивали, и казалось, что произойдёт что-то ещё, но, насколько я слышал, никаких планов не было”.
«Мы действительно рассматривали вариант работы с Брайаном Ино, который был гораздо более технически одарен, но я не думаю, что это было бы хорошей идеей. Он использовал только драм-машины» - Иэн Хантер.
Позже Ральфс заявил: “Я любил Mott. Но после успеха мы стали поп-группой. Это было здорово с точки зрения признания и популярности, но я чувствовал, что мы утратили часть нашей дикости и простоты”.
Фишер говорит: “Когда Мик сделал свое заявление [об уходе], это было не шоком, а сюрпризом. Я был рад, что Лютер [Ариэль Бендер] Гросвенор присоединился к нам, потому что я был большим поклонником группы Spooky Tooth. Я начал наведываться в скромное жилище Йэна в Северном Лондоне. Он был гостеприимен. А ещё у него было дерьмовое пианино, и он любил говорить, что переломал все белые клавиши, потому что на черных было легче писать – их было меньше. Я не уверен, что это было так".
“Он сыграл мне одну из песен, которая в итоге вошла в альбом, The Golden Age Of Rock ’n’ Roll "Золотой век рок-н-ролла", ещё до того, как у неё появился текст. Его метод заключался в том, чтобы придумать мелодию и ритм, а затем перейти все границы. В конце концов, появились слова. Я раньше не видел, чтобы кто‑то так сочинял, но позже Дэвид Бирн поступил так же для альбома Talking Heads "Speaking In Tongues", но в более артистичной манере.
“Йэн хотел сыграть на пианино в этой песне. Он хорош в исполнении Джерри Ли Льюиса на вечеринках. До моего прихода он много играл, пока Боуи не посоветовал ему бросить и стать фронтменом, номинальным лидером. Я попросил его попробовать, и ему понравилось то, что я сделал, а это означало, что я сыграл почти все клавишные партии в альбоме. Он сказал: ”Это чертовски хорошо, лучше, чем я могу". Работа выполнена".
Открывала альбом композиция The Golden Age..., в записи которого приняли участие Хоуи Кейси (Howie Casey) и Энди Маккей (Andy Mackay) из Roxy, которые по условиям контракта получили псевдоним Джок Макферсон (Jock McPherson). Англо-индийские девушки-бэк-вокалистки Сью Гловер (Sue Glover) и Санни Лесли (Sunny Leslie) придали треку вокальный колорит, соответствующий стилю шестидесятых.
Ещё более эксцентричная песня Marionette "Марионетка" стала главной темой американских и европейских гастролей 1974 года. Хантер представил песню как оперетту, в которой рассказывается о падении рок-звезды, приправленную нападками на рок-индустрию. «Мотт» использовали всё, что только можно вообразить, добавив ещё саксофон и классического виолончелиста Майка Гурвица, в то время как Фишер пропустил партию органа через синтезатор VCS3 – впервые для альбома «Мотт» `73.
“Играть эту песню было захватывающе” - говорит Хантер. “В студии я всегда выпивал немного пива, что помогало воплощать безумные идеи. Мне приходилось дирижировать Майком Гурвицем, потому что рок был для него в новинку. Прескетт сделал свою волшебную аранжировку для струнных. Я предложил понизить тональность вокала "Марионетки – любимицы учителя" в припеве, чтобы они звучали неестественно. Это было сделано путем увеличения скорости записи примерно на 15% во время записи вокала, что часто делали ”Битлз"."
Mott The Hoople- - Marionette – «Марионетка» - по ссылке.
Если кому-то не хватало Ральфа, то он не мог быть разочарован маниакальным вкладом Ариэля Бендера в эти две песни. Он крошил и зажигал – «заключённым не рады». Роль Бендера/Гросвенора в создании альбома The Hoople была скомпрометирована жалобами на то, что он был слишком легкомысленным, хотя его мастерство на сцене и вызывающая улыбку яркость были необходимыми составляющими.
«Мы с Оверендом вошли в студию Roxy Music в костюмах охотников на сафари и игроков в крикет, к великому удовольствию Брайана Ферри» - Морган Фишер.
Хантер, привыкший к совместной работе, возможно, посчитал, что Гросвенор менее склонен к творческим идеям в студии. Когда альбом был выпущен, Бендеру приписали участие в записи, любезно предоставленное лейблом Island Records, что, казалось, отдалило его от остальных. Главным продюсером записи альбома The Hoople был Дейл Гриффин.
“Он [Бендер] был подходящим человеком, но не подходящим [группе] гитаристом. Прекрасный парень. С ним было приятно общаться. Он обнимал всех, от гастрольной команды до всех членов группы. Но для меня он играл на гитаре в другой группе. Он играл не за нашу группу. В своих мыслях он играл за кого-то другого. Это единственное объяснение, потому что он был так далек от того, чего мы хотели”.
Общаясь сегодня из своего дома в Вустере, Лютер не держит зла: “Мы взяли материал альбома The Hoople в турне, у нас был успех с песней Roll Away The Stone… Черт возьми, это было сорок четыре года назад! Мне придется наверстать упущенное! Правда в том, что у меня было пять замечательных лет в группе Spooky Tooth, после чего я занялся сольной карьерой, а затем недолго пробыл в Stealers Wheel с Джерри Рафферти и Джо Иганом, и это не принесло мне удовольствия. Никакого общения лично – только участие в шоу. Я ушёл. Они были хорошими парнями [говорит он сквозь стиснутые зубы], но теперь я остался без работы.
Ни с того ни с сего мне звонит Йэн. Я знал его по лейблу Island Records [когда на одном лейбле были Mott и Spooky Tooth]. Я знал Мика лучше, но Йэн предложил: "Давай встретимся’. Итак, мы пошли в паб, и он сказал мне: ”Мы решили, что ты заменишь Мика, но тебе придется сменить своё имя на Ариэля Бендера".
Хантер, большой поклонник альбома Spooky Two, просмотрел интервью не укладывающегося в общую схему группы Гросвенора и решил, что его имя звучит слишком похоже на стоунера - курильщика травки. Имя Ариэль Бендер (Ariel Bender) придумала покойная Линси де Пол (Lynsey de Paul) после того, как она стала свидетельницей того, как Ральф ходил по улице в Германии в плохом настроении и крушил автомобильные антенны. Это стало псевдонимом Лютера.
Mott The Hoople - Through The Looking Glass – «В зазеркалье» - по ссылке.
“И, чтобы не упустить шанс работы, я сказал: "Ладно, зовите меня, как вам, черт возьми, нравится. Лютер не возражает, а Ариэль от этого в восторге". Я знал, что получу по заслугам за замену Мика, но меня это не беспокоило. Я не отказался. Я присоединился! Я считал, что я - замена, и это моя работа, и я провел там самый важный период в их карьере в 1973-1974 годах. Это были лучшие два года в моей жизни – если не в музыкальном плане. Я привык к блюз-року группы Spooky, но мне понравились их ботинки и их лагерь. Это был грустный день, когда мы отказались от сапог и туфель на высоких каблуках.”
Когда они возвращались в студию, шумное веселье, которое устраивали музыканты «Мотт», часто отвлекало Хантера от серьезных дел. Ассистент звукоинженера студии Advision Хью Паджэм [Hugh Padgham] вспоминал о нарастающей истерии.
“Все выпили слишком много сидра, и им хотелось, чтобы эта песня с долгим переходом от одной к другой заканчивалась громким грохотом, но не звоном тарелок. В группе Advision была ассистентка, которая принесла чай на жестяном подносе. Они начали колотить по нему кулаками, но это не сработало – действо было недостаточно зрелищным. Пит Уоттс предложил: "Почему бы кому-нибудь не выйти в комнату и встать на колени, а я разобью поднос о его голову? Бендер?”
Ариэль вышел вперед, как всегда в игре. Паджэм подставил ему под голову легендарный студийный конденсаторный, с большой диафрагмой, микрофон Neumann U87 и наблюдал, как Уоттс сделает своё дело, ударив им по голове Бендера. Морщась от боли, гитарист закричал: “Сильнее, Пит, ударь меня, мать твою, сильнее!”
Хантер: “Да, это жестяной поднос, но на твердой поверхности он не подойдет. Поверхность должна была быть мягкой, как у головы Лютера. Я сидел в кабинке, наблюдал и смеялся, потому что он сел, а Пит действительно взялся за дело. Я спросил Лютера, всё ли с ним в порядке. Он был немного не в себе”.
«Боуи убедил Йэна, что ему нужно писать хитовые синглы. Раньше это были просто хорошие песни» - Морган Фишер.
Фишер: “Когда мы микшировали этот трек, он стоял особняком, как лишний придурок на свадьбе. У него было по-настоящему унылое, разочаровывающее звучание, которое исчезало, как только к нему добавлялся какой-либо другой инструмент. Однако чайная дама была не слишком довольна [судьбой подноса]. Пит согнул поднос почти пополам. Потом мы добились большего успеха, записав хлопки в туалете. Благодаря облицованным плиткой стенам они звучали намного живее”.
Если отбросить прикольные выходки, записи в студии Advision запомнились и проблемами. Хантер говорит: “Бафф был почти в панике, потому что не мог воспроизвести нужный звук барабанов. Дело дошло до того, что я был рад уехать в Нью-Йорк, чтобы поучаствовать в недельной рекламной акции. Когда я вернулся, повсюду были юристы. Группа разгромила студию, разбила стекла в кабинках записи. Не знаю, какой был счет за погром”.
Mott The Hoople - Pearl-N-Roy - «Перл и Рой» (Англия) – по ссылке.
Выброшенные на улицу, Mott перебрались в более безопасную гавань – студию AIR, и возобновили нормальную (ненормальную) работу. Следующей была феерия Хантера Alice, в стиле Дилана, с органом Фишера, вдохновленная Гартом Хадсоном из группы The Band. “Я отлично провел время, играя с Mott. Как и Queen они стремились к совершенству – каждый вечер всё должно было быть одинаково. Но «Мотт» были не такими. Мы были небрежны, как The Stones”.
Песня Crash Street Kidds была по стилю панком ещё до появления самого панка (The Clash были большие её поклонники), напоминая о том, что The Hoople не только гастролировали с рокерами The New York Dolls, но и изучали их. Хантер вошёл в ритм, ударив себя кулаком в живот, и настоял на эффекте пулеметной очереди в конце. Фишер заставил вокалиста звучать как робот, пропустив его вокал через "кабинет Лесли".
Оверенд предложил свою песню Born Late ’58 "Рождённый в конце 58-го», когда Хантер был в отъезде в Нью-Йорке. Уникальная рок-н-ролльная песня басиста о Кадиллаке, в которой он играет на ритм-гитаре, относится к тому же периоду.
Песня Хантера, посвященная его жене Труди, Trudi’s Song «Песня Триди» полностью состоит из партий фортепиано и двенадцатиструнной гитары. Бэк-вокал подозрительно похож на голос Боуи, который не указан в титрах. Сорок пять лет спустя эта баллада так же долговечна, как и сам брак Хантера.
Rest In Peace "Покойся с миром" (сингл на стороне B) – по ссылке.
В песне Pearl ’n’ Roy (England) «Перл и Рой (Англия) не так уж много говорится о чувствах. Хантер обрушился на британскую классовую систему с такой яростью, что по сравнению с ним чувства всех молодых парней казались банальными.
“Это был благодатный период для музыки” - говорит Хантер, у которого с родиной складывались особые отношения, в которых любовь сменялась ненавистью. “Я переехал вскоре после распада The Hoople. Я всегда думал, что вернусь, но я не скучаю по ней. У меня были необходимые периоды в Нью-Йорке и Лондоне. Я иду туда, куда меня ведет муза. Я обнаружил, что мне лучше пишется в сельской местности”.
Пожалуй, лучшим моментом его творчества здесь была пьеса Through The Looking Glass "В Зазеркалье". “В альбоме The Hoople гораздо больше нот – он более красочный и разнообразный. Это было то время в моей жизни, когда я хотел использовать множество аккордовых структур”.
«Мотт» никогда не исполнял её живьём: “Она была слишком оркестровой” - говорит Фишер. “Грэм сделал потрясающую аранжировку – он сказал, что написал её на обратной стороне пачки сигарет. В конце он даже сыграл на оркестровых колокольчиках. Это эпическая песня Йэна, и в ней есть тихий, интимный куплет с оглушительным, мощным припевом, очень похожим на то, что делали гранж-группы много лет спустя”.
Песня Roll Away The Stone была переделана и стала заключительным треком. В то время Хантер сказал: “Я написал её примерно во время выхода альбома Mott, и мне сказали придержать её, потому что это хит. В ней играл Мик Ральфс, затем мы убрали его и заменили на Бендера для альбома. Бендер сыграл то же самое. Вот почему гитара звучит так хорошо”.
Хотите оказать помощь автору перевода: Карта Сбербанка – 2202 2088 2878 6260
Подписывайтесь. Ставьте лайки. Вот ссылка на мой канал https://zen.yandex.ru/id/603b424d78039b503bcde861
Или читайте в ВК в группе https://vk.com/greta_van_fleet
Сохраните себе и заходите когда вам будет угодно, а не когда Дзен покажет.