Когда ваша бабушка начинает молодеть, а в саду вырастает избушка на курьих ножках, самое время задуматься: может, не стоило искать сиделку на Авито?
Кадровый вопрос
Объявление я разместила в отчаянии. Третья сиделка за месяц сбежала, прихватив бабушкину коллекцию фарфоровых слоников и остатки моих нервов.
– Знаешь, Леночка, – сказала мне бабушка тогда, поправляя очки, – может, хватит этих девиц нанимать? Я сама справлюсь.
Бабушке восемьдесят три. «Сама справлюсь» в её исполнении означало чуть не поджечь кухню, забыть выключить воду и три раза потеряться между аптекой и домом. Причём аптека через дорогу.
Откликов пришло немного. Студентка, которая «может по выходным, если не сессия». Женщина, требовавшая отдельную комнату, питание и выходные в полнолуние. И одно странное сообщение без фотографии:
«Здравствуй, касатка. Работала по уходу за пожилыми более двухсот лет. Есть рекомендации. Могу приехать завтра. Метлу привезу свою».
Я перечитала дважды. Двести лет – это опечатка, решила я. Метла – ну, может, человек любит чистоту. Позвонила.
Голос в трубке оказался скрипучий, как старая калитка, но бодрый.
– Алё, милая. Это ты сиделку ищешь? Приеду, не сумлевайся. Адрес говори.
Приехала она на следующий день. Я открыла дверь и обнаружила на пороге древнюю старуху в цветастом платке, с крючковатым носом и метлой под мышкой. Метла была березовая, хорошо связанная, явно ручная работа.
– Ягода Кузьминична, – представилась она, проходя мимо меня в квартиру. – Можно просто Яга. Где тут у вас подопечная?
Бабушка сидела в кресле и смотрела на гостью поверх очков. Гостья смотрела на бабушку. Между ними проскочило что-то вроде искры узнавания.
– О, – сказала бабушка. – Землячка, что ли?
– Вроде того, голубушка, – ответила Яга. – Вроде того.
Рекомендации я проверила потом. Позвонила по трём номерам. Первая женщина сказала, что Ягода Кузьминична ухаживала за её свекровью и та дожила до ста семи лет в здравом уме. Вторая расплакалась и сказала, что до сих пор скучает и никакая другая сиделка рядом не стоит. Третий номер не отвечал, только слышались какие-то звуки. Карканье вроде бы.
Новая жизнь
Через две недели я поняла, что происходит странное.
Бабушка, которая раньше еле ходила до кухни, теперь каждое утро отправлялась «на прогулку в лесок». Какой лесок? Мы живём в спальном районе, ближайший лес в сорока километрах. Но бабушка возвращалась с корзинкой грибов, пучками каких-то трав и румянцем на щеках.
– Ба, ты где была?
– В лесочке, Леночка. Там хорошо. Воздух свежий. Ягода Кузьминична тропинку знает.
Какую тропинку? К мусорным бакам?
Однажды я приехала без предупреждения. Было часов одиннадцать вечера. В окне бабушкиной спальни горел странный зелёный свет. Я забежала в дом.
На кухне в большом чугунном котле (откуда он вообще взялся?) что-то булькало и пахло можжевельником. Бабушка с Ягодой Кузьминичной сидели рядом и помешивали варево деревянными ложками. На подоконнике сидел ворон. Живой. Большой. Смотрел на меня с явным неодобрением.
– О, Леночка пришла, – обрадовалась бабушка. – Садись, мы тут от давления готовим. Ягода Кузьминична рецепт древний знает, ещё царю помогало.
– Какому царю?
– Горохову, какому ещё, – буркнула Яга. – Алексей Михайлович мне лично благодарственную грамоту выписывал. Потерялась где-то, жаль.
Я села на табуретку.
– Ягода Кузьминична, – сказала я медленно. – Можно вас на минутку?
Мы вышли на балкон.
– Я всё понимаю, – начала я. – Уход хороший, бабушка довольна. Но мне нужно знать: вы... это... кто?
Она посмотрела на меня долгим взглядом из-под кустистых бровей.
– А сама как думаешь, касатка?
– Мне кажется, – я сглотнула, – что вы... настоящая Баба-Яга.
– Ну вот, – она развела руками. – Умная девка. В мать, наверное.
Она рассказала мне всё. Про сказочный лес, который обмелел и зарос, потому что в него перестали верить. Про избушку, которую пришлось продать под дачу москвичам. Про пенсию, которой не хватает, потому что инфляция даже в тридевятом царстве. Про то, как нашла Авито и поняла, вот оно, призвание. Пожилые люди понимают друг друга. Особенно если один из них помнит, как горох сеяли вручную.
– А метла? – спросила я.
– Метла – это для уборки, касатка.
Мы обе знали, что это враньё. Я видела её один раз из окна. Часа в три ночи. Летела она бесшумно, только платок развевался.
Бабушка за эти месяцы изменилась. Стала бодрее, румянее, острее языком. Начала вязать, чего не делала уже лет десять. Научилась каким-то фокусам: вчера я видела, как она заговаривала чайник от накипи, и, что характерно, работает. Врач на последнем осмотре долго смотрел в карту, потом на бабушку, потом снова в карту.
– Что вы делаете? – спросил он.
– Живу, – ответила бабушка. – Наконец-то.
В углу нашего сада, между яблоней и компостной кучей, теперь стоит маленькая избушка. Не на курьих ножках (это было бы уже слишком), а на обычном фундаменте. Но если присмотреться в сумерках, кажется, что она чуть-чуть переступает с боку на бок.
Соседи думают, что это дизайнерский сарай. Туристы фотографируются. Дети из соседнего двора оставляют на крыльце конфеты (Ягода Кузьминична конфеты одобряет и в качестве благодарности лечит им простуду).
– Может, лучшее кадровое решение в моей жизни, – сказала я мужу.
– Это какое?
– Нанять Бабу-Ягу в сиделки.
Он только рукой махнул. Он привык. Он теперь учится у Ягоды Кузьминичны делать настойку на мухоморах от радикулита. Говорит, работает лучше любой аптеки.
Вчера бабушка спросила:
– Леночка, а можно Ягода Кузьминична останется насовсем?
Сегодня я посмотрела в окно. Там, на лавочке у избушки, древняя сказочная сиделка и моя восьмидесятитрёхлетняя бабушка пили чай из самовара. Ворон сидел рядом и ждал сушку. Над ними кружились последние осенние листья, и казалось, что листья танцуют не просто так, а по какому-то очень древнему закону.
– Конечно, ба. Конечно, останется.
Иногда лучшие решения приходят с Авито, метлой наперевес и рекомендациями от царя Гороха.
📱 В Telegram у меня отдельная коллекция коротких историй - те самые байки, которые читают перед сном или в обеденный перерыв. А так же есть подарок для новых подписчиков. Перейти в Telegram.