- Варя! - рявкнул он, - Я тебе раз и навсегда сказал: не смей даже думать о моих квартирах! Они не про твою честь. Поняла?
Варя, миниатюрная женщина, которая никогда не кричала в ответ, тихо отодвинула стул. Она и на этот раз не стала повышать голос. В этом и заключалась ее особая, доводящая до истерики, форма неповиновения.
- Я поняла, Гена, - на ее лице появилась улыбка, - Мое дело - моя квартира, а твои квартиры - это твое. Мне туда соваться нечего. Я тебя услышала.
Геннадий, убежденный, что сейчас она взбунтуется, потребует с него денег, а он будет защищаться, с изумлением ответил:
- Вот и отлично. Не лезь. Вообще не заикайся об этом. Я их купил для себя. Не надейся, что тебе что-то перепадет. Это нечестно.
Варя кивнула, взяла стопку квитанций, огромную, как собрание сочинений Льва Толстого, и грациозно удалилась к двери.
- Хорошо. Я пошла платить.
В тот день Варя, оплачивая через приложения коммуналку за свою квартиру, где они жили, - квартиру, купленную еще до Гениных “сверхдоходов”, игнорировала остальные квитанции. Рядом лежала стопка счетов за две другие однушки Гены. Квартиры эти, купленные с разницей в год друг от друга, были оформлены на его родителей, которые жили в деревне и, по мнению Гены, были идеальными номинальными владельцами - они не задавали вопросов и не требовали отчетов. Варя тогда промолчала. У Гены было несколько крупных заказов, он неожиданно много заработал, она в это не вкладывалась, потому и промолчала.
- Выйдем на пенсию - будем сдавать наши квартиры и горя не знать, - приговаривал Гена тогда.
Варя думала: “Ну, как это наше, если оформлено на маму с папой, а я только шторы туда выбирала?” Но молчала. Она не вкладывала туда ни копейки.
Она вернулась домой к вечеру. Гена, по старой памяти, мониторил сайты с недвижимостью, но при нынешних доходах третья квартира ему уже не светила.
- Коммуналку ты оплатила? - спросил он совсем не так грубо, как утром.
- Оплатила, - сказала Варя.
- Отлично. За мои-то тоже, я надеюсь? Там же скоро срок, пени насчитают, а я сегодня до ночи по объектам, некогда мне…
Варя вывалила все квитанции на стол.
- Слушай, Ген, - утром все было ясно, но у Вари были еще варианты, - А, может, нам чуть в кредиты влезть, да поменять одну из твоих однушек на двушку? Сдавать будет выгоднее.
Гена испытал все степени удивления за секунду.
- Что ты сказала? - прошипел он.
- Двушку, Гена. Понимаешь? Большая прибыль. Мы потянем кредит, если вдвоем выплачивать.
И Гена опять разошелся.
- Ты что-то не поняла еще? Это вообще не твои квартиры, чтобы ты их оценивала! - прорычал он, - Ты кто такая, чтобы лезть в мои деньги? Я сказал - молчи об этом!
Теперь Варя окончательно убедилась - никаких общих денег у них больше не будет.
- Хорошо, - сказала она, не моргнув, - Ок. Не мои, так не мои. Я поняла.
Он глянул на стол.
- Так ты оплатила коммуналку? - Гена задохнулся, потому что Варя говорила это, пока он был на пике своего гнева.
- За свою - да. А за твои - нет. Я тут при чем? Ты же сам сказал - это твои квартиры. Ты ими и управляй.
Гена открыл рот. И закрыл. Потом все-таки осмелился возмутиться.
- Ты издеваешься? Сейчас срок выйдет! Пени насчитают! Плати скорее!
- Не буду, - отрезала Варя, - Твои квартиры, ты и плати. Я своих денег туда больше ни копейки не вложу.
Впервые в жизни его любимая схема дала сбой. Он ожидал, что Варя всхлипнет, попросит прощения, может, даже убежит в спальню, чтобы потом выйти и извиниться, и налить ему чай.
- Ты… но это…
- Что? - улыбнулась она.
Дело было не только в коммуналке, это ладно. Дело было в ремонте.
Две однушки Гены стояли пустые, ожидая косметического апгрейда перед сдачей. Гена уже прикинул смету: нужна новая сантехника, ламинат, пара кухонных гарнитуров. Ориентировочная стоимость - доф… очень много.
Он, конечно, ждал, что Варя внесет свою лепту. Ведь они же семья!
- Варь, - он попытался сменить тактику, добавив нотку обиженной интеллигентности, - Ты нарочно на нервы действуешь? Я же не жадный. И это же наше общее дело, в перспективе.
- Нет, Гена, - Варя покачала головой, - Я просто следую твоей инструкции. Зачем мне тратиться на чужое? Ты сказал, что это твое.
Гена заерзал. Квартиры он купил на пике своего успеха, а теперь в средствах он стеснен.
- Тебе настолько на меня плевать? - обиженно вопросил он.
- Почему это? - Варя слегка улыбнулась, - Ты сам сказал, чтобы я не лезла. Лезть - это и советовать, и деньгами помогать, и переживать. А я не лезу. Я просто… не вкладываюсь.
Гена дымился от злости. Он не мог ответить. Он думал, что Варя просто обидится, поплачет и все забудет. Он ждал, что она, как обычно, придет, обнимет его и скажет: “Ну ладно, Ген, давай я помогу с квитанциями, ты устал”.
Но Варя не остывала.
На следующий день Гена обнаружил, что холодильник пустеет подозрительно быстро, но не в том направлении, как раньше. Раньше они вместе делали закупки. Теперь Варя покупала продукты только для себя.
- Где колбаса? - спросил он, уже чувствуя, как поднимается давление.
- Я ее не ем, Гена. Ты - не знаю. Если хочешь, можешь сам купить.
- Ты реально меня выводишь! - он хлопнул дверцей холодильника, - Мы живем в одной квартире! Мы муж и жена! Ты что, собираешься покупать себе отдельную гречку?
- Ты хотел разделить все, я просто делаю так, как ты сказал.
Бесит!
Ремонт начался через неделю. Гена, до жути упрямый все-таки парень, закупил материалы и вызвал бригаду.
И теперь подсчитывал, во сколько это встанет.
Варя наблюдала за этим с невозмутимым интересом. Она даже приносила ему кофе. Без сахара.
Пришлось даже самому в другой квартире кое-что ремонтировать.
Однажды вечером, Гена, весь в цементной пыли (он решил показать пример рабочим, засучив рукава), подошел к Варе.
- Все, Варь. Хватит этого представления. Заканчивай. Я начал ремонт. Надо еще докупить материалы, сантехнику, окна. Ты-то когда финансово вложишься? Я думал, мы пополам, как нормальная семья.
Варя положила тряпку, которой протирала тумбочку.
- Финансово? Вложиться? Гена, я тебе уже говорила. За свои квартиры плати сам.
- Да какие мои квартиры? - Гена вскочил, - Это не смешно уже! Ты характер показала - и хватит! Это наш будущий доход!
- Не-а, это твой будущий доход, оформленный на твоих родителей. Я не вижу в этих документах своей подписи. Я уже платила там коммуналку.
- Но это же копейки по сравнению с тем, что я вкладываю!
- Это не копейки. Это - мой вклад. А ты, Гена, хочешь, чтобы я вложила свои, чтобы ты мог, не напрягаясь, заработать еще? Ага, разбежалась.
Он попытался надавить на самое больное:
- Ты просто корыстная! Поняла, что ни одна из квартир тебе при разводе не достанется, вот и психуешь.
- А что, у нас уже развод намечается?
- Это я образно.
- Тогда с какой радости я корыстная? Ты сам кричал: “Не спрашивай про мои квартиры!” Ну что ж, я не спрашиваю. Тебя опять что-то не устраивает. Так, может, проблема в тебе?
Ночевал Гена в недоремонтированной квартире.
На следующее утро, когда он проснулся в чужой для него спальне (он привык спать в их общей, большой кровати), он понял, что оставил в их квартире свой дорогой термопот и, что куда важнее, свой запасной комплект ключей от всех трех квартир.
- Варя! Ты слышишь меня? - позвонил он, - Мне надо вернуться за вещами! И ключи, отдай ключи!
- Все уже собрано. Можешь забрать, когда тебе будет удобно.
- Ок… И? Это все? Ты мне больше ничего не скажешь? - он протер глаза, очень хотелось еще поспать.
- Нет. Что сказать-то?
- “Гена, прости, я хочу помириться”.
- Но я не хочу.