Шкаф

-Ты хорошая, Варвара, но...- потупился Олег.

Как правило, после "но" потоком следуют обвинения. "Ты храпишь", "Ты мне зуб выбила по пьяни", "Ты сожрала мою запаску с тушёнкой, которую я прятал под кроватью на случай зомби апокалипсиса".

-Ты же как мужик, Варвара, - жаловался Олег. - Подавляешь меня, унижаешь. А мы, мужчины, этого не любим. У нас тонкая душевная организация, природой задумано, чтобы мы доминировали, а ты отняла у меня эту важную функцию и присвоила себе.

Если честно, Варвара выглядела так, будто природа сначала собрала мужика, а потом в последний момент решила "ладно, пусть будет женщина" и просто пришила первичные половые признаки наспех. Под метр восемьдесят ростом, и походкой, от которой у мужчин рефлекторно сжимались фаберже. С взглядом человека, который уже прикидывает, как тебя разобрать на запчасти, если что-то пойдёт не так. В общем, Варвара была ходячим доказательством того, что в споре "природа против феминизма" природа позорно сдалась уже на первом раунде.

Варвара медленно положила отвёртку. Кухонный шкафчик, купленный на прошлой неделе, Олег так и не собрал. Усталость, не то настроение, расположение звёзд. Она и сама прекрасно справится. Ничего тут сложного нет.

-Я ухожу Варвара. Прости. Нет, не к любовнице. Спасибо тебе, теперь женщин буду долго бояться. Думал, что у нас получится, да видно не судьба. Ты не смогла дать мне даже толики уюта и тепла. Я думал, ты хотя бы научишься готовить как твоя мать, но деже на это у тебя толку не хватило. Прощай.

Брошенная девица расстроенно открыла холодильник и достала пиво.

Не то, чтобы она сильно переживала от отсутствия личной жизни, но ведь хочется, чтобы рядом с тобой был человек, который понимает. И принимает тебя такой какая есть.

За пугающей внешностью скрывался стальной характер дамы, которая привыкла полагаться исключительно на себя.

Большую часть жизни так и было. Олег ещё долго продержался.

-В смысле, Олег ушёл? - огорчилась мать. - Варвара, ну как так-то, надо быть помягче, я тебе миллион раз говорила. Ты же умная девочка, должна сама понимать! Не показывай характер сразу. Постепенно надо к себе приучать.

Варвара пила чай у родителей.

Отец жадно хлюпал борщом, не забывая порыкивать на мать, чтобы несла второе. Мать с умилением посмотрела на жрунозавра и поспешно поставила перед главой семьи тарелку с котлетами и пюре.

Патриархат во всей его красе.

Матери просто не понять. В их огромном роду Варвара была белой вороной среди женщин.

- Умная, - согласилась отступница. - Поэтому и не понимаю, зачем мне мужчина, которого надо вводить в эксплуатацию постепенно, как неисправный чайник.

Мать замерла, потом тихо сказала:

- Потому что одной плохо.

- А с мужиком, значит, хорошо?

- Ну… не всегда. Но… замужем надо быть обязательно. Это не обсуждается. Ты записалась на курсы, на которые я тебе ссылку отправила?

"От "Лучший друг девушки - это перфоратор" до "без тебя я даже лифт не вызову". Практикум по деградации"? Нет, спасибо.

-Зря, - огорчилась мать. - Бабушка спрашивала, когда заберёшь шкаф.

-Никогда, - жёстко ответила дочь, - И больше не предлагай.

Она купила квартиру в ипотеку и до сих пор не обставила. Стены - отштукатурены, ей достаточно. Посуды - минимум, две вилки, ложки, кружки и тарелки. Когда Олег начинал возбухать, что ему надоело раскладывать вещи по табуреткам, предлагала вложиться в мебель. После чего приятель соглашался, что и так нормально.

В пустой комнате стоял столик для компьютера, диван и всё. Ещё шторы блэк аут.

Она решила начать с кухни.

Мать считала, что кухонную мебель можно купить в последнюю очередь. Почему тебя нет серванта, ковра на стене, запасного ковра, люстры с висюльками и множества других крайне необходимых вещей?

Родственники наперебой пытались вручить ей старую мебель и текстиль. Особенно настаивали на шкафе. Огромный, из натурального дерева, в который можно было уместить всё. Это был настоящий родовой шкаф, который кочевал от одного родственника к другому. Люди покупали, а раньше получали квартиры, и первым туда въезжал именно этот предмет мебели. Потом уже всё остальное.

Теперь пришла её очередь.

-Дочь, тебе надо будет хранить хлам. Там всё прекрасно уместится.

- У меня нет "всего" - отбивалась Варвара.

- Будет! - уверенно сказала мать. - Жизнь накопит!

- Я постараюсь не допустить, - кивнула Варвара.

Мать замолчала, потом осторожно зашла с другой стороны:

- А ковёр? Хороший ковёр. С оленями. Почти новый, мы его только двадцать лет использовали.

- Я не планирую жить с оленями.

- Я тебе хотя бы банки привезу! Закрутки! Огурцы, варенье, компоты!

-Хранить негде.

- Так поставишь! - не сдавалась мать. - Вон угол пустой стоит!

Варвара посмотрела в угол.

Угол стоял тихо и не протестовал.

- Пусть будет свободный. Я его не трогаю, он меня тоже.

Мать обиделась окончательно. Глубоко, с накоплением.

И каждый раз, приходя к дочери, пыталась незаметно принести кусочек уюта, как она это понимала. Мельхиоровые вилки и ложки, цветочные горшки, неподъёмные сковородки, что-то ещё.

И каждый раз Варвара относила обратно.

Но не в этот раз.

Бледная от злости девушка стояла в своей квартире и смотрела на шкаф.

Родственники таки причинили ей добро, пока она была на работе. Не иначе как мать в последнее посещение спёрла ключи.

Что делать со шкафом?

Он стоял так, будто пришёл навсегда.

В отличие от немногочисленных мужчин.

Варвара схватила телефон.

-Потом меня благодарить будешь, - быстро сказала мать, - От тебя мужчины уходят, потому что ты не можешь уют создать. Мы сделали это за тебя. Не благодари. Уверена, скоро у тебя появится мужик.

Чтобы не наговорить лишнего, Варвара отключила телефон.

И вновь подошла к шкафу.

Он был больше, чем просто мебель.

Он был семейной позицией.

- Ну здравствуй, - пробурчала Варвара и отпила пиво.

Шкаф промолчал.

-Значит, вот ты какой… уют, - процедила недовольно.

В ответ что-то тихо скрипнуло внутри.

Не потому что сквозняк.

Потому что шкаф решил начать разговор первым.

Варвара замерла.

- Только не это, - сказала она устало. -Я только что рассталась с мужчиной, который считал, что я подавляю его внутренний мир. Не усугубляй.

Она дёрнула дверцу. Та открылась с таким звуком, будто внутри что-то медленно проснулось и теперь недовольно потягивается. Пахнуло прошлым.Не метафорически - реально - нафталином, чужими пальто, тяжёлой жизнью и слегка - компромиссами. Внутри висели плечики. Пустые.

Но ощущение было, что они кого-то помнят.

- Отлично, - кивнула Варвара. - Теперь у меня есть шкаф с травмой.

Она захлопнула дверцу. Шкаф не обиделся.

Варвара поставила пиво на пол и села на диван.

- Так, - сказала она в пространство. - Варианты.

Продать.

Выбросить.

Распилить.

Сделать вид, что его нет, и сломаться первой.

Шкаф тихо скрипнул.

Как будто на четвёртом варианте он внутренне одобрил.

- Не дождёшься, - отрезала Варвара.

Она встала, подошла и снова открыла дверцу. Внутри, на самой верхней полке, лежал аккуратно сложенный пакет с пакетами. Варвара медленно закрыла глаза.

- Наверно, не заметила… - сказала себе тихо.

Шкаф молчал.

Но теперь уже с оттенком торжества. Потому что это был не просто шкаф. Это была точка входа. Сегодня - пакет с пакетами.

Завтра - банки с огурцами.

А через год ты просыпаешься и понимаешь, что у тебя есть сервант, ковёр с оленями и мужик, который генерирует хлам в немыслимых количествах.

Варвара резко захлопнула дверцу.

- Нет, - сказала она. - Мы так не играем.

Она взяла отвёртку.

Шкаф напрягся.

А может, пусть стоит?

Пакету с пакетами надо же где-то храниться.

Она вновь распахнула дверь.

И увидела на полке набор.

Огромная рыбина с раскрытым ртом.

И пять маленьких рыбок.

И стопка старых журналов "Работница".

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ

НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ. 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш.